″Панамские досье″ и не только: как раскрывают коррупционные схемы | Россия и россияне: взгляд из Европы | DW | 31.05.2019
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Россия

"Панамские досье" и не только: как раскрывают коррупционные схемы

Почему в расследованиях коррупции не фигурирует Путин, независим ли Зеленский, насколько профессионален ФБК Навального, рассказал руководитель редакции Центра по исследованию коррупции Илья Лозовский.

Илья Лозовский на медиаконференции DW Global Media Forum

Илья Лозовский на медиаконференции DW Global Media Forum

"Панамские досье", "Российская финансовая мегапрачечная", "Азербайджанский ландромат", YanukovychLeaks - эти и другие скандальные расследования выявили невиданные масштабы коррупции и злоупотребления властью последних десятилетий. Благодаря этим разоблачениям прославился Центр по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP) - единственная в мире организация, на постоянной основе проводящая журналистские расследования. Руководитель ее редакции, американец Илья Лозовский, рассказал в интервью DW, почему в них никогда не фигурирует Владимир Путин, верит ли он в независимость Владимира Зеленского и в чем расследования ФБК и Алексея Навального обошли их собственные.

DW: Вы провели ряд расследований, непосредственно связанных с Россией, - "Российская финансовая мегапрачечная", "Ландромат "Тройка", "Платформа "Прокси". Что из обнаруженного вашей командой шокировало вас больше всего?

Илья Лозовский: Наверное, суммы. Например, "Ландромат "Тройка" - последнее расследование, которое мы опубликовали два месяца назад, - там шла речь об отмывании 5 миллиардов долларов, в случае предыдущего "российского ландромата" - 20 миллиардов долларов. Это просто колоссальные суммы. Мы всю жизнь можем расследовать, но так и не найти эти огромные потоки, куда это все делось и откуда пришло. Но то, что нам уже удалось обнаружить, - очень интересно, и я думаю, что не только мы, но и другие организации еще долго будут строить свою работу на этих находках.

- А способы применения или вложения этих средств вас никогда не удивляли?

- Были какие-то отдельные случаи, например, когда пригласили Принца - артиста, Prince, и заплатили ему огромную сумму; разные шикарные машины, дома; у бывшего губернатора Саратовской области появились особняки в Испании на берегу моря. Там была тоже интересная история: родственница этого человека получила заем, но это только выглядело как заем, на самом деле она даже не была обязана платить хоть какие-то проценты - это был просто механизм. Такие моменты не сразу бросаются в глаза, но если их внимательно расследовать, то получается, что это очень коррумпированные схемы.

- Российские власти игнорируют любые расследования, связанные с коррупцией и отмыванием денег, независимо от того, в каких масштабах и кем они проводятся, - международными консорциумами или местными организациями, например, "Фондом борьбы с коррупцией" или немногими независимыми СМИ. На какую реакцию вы вообще рассчитываете?

- В разных системах и реакция разная: я никогда не забуду, что одним из первых результатов публикации "Панамских досье" была отставка премьера Исландии - одной из самых прозрачных и некоррумпированных стран в мире. А вот в России при этом ничего не изменилось. Даже несмотря на то, что Россия была значительно больше вовлечена в эти дела, чем Исландия. Но у исландцев требования к политикам очень высокие и даже легкое соприкосновение с подобной системой считается неприемлемым. Это пример того, что, безусловно, одними журналистскими расследованиями без верховенства права результата не добьешься.

- Какой должна быть модель работы расследователей, если заведомо известно, что надлежащей реакции со стороны властей не последует?

- Мы не особенно зависим от их реакции: у нас - свои исследования, свои собственные источники. Часто это утечка информации. Мы анализируем ее и советуемся со специалистами, которые нам и нашим читателям могут объяснить, что здесь происходит, потому что зачастую это очень сложные схемы. А когда мы обращаемся к лицам, которые, как мы считаем, стоят за этими делами, или к властям, то да - они либо игнорируют, либо говорят, что мы ошибаемся и что это выдумки, стараются всячески показать нам, что у нас все неправильно, либо что это все никому не интересно, либо что это все нелегально.

Но мы обязаны получать от них хоть какие-нибудь ответы и иногда удается заполучить интервью с каким-нибудь человеком, который за этим стоит. Он как-то оправдывает свое поведение, считает, что либо все так поступают, либо что в этой системе невозможно жить иначе. Мы, конечно, представляем их точку зрения в расследованиях, но они редко дают насыщенные цитаты. Наша задача - показать читателям документы, на которых все построено, чтобы они сами могли судить, что это не выдумка.

Алексей Навальный

Алексей Навальный

- Похожим образом работает и ФБК Алексея Навального. Как вы отнеслись бы к возможному сотрудничеству с этим фондом?

- Мы, конечно, понимаем, что сам Навальный и его фонд борются с коррупцией в России, но одновременно нельзя отрицать, что он - политический деятель, и с нашей стороны было бы неуместно сотрудничать с политиками. Мы - независимые журналисты, мы работаем не ради того, чтобы кому-то помочь, а чтобы открыть то, что есть на самом деле. И если это какому-то политику помогает или наоборот - это уже не наше дело.

- А как вы оцениваете работу ваших коллег из ФБК?

- У них на очень высоком уровне production values (технические элементы медиапроизводства, такие как свет, звук, дизайн. - Ред.), у них интересно. Сам Алексей все увлекательно и, главное, понятно рассказывает. В таких расследованиях очень сложно внятно рассказывать, чтобы не какому-нибудь специалисту, а, условно говоря, моей бабушке, было ясно, о чем идет речь. Они очень умело и здорово это делают.

Мы тоже стараемся, как можем, но иногда не хватает времени или денег. Ролик про Медведева я всегда вспоминаю, он очень качественно и грамотно сделан. Это и есть настоящая журналистская работа. Действительно здорово у них - это технологии, ролики, которые они снимают, дроны… У нас тоже дроны бывают, мы делаем ролики, сняли документальный фильм в Украине об убийстве коллеги Павла Шеремета, но у нас пока нет такого зажигательного персонажа, который будет все рассказывать, как Алексей Навальный.

- Тот резонанс, который вызывают публикации этих расследований в соцсетях, показывает, что публике в России крайне интересны расследования о коррупционных схемах, в которых замешаны российские чиновники и олигархи. О чем свидетельствует этот интерес?

- Он свидетельствует о высоком уровне недоверия, в первую очередь, к государственным СМИ, но, конечно, и к власти. Я думаю, что даже те россияне, которые в целом поддерживают свое правительство и его политику, понимают, что им рассказывают не все. Даже среди тех, кто обожает Владимира Путина и ему доверяет, кто голосует за него и "Единую Россию", многие понимают, что на государственных каналах они не получают всю правду.

Это очевидно, потому что иногда это просто кажется пропагандой. Они понимают, что есть другие источники информации в интернете. Возможно, эти источники не так доступны, не все о них знают, но когда читаешь такое расследование, то понимаешь, что это уже другой жанр. Потому что это не пропаганда, там обмануть никого не получится. В системе, построенной на коррупции, тех, кто ее разоблачает, нужно читать и поддерживать.

- А почему Путин никогда не фигурирует в крупных разоблачениях?

- Фигурирует, но не напрямую. У нас есть много материала о его друге, виолончелисте Сергее Ролдугине, имя которого впервые появилось в "Панамских досье" - компаниям, связанным с ним, были разными способами переведены миллиарды долларов.

Контекст

В нашем свежем расследовании "Ландромат "Тройка" мы обнаружили те же компании и снова - средства, переведенные на их счета. Сам же Путин слишком умен, чтобы оставлять свое имя где бы то ни было.  У нас есть проект "Путин и посредники" - это прямая попытка расследовать систему окружения Путина, его ближний круг и различные способы доступа этих людей к деньгам.

В своем интервью Оливеру Стоуну Путин шутил, что не так уж и богат. Возможно, формально это действительно так, но он выстроил систему, в которой он может хранить свои деньги, и даже эти люди не знают, сколько их там. Я уверен, что если бы вы спросили господина Ролдугина, сколько денег на всех счетах его компаний, он бы понятия не имел, о чем речь, и даже не вспомнил бы названия этих фирм. Но именно на этом и основывается эта система - конкретно, на правдоподобном отрицании.

- Один из фигурантов вашего последнего расследования  - об Украине и выводе гигантского капитала через "Приват Банк", олигарх Игорь Коломойский, вернулся к себе на родину и уже дает советы в сфере экономики и финансов новому президенту Владимиру Зеленскому. Украина выбрала неверный путь?

- Пока слишком рано об этом судить. Все будет зависеть от действий Зеленского и от того, удастся ли ему доказать свою независимость. Больше всего Украине нужна политическая система, независимая от олигархов, которые сейчас управляют страной. Со времен Майдана многое улучшилось, но и работы остался непочатый край. Станет ли Зеленский еще одним шагом вперед? Есть веские причины в этом усомниться. Именно поэтому сейчас так важна роль независимой расследовательской журналистики.

- Стала ли эта работа опаснее за последние годы?

- Поскольку существуют системы, в которых организованная преступность взаимосвязана с политиками, то в них циркулируют огромные деньги - миллиарды долларов. И люди, имеющие огромную власть, могут купить все, что угодно: отряды наемников, услуги шпионажа, различные цифровые системы слежки и нанесения вреда журналистам. Ресурсов в их распоряжении становится все больше, из-за этого растет и опасность.

______________

Подписывайтесь на наши каналы о России, Германии и Европе в Twitter | Facebook | YoutubeTelegramWhatsApp

Смотрите также: 

Смотреть видео 03:57

Путин, Ролдугин и "русская прачечная" - громкое журналистское расследование

Контекст

Ссылки в интернете

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама