Эксперт по ОБСЕ: Мы имеем дело с новым конфликтом между Востоком и Западом | Европа и европейцы: новости и аналитика | DW | 10.12.2013
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа

Эксперт по ОБСЕ: Мы имеем дело с новым конфликтом между Востоком и Западом

На фоне массовых протестов на Украине незамеченной осталась киевская встреча глав МИД стран ОБСЕ. В чем причина кризиса ОБСЕ? Ответы - в интервью DW профессора Манфреда Новака.

Почти 40 лет назад Организация по безопасности и сотрудничеству в Есропе (ОБСЕ) - тогда она называлась Конференцией по безопасности и сотрудничеству в Европе - инициировала процесс, который в итоге привел к преодолению конфликта между Востоком и Западом. Сегодня эта организация переживает острейший за свою историю кризис. В чем его причина? Какова роль ОБСЕ в настоящее время? Назревает ли новый конфликт между Востоком и Западом, или он уже начался?

На эти и другие вопросы DW отвечает эксперт по международному праву, профессор Венского университета Манфред Новак (Manfred Nowak). С 1996 до 2003 года он работал судьей Международного трибунала по бывшей Югославии. C 2004 по 2010 годы Новак был специальным докладчиком ООН по проблеме пыток.

DW: Какое значение имеет ОБСЕ сегодня, спустя несколько десятилетий после преодоления конфликта между Востоком и Западом? И имеет ли вообще?

Манфред Новак

Манфред Новак

Манфред Новак: Многие думали, что после развала СССР и краха коммунистических режимов в странах Восточной Европы историческая миссия ОБСЕ окажется выполненной. Правда, в 1975 году (год подписания Хельсинкского Заключительного акта. - Ред.) никто не предполагал, какими далеко идущими будут последствия деятельности этой организации. Однако очень скоро выяснилось, что после исчезновения "железного занавеса" в странах Центральной и Восточной Европы возник определенный идеологический вакуум, который стал заполняться межнациональными конфликтами и проблемами меньшинств.

Основной смысл деятельности ОБСЕ в 90-е годы заключался в попытках уладить такого рода конфликты методами превентивной дипломатии, как это делал, например, Верховный комиссар ОБСЕ по делам национальных меньшинств. Кроме того, эта организация, зачастую вместе с ООН, участвовала в миротворческих миссиях в тех странах, где дело дошло до вооруженных столкновений, в частности, на Балканах и в некоторых странах Кавказского региона.

- Тем не менее в глобальных внешнеполитических дискуссиях ОБСЕ играет скорее второстепенную роль. До 2010 года на протяжении целых 11 лет не было ни одной конференции, а имя генерального секретаря ОБСЕ известно разве что узкому кругу специалистов. Разве это не свидетельство спада доверия к ОБСЕ и даже кризиса организации?

- Безусловно. ОБСЕ во многом утратила прежнее значение. Во-первых, конечно, из-за терактов 11 сентября 2001 года. Во-вторых, возник новый конфликт между Востоком и Западом, точнее, между США и Россией Путина. Вместо взаимного доверия царит взаимная подозрительность.

ОБСЕ же, в первую очередь из-за принятого в организации принципа консенсуса, фактически не способна принимать важные решения. Вспомните, например, войну между Россией и Грузией за Южную Осетию в 2008 году. ОБСЕ тогда не играла какой-либо заметной роли. Это прискорбно, поскольку потенциала у этой организации по сути дела достаточно.

- Канцлер ФРГ Ангела Меркель (Angela Merkel) недавно остро критиковала Путина за вмешательство в процесс подготовки соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС, свою лепту в такую критику внес и министр иностранных дел ФРГ Гидо Вестервелле (Guido Westerwelle) на встрече со своими коллегами по ОБСЕ в Киеве. Может быть, в ОБСЕ еще живо блоковое мышление времен холодной войны?

- Да, это так. Но связано это в первую очередь с той крайне националистической политикой, которую проводит в России Путин. Заморожены все территориальные конфликты, для решения которых ОБСЕ разработала свои механизмы. Это касается Грузии, то есть Южной Осетии и Абхазии, а также Молдавии - Приднестровья, фактически оккупированного или, по крайней мере, управляемого Россией. А еще есть конфликт между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха. Все это свидетельствует о новом конфликте между Востоком и Западом.

- Повышенное внимание привлекают миссии ОБСЕ по наблюдению за выборами, в частности в некоторых постсоветских странах с дефицитом демократии. Но и о таких миссиях пошла дурная слава, с тех пор как после президентских выборов в Армении в начале 2013 года в ОБСЕ были приняты два разных официальных заключения по их итогам. Выходит, даже наблюдение за ходом голосования теперь утратило свое значение?

контекст

- О полном отсутствии такого значения я не говорил бы. Можно вспомнить о первых выборах в Боснии и Герцеговине, которые с помощью тысяч помощников организовала ОБСЕ после трех лет кровопролития, изгнаний и геноцида. То же было в Косово. ОБСЕ многое сделала для создания демократических структур и проведения демократических выборов.

Я считаю, что и сегодня варшавское Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) - одна из ведущих организаций. Но и в этой сфере сильно возрос политический нажим, что, конечно, не остается без последствий. Поэтому и решение такого рода задач стало куда менее эффективным.

- Через два года, в 2015-м, конференциям по безопасности и сотрудничеству в Европе исполнится 40 лет. К этой годовщине ОБСЕ собирается кардинально перестроиться. Как вы оцениваете шансы на радикальные реформы, и какими они должны быть?

- Думаю, что крайне трудно провести кардинальные реформы, будь то в сфере прав человека или демократизации, при существующем положении дел, когда мало что меняется изнутри, в первую очередь в Российской Федерации.

Без выбора нового политического курса и прежде всего из-за принципа консенсуса я не вижу возможностей для больших перемен внутри этой структуры. России следует определиться: является ли она европейским государством и хочет ли играть в концерте европейских держав ответственную, а не эскалирующую роль.

ADVERTISEMENT