1. Перейти к содержанию
  2. Перейти к главному меню
  3. К другим проектам DW
Президент России Владимир Путин во время видеовыступления в "Валдайском дискуссионном клубе" в 2020 году
Владимир Путин во время видеовыступления в "Валдайском дискуссионном клубе" в 2020 годуФото: Alexei Druzhinin/Sputnik/AP/picture alliance

"Валдайская дача Путина" как зеркало коррупции в России

Сергей Дик | Елена Гункель
16 апреля 2021 г.

Аренду Путиным недвижимости у Ковальчука можно заносить в учебники, считает глава Transparency International в РФ Илья Шуманов. В интервью DW он рассказал, почему президента РФ нельзя привлечь за это к ответственности.

https://p.dw.com/p/3s8X2

Фильм ФБК о "валдайской даче Путина" - уже второе резонансное расследование команды оппозиционного политика Алексея Навального о коррупционных схемах в близком окружении президента РФ. Есть ли в российском законодательстве инструменты для привлечения главы государства к ответственности в связи с конфликтом интересов и почему аренду Путиным недвижимости у своего друга Юрия Ковальчука можно заносить в учебники, рассказал в интервью DW гендиректор Transparency International в России Илья Шуманов.

Deutsche Welle: Илья Вячеславович, как бы вы оценили последнее расследование ФБК и те коррупционные схемы, о которых в нем говорится?

Илья Шуманов: В последнее время Фонд борьбы с коррупцией делает героями своих расследований людей, связанных с Владимиром Путиным.

Видимо, это обосновано информационной повесткой и более агрессивной риторикой в связи с уголовным делом и преследованием Алексея Навального. Очевидно, что планка, которую поставил перед собой ФБК, подразумевает (новые и новые. - Ред.) расследования в отношении близкого окружения Владимира Путина. Потому что иначе это смотрится более блекло (по сравнению с предыдущимрасследованием про "дворец Путина" в Геленджике. - Ред.) и не вызывает такого резонанса.

Гендиректор организации Transparency International в России Илья Шуманов (фото из архива)
Гендиректор организации Transparency International в России Илья ШумановФото: DW/Y. Wyschewezkaya

Сама история, которую рассказал ФБК, как мне кажется, интересна для обывателя именно потому, что резиденция на Валдае хорошо знакома россиянам. Путин регулярно туда ездит, регулярно там отдыхает, устраивает какие-то приемы и так далее. Очевидно, в связи с этим у обывателя сформировалось ощущение, что эта резиденция - государственная.

Безусловно, интерес к расследованию ФБК подогревает и тот факт, что владельцем резиденции является компания, принадлежащая Юрию Ковальчуку, - давнему другу Владимира Владимировича Путина. Путин сам называл его своим другом. Ковальчук связан с президентом РФ через кооператив "Озеро" и банк "Россия", и, разумеется, происхождение денег господина Ковальчука понятно, как и то, каким бизнесом он занимается.

Но в истории про резиденцию на Валдае важно, в первую очередь, не то, что это Ковальчук и Путин, а то, что она красиво, иллюстративно демонстрирует саму систему, сложившуюся в России, а именно - кроникапитализм, то есть "капитализм для друзей". Источник богатства господина Ковальчука - это доступ к президенту и его ресурсам, и формат получения денег от главы государства за предоставление ему имущества в аренду - это пример, который, наверное, можно заносить в учебники по антикоррупции, когда мы говорим о явлении под названием "капитализм для друзей".

- В западных странах информация о том, что резиденция президента является собственностью его друга, который получает большие деньги от сдачи ее в аренду, стала бы предметом тщательного разбирательства.

- Разумеется. С юридической точки зрения, это достаточно очевидно. Формат конфликта интересов подразумевает принятие решений в отношении друзей, а это является коррупционным правонарушением или коррупционным проступком. Мне кажется, что в истории с резиденцией Путина на Валдае даже по российскому законодательству можно усматривать какие-то юридические моменты, связанные с квалификацией правонарушений. Но, конечно, никаких дальнейших действий по этой истории не будет в силу того, что в России на текущий момент не существует инструментов по привлечению к ответственности президента за конфликт интересов как таковой. Никакого парламентского расследования, никакого дальнейшего хода эта история не получит.

- В расследовании ФБК сказано, что с 2009 года нет никаких открытых данных о тендерах, касающихся объектов на названной территории. Это не выглядит странным, учитывая, что речь идет о резиденции президента?

- Дело в том, что у нас в законодательстве предусмотрены ограничения и изъятия как раз для ситуаций, касающихся государственной тайны. К этой категории можно отнести и сведения о президенте, его месте пребывания, отдыхе и тому подобные. Резиденция на Валдае - это только один из примеров. Мы видели аналогичные истории об объектах, которые находятся в Крыму, Геленджике и так далее. Ни для расследователей, ни для юристов эти ограничения не являются новинкой.

- От некоторых россиян можно услышать мнение о том, что президенту должно быть многое позволено, поскольку он управляет большой страной. Вы считаете, это нормально, когда глава государства имеет собственные грязелечебницу, казино и массажную комнату?

- Наверное, это вопрос не ко мне как руководителю антикоррупционной организации, а к жителям России. Готовы ли они оплачивать подобные расходы президента? Мне кажется, что если мы говорим о таком явлении как государственная собственность, то такие объекты могут быть, но они не обязательно должны быть связаны с первым или вторым лицом. Скорее, они могут быть предоставлены государственным служащим как категории лиц. В этом ничего страшного нет.

Другое дело, когда мы видим, что это - объект недвижимости и целый комплекс, который принадлежит другу президента. Ведь мы понимаем, что это - частная собственность, частный актив, который мы оплачиваем из собственного кармана. Тут возникает вопрос о целесообразности таких расходов. Сейчас у нас существуют дыры в бюджете, недофинансированные строки, последствия коронавируса, загибающийся малый и средний бизнес, который требует финансовых вливаний и поддержки. В такой ситуации, мне кажется, количество подобных резиденций могло бы быть сокращено до минимума.

- Вернемся к самой схеме, при которой земля под резиденцию президента берется в аренду у его друга. Насколько она распространена в России?

- Мне кажется, на уровне губернатора или главы районной администрации эта схема была бы выявлена и получила бы соответствующую квалификацию с точки зрения нарушений. Возможно, правохранители могли бы дать этому делу ход в силу очевидности выгоды, которую получает должностное лицо. Однако президент России имеет особый статус, который подразумевает наличие иммунитета от уголовного преследования. Что касается ситуации конфликта интересов, то, насколько я понимаю, в отношении первого лица в РФ она не урегулирована, соответствующей процедуры просто нет.

- По недавно принятому закону получается, что Владимир Путин даже после своего ухода с поста президента не может стать фигурантом уголовного дела.

- Вопрос об уголовном деле здесь даже не стоит. Потому что ни этическое правонарушение, ни неурегулированный конфликт интересов как коррупционный проступок не подразумевают в российском законодательстве уголовного преследования.

Смотрите также:

Эксперт об олигархической архитектуре "дворца для Путина"

 

Пропустить раздел Еще по теме
Пропустить раздел Близкие темы
Пропустить раздел Топ-тема

Топ-тема

Поисково-спасательные работы в Турции

Число жертв землетрясения в Турции и Сирии превысило 7800

Пропустить раздел Другие публикации DW

Другие публикации DW

На главную страницу