Сталин и немцы: три трагедии | Что читают в Германии | DW | 05.03.2013
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Книги

Сталин и немцы: три трагедии

Сталин - один из тех исторических деятелей, о которых немецкие историки пишут особенно часто. В первую очередь их интересует, конечно, отношение Сталина к немцам и Германии.

В Германии выходит немало книг, главным персонажем которых - или, по крайней мере, одним из главных - является Иосиф Виссарионович Сталин: от исторических монографий об "отце народов" и отдельных аспектах его репрессивной политики (как, например, книга "Сталинский террор и судьба советских адмиралов в 1936-1953 гг.") до воспоминаний немецких узников ГУЛага и беллетризованной биографии дочери Сталина Светланы Аллилуевой.

За здоровье "фюрера"

Сильнее всего немцев интересуют три темы - и, естественно, о них рассказывает большинство публикаций: так называемый "пакт Молотова - Риббентропа" и последовавшие за ним "медовые месяцы" (именно так называется одна из книг об этом) Сталина и Гитлера, немецкие заключенные ГУЛага и послевоенная политика Сталина, пытавшегося подчинить себе также Западный Берлин и Западную Германию.

Молотов подписывает договор с гитлеровской Германией

Молотов подписывает договор с гитлеровской Германией

Особенно подробно рассказывает о дружбе между Сталиным и Гитлером, скрепленной двумя договорами - о ненападении и о дружбе и границе - книга "Предыстория и заключение пакта между Гитлером и Сталиным". Написанная несколько суховато и являющаяся скорее академическим изданием, она, тем не менее, раскрывает множество интересных фактов. Это, в частности, цифры, показывающие, по мнению авторов, что Сталин действительно искал в Гитлере союзника. Так, в течение всего двух лет - с лета 1939 года до лета 1941-го - СССР поставил нацистской Германии около миллиона тонн нефтепродуктов, более полутора миллионов тонн зерна, лесоматериалы, марганцевую и хромовую руду, фосфаты, никель... Эшелоны шли чуть ли не до самого 22 июня - дня нападения нацистской Германии на Советский Союз.

Но дружба диктаторов не ограничилась поставками. Сталин поднимал в Кремле тост за здоровье "фюрера", Гитлер и Геринг (Hermann Göring) принимали в Берлине Молотова, части Красной Армии и вермахта проводили в Бресте, после совместного разгрома Польши, военный парад. Его принимали комбриг Кривошеин и генерал Гудериан (Heinz Guderian), танковый корпус которого всего через полтора года дойдет до Москвы. Все это в конце концов обернулось трагедией не только для поляков, но и для всей Европы.

ГУЛаг: цифры и судьбы

Что касается второй темы - немцев в ГУЛаге, то тут интересны и цифры, и, конечно, отдельные человеческие судьбы. Обычно считается, что немцы попали в лагеря и ссылку главным образом после нападения Гитлера. Это не совсем так. По оценке немецкого историка Юлии Ландау (Julia Landau), к началу 1939 года (то есть когда самая страшная волна "ежовщины" уже спала) в советских лагерях было почти 20 тысяч немцев. В 1941-1945 годах их было примерно столько же. Это в процентном отношении примерно вдвое больше, чем доля немцев в общей численности населения СССР.

Один из лагерей ГУЛАГа. Снимок 1930-х годов

Один из лагерей ГУЛАГа. Снимок 1930-х годов



Следует добавить, что эти цифры, взятые из секретной гулаговской статистики, не учитывают так называемых "трудармейцев" - по существу, тех же заключенных или ссыльных этнических немцев, репрессированных после июня 1941 года. Особого разговора заслуживают и военнопленные немцы. Но в любом случае можно сказать, что численность немцев в ГУЛаге была непропорционально велика.

О трагической судьбе этих людей выходит очень много книг, особенно в последние годы. Причем, как правило, написаны они давно. В ГДР эта тема была табуизирована, а в Западной Германии она не слишком интересовала широкого читателя. Возможно, поэтому воспоминания Вольфганга Руге (Wolfgang Ruge), сидевшего в ГУЛаге и ставшего впоследствии известным восточногерманским историком, увидели свет лишь через несколько лет после его смерти, да и то лишь "вдогонку" книге его сына Ойгена Руге (Eugen Ruge), который получил премию Deutscher Buchpreis - немецкий аналог "Букера" - за роман о судьбе их семьи.

Третья тема - германская политика Сталина после войны - слишком сложна для того, чтобы разбирать ее в кратком обзоре. Мнения немецких историков здесь расходятся: одни, как, например, Вильфрид Лот (Wilfried Loth), считают, что ГДР была "нелюбимым ребенком" Сталина (так он и назвал одну из своих книг), другие - скажем, Йохен Лауфер (Jochen Laufer), убеждены, что Сталин именно этого и добивался - раскола Германии и создания еще одного социалистического сателлита.

Критика черной легенды

Самая неожиданная для Германии книга о Сталине, вышедшая в последние месяцы, - это переводное издание. Название у нее интригующее: "Сталин: история и критика одной черной легенды". Автор, итальянский профессор Доменико Лосурдо, заявляет прямо: он критикует не Сталина, а его "очернение". То, что Лосурдо многие годы был членом итальянской компартии и после ее роспуска принадлежал к тем, кто хотел восстановить ее в прежнем виде, многое объясняет. Но не всё.

Лосурдо, которого некоторые критики называют "апологетом сталинизма", пытается объяснить (или, точнее говоря, оправдать) репрессии Сталина историческими предпосылками развития России, характером русского народа и искажениями марксистской теории. Последнее не ново: это пытался сделать еще Хрущев. А вот тезис о том, что, мол, русскому народу с его рабским прошлым было никак не обойтись без такого диктатора, как Сталин (тезис, кстати говоря, высказанный в одной из доверительных бесед самим "отцом народов"), попахивает весьма дурно.

Сталин, Молотов и Ворошилов. На этой фотографии, сделанной на Беломорканале, был и Ежов. Потом его объявили врагом народа и заретушировали

Сталин, Молотов и Ворошилов. На этой фотографии, сделанной на Беломорканале, был и Ежов. Потом его объявили "врагом народа" и заретушировали



Подход итальянского философа и историка к фигуре Сталина на первый взгляд кажется вполне объективным. Доменико Лосурдо призывает не демонизировать Сталина, а рассматривать его в контексте исторической необходимости, задач, стоявших перед революцией 1917 года и позже - перед советским строителями социализма. Ведь пытаемся же мы понять, скажем, Робеспьера и других его "кровожадных" современников, делавших зло ради святой идеи!

В общем, опять знакомая песня: хорошие, в принципе, идеи, да вот исполнение подвело... Тут стоит вспомнить слова одного бывшего западного коммуниста, в итоге разочаровавшегося в коммунистических идеях: "Революции надо оценивать, как фруктовые деревья, - по их плодам". А "плоды" известны: поголовная бедность, бесправность, уничтожение культуры, истребление хозяев земли и ГУЛаг.

ADVERTISEMENT