Будет ли Европа праздновать победу в один день? | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW | 09.05.2022

Посетите новый сайт DW

Зайдите на бета-версию сайта dw.com. Мы еще не завершили работу. Ваше мнение поможет нам сделать новый сайт лучше.

  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Культура и стиль жизни

Будет ли Европа праздновать победу в один день?

В мае 1945-го Германия капитулировала. Война в Европе закончилась. Однако в календарях нет единой даты, когда все страны вместе празднуют освобождение от национал-социализма и победу над гитлеровской Германией. Почему?

Красная гвоздика

Трептов-парк в Берлине, 2015 год

В западных странах окончание Второй мировой войны в Европе отмечают 8 мая. В России День Победы - 9-го. Известно, что гитлеровской Германии пришлось капитулировать два раза. Первый раз - 7 мая во французском Реймсе. Второй раз - 8 мая в Германии. Сначала - на западной территории, потом - в Берлине, взятом Красной армией. Западные союзники СССР по антигитлеровской коалиции объявили о крахе нацизма уже 8 мая, не дожидаясь, пока акт о капитуляции подпишут в Берлине.

Итак, акт был подписан два раза. При этом время его вступления в силу было одинаковым в обоих случаях: 8 мая в 23:01 по центральноевропейскому времени. В Москве это было уже 9-е число. В Советском Союзе о победе над гитлеровской Германией было объявлено 9 мая, поэтому и праздник решено было отмечать именно в этот день.

Почему до сих пор нет единой даты?

Во время холодной войны, когда союзники стали противниками, разнице в датах часто придавали особое значение: разные политические системы - разные праздники. А что происходит в наше время?

Единства среди соседей по Европе нет. Вот как комментирует этот факт научный руководитель Военно-исторического музея бундесвера в Дрездене Кристиане Янеке (Dr. Kristiane Janeke): "Если бы меня спросили, существует ли некая общеевропейская традиция памяти о Второй мировой войне, я бы однозначно ответила: "Нет". И если я попытаюсь заглянуть в будущее, то ответ на вопрос, будет ли когда-нибудь в Европе такая традиция, был бы тем же: "Нет". И это не потому, что я пессимистка и не верю в Европу. Вопрос в другом: имеет ли смысл такая общая культура памяти, особенно если она будет искусственной?" 

По мнению историка, "конечно, можно было бы подумать о создании некоего условного Дня мира или Дня памяти, но в коллективном сознании европейских стран с 8 мая связаны совершенно разные ассоциации. И не случайно до сих пор нет европейского праздника, единого для всех, даже учитывая тот факт, что юридически акт о безоговорочной капитуляции был подписан 8 мая". 

По словам Кристиане Янеке, в качестве возможной общеевропейской даты предлагают самые разные варианты: "Есть идея отмечать День памяти не в мае, а 23 августа - когда в 1939 году был подписан пакт Молотова - Риббентропа. Инициатива исходит преимущественно от стран Балтии. И на этом примере видно, насколько по-разному мы относимся к 8 мая. Для одних это День освобождения, для других - начало многолетней оккупации коммунистическим режимом". 

Западная Германия и ГДР отмечали по-разному

Единства не было и в самой Германии - по понятным причинам. По словам профессора Технического университета Дрездена, историка Тима Бухена (Tim Buchen), "в Западной Германии было 8 мая - день, который поначалу и очень долгое время воспринимался как день поражения, позора, а потом, спустя 40 лет после окончания войны, все же стал днем освобождения. В ГДР праздновали 9 мая, там традиции были максимально приближены к советским".

"В наши дни в отношении 8 мая царит единство по всей Германии, более или менее, с учетом индивидуальных воспоминаний и личного опыта, - отмечает Тим Бухен. - Однако Европа по-прежнему не едина. Например, в Чехии, Польше или Словакии к 8 мая относятся иначе: для них в 1945 году одни завоеватели сменились другими, а настоящее освобождение пришло лишь после того, как распался Советский Союз и не стало Восточного блока". 

Когда немцы поняли, что их освободили?

Воспринимать 8 мая именно как день освобождения от национал-социализма западные немцы стали постепенно - начиная с 8 мая 1985 года. В тот день шестой президент Германии Рихард фон Вайцзеккер (Richard von Weizsäcker) выступил в бундестаге по случаю 40-летия окончания Второй мировой войны: "8 мая для нас, немцев, не праздничный день, - заявил тогда фон Вайцзеккер. - Люди, которые его пережили, вспоминают о своем личном и при этом очень разном опыте. Одни вернулись домой, другие свой дом потеряли. Одни обрели свободу, для других началось тюремное заключение". 

Рихард фон Вайцзеккер выступает в бундестаге 8 мая 1985 года

Рихард фон Вайцзеккер выступает в бундестаге 8 мая 1985 года

"8 мая было днем освобождения", - прежде всего этой фразой запомнилась та речь. "Но никто при этом не забудет, какие страдания для многих начались 8 мая и последовали дальше", - подчеркнул Рихард фон Вайцзеккер. При этом немцы, по его словам, не должны видеть причину лишений, изгнаний и несвободы в конце Второй мировой войны. Их корни - в ее начале.

Еще один вариант - празновать День памяти 22 июня

Йенс Нагель (Jens Nagel), немецкий историк, руководитель мемориального комплекса Эренхайн Цайтхайн, предлагает свой вариант: "Мне кажется, есть дата, которая важнее 8 мая. Потому что она связана не с окончанием войны, а с началом главной и наиболее смертоносной ее фазы. 22 июня 1941 года - переломный момент. Германия начала войну на уничтожение". 

"Ничего подобного история до тех пор не знала, - отмечает Йенс Нагель. - Начались массовые уничтожения евреев, было захвачено два миллиона советских военнопленных, которые умирали от голода и болезней. Только подумать, в течение всего лишь 12 месяцев, начиная с 22 июня, было уничтожено 3,5 миллиона человек, и я говорю сейчас только о евреях и советских пленных. Войны таких масштабов не было. И в Европе никогда до этого массово не уничтожали безоружных людей, причем только за то, что они евреи или советские "недочеловеки".   

Дискуссия между этими тремя историками состоялась на днях в Военно-историческом музее бундесвера в Дрездене. Все выступавшие сошлись во мнении, что общая памятная дата в Европе вряд ли возможна, да и не нужна. "Институционализация памяти превратила бы символическую дату в одинаково обязательную для всех, уничтожив особенности национальных проявлений, - уверен профессор Тим Бухен. - Институционализация памяти - это уже не память, а историческая политика".

Смотрите также:

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме