Глава МИД Литвы: Нет иллюзий, что Беларусь будет форпостом демократии | Европа и европейцы: новости и аналитика | DW | 02.09.2020
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Европа

Глава МИД Литвы: Нет иллюзий, что Беларусь будет форпостом демократии

Министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс в эксклюзивном интервью DW рассказал об отношениях с Москвой и ЕС и объяснил, почему Вильнюс дал убежище Светлане Тихановской и не признал выборы в Беларуси.

Линас Линкявичюс

Линас Линкявичюс

Литва одной из первых предложила ввести санкции против Александра Лукашенко и заявила о готовности предоставить убежище белорусам. Тысячи литовцев вышли на акцию в поддержку белорусов "Путь жизни". В эксклюзивном интервью Константину Эггерту министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс рассказал о бегстве в Вильнюс экс-кандидата в президенты Беларуси Светланы Тихановской, дискуссиях в Евросоюзе и желании сохранить влияние на Минск.

Константин Эггерт: Литва приняла у себя Светлану Тихановскую, которая была главным соперником Александра Лукашенко на президентских выборах в Беларуси. Обстоятельства этого не очень понятны, она об этом не очень хочет говорить, но, с вашей точки зрения, можно ли сказать, что Лукашенко буквально выдворил, вытолкнул Тихановскую из Беларуси? И зачем?

Линас Линкявичюс: По-любому можно сказать. Мы видели свою роль в том, чтобы помочь человеку, который оказался в сложной ситуации. У нее, как я понял, большого выбора не было: либо покинуть страну, либо… другой выбор не был приемлемым, мягко скажем. И мы заранее и ей, и некоторым другим выдали национальные визы, предупреждая (эту ситуацию. - Ред.), чтобы у нее была виза на год, по которой она может проживать здесь без всяких препятствий. Ее дети тоже уже здесь были. Так что тут можно объяснить просто. И то, что власть Беларуси не препятствовала, а даже помогла ей выехать - это тоже правда, об этом мы тоже говорили.

- А если Лукашенко уйдет с поста президента и попросит Литву о том, может ли он сюда переехать и получить убежище, вы бы дали ему?

- Я надеюсь, что не попросит, а если попросит, то вряд ли он поедет в Литву, он поедет куда-то в другую сторону.

- Литовские официальные лица, и вы в том числе, если я не ошибаюсь, в соцсетях называют Александра Лукашенко бывшим президентом Беларуси. Можно сказать, что это официальная позиция Литвы сегодня?

- Можно сказать, что это реальность, поскольку выборы мы не можем признавать  прозрачными, демократическими и свободными. Это, я надеюсь, общее мнение. Так что и результаты этих выборов не могут считаться такими, чтобы мы признали нового главу государства. Просто это сигнал. Может быть, это даже не юридическое заявление, более политическое, поскольку, если посмотреть буквально, то присяга (нового президента Беларуси. - Ред.) должна быть, по-моему, в начале сентября.

Линас Линкявичюс во время интервью Константину Эггерту

Линас Линкявичюс во время интервью Константину Эггерту

Так что это политическое заявление, чтобы все-таки уходящее руководство поняло реальность. Они должны начать разговаривать со своими гражданами. И разговаривать не дубинками, а нормальным языком. Тем более что эти граждане ничего такого особенного не требуют. Этот Координационный совет (создан по инициативе Светланы Тихановской как площадка для передачи власти в стране. - Ред.), насколько я слышал, даже согласен, чтобы он (Александр Лукашенко. - Ред.) опять принимал участие в выборах. Если он решится. Так что тут говорить и обвинять, что кто-то снимает власть или как-то захватывает, наверное, это слишком.

- Беларусь - ближайший сосед Литвы, очень важный для Литвы сосед. И эти заявления, эта позиция как бы означает, что вы не верите, что Александр Лукашенко вновь окажется президентом, даже если он примет участие в новых выборах. 

- Вы знаете, тут не вера, а опять же реальность. Ведь у нас нет никакой нужды, права и желания вмешиваться во внутреннюю жизнь этой страны. Это очень важно заявить, поскольку есть такие обвинения. О чем мы говорим? Мы говорим о том, каким не должно быть отношение к гражданам, к людям. Они, кстати, тоже европейские граждане. Они живут в европейской стране. И то, что мы видели в соцсетях, что мы узнали по другим каналам информации, - это не только нарушение прав человека, но, возможно, даже и преступление. Значит, надо и расследование какое-то провести даже.

Этого не должно быть. Нарушения прав человека универсальны, как мы знаем. У них нет границ, нет суверенитета. И тут нельзя сказать, что это - внутреннее дело страны. Мы только об этом и хотим сказать, больше ничего. И, кстати, мы даже не знаем, если будут эти выборы, то кого там выберут и по какому пути пойдут наши соседи. Но они сами должны выбрать. И это очень важно.

- По поводу Евросоюза: вы не разочарованы, что позиция Литвы и Польши относительно того, чтобы не просто не признавать результаты выборов в Беларуси, но и поддержать официально проведение новых, не была услышана вашими партнерами по ЕС, и в заявлении о ситуации в Беларуси призыва к новым выборам все же нет?

- Евросоюз - это большой механизм, и мы тоже понимаем и сочувствуем, что у некоторых коллег есть и другие раздражители, скажем так, мягко. Есть и Сирия, есть Ливия, есть "Талибан", есть пандемия. Всем этим надо заниматься. И есть беженцы. 

- Вы сами упомянули эти аргументы: Сирия, Ливия, беженцы, Ливан и так далее. То есть, условно говоря, другие страны Евросоюза, некоторые ваши партнеры говорят: "Ну, вы знаете, нам очень нужно общаться…" С кем? С Лукашенко по поводу Ливии? Наверное, речь идет о Путине, правильно? И о России?

- Да, конечно, не о Беларуси, речь о Путине. Но это уже другой фактор, другой игрок на международной арене - Россия, нынешняя Россия. Я уже много раз говорил: Россия - это не супердержава, это суперпроблема. Извиняюсь за это выражение, но так уж получилось, что какой уголок даже мира, не только Европы ни возьмешь, везде создаются конфликты, замороженные конфликты или активные конфликты, как в Украине. Есть нежелание видеть выбор какой-то пути, который немножко отличается от того, что думает Россия. Особенно, если Россия воспринимает этот кусок земли как свой двор или сферу влияния.

- Вот мы все сейчас тут в европейском трансатлантическом стиле выступаем за демократию в Беларуси и так далее. А затем, предположим, Лукашенко уйдет, и президентом Беларуси станет кто-то, кто, скажем так, выполнит все настойчивые просьбы Москвы. Например, о признании Крыма, о признании Абхазии и Южной Осетии, о размещении дополнительных или настоящих российских военных баз, об унификации фискальной системы. Лукашенко вроде как балансировал, конечно, ради своего интереса, между Европейским Союзом и Россией. А другой человек придет и скажет: Да, хорошо. Не боитесь этого?

- Я не буду сейчас глубоко копать, поскольку это дело политологов. Но я лично тоже думаю, что делать, чтобы все-таки сохранить лицо, не продолжать помогать бывшему руководителю государства, который так себя вел. И, с другой стороны, сохранить влияние на Беларусь.

- А если результаты будут такие, что следующее руководство будет еще более склонным к сотрудничеству с Россией? Такие настроения в белорусском обществе вообще распространены.

- Как будет, так будет. Вы же помните, нас тоже критиковали, когда мы сняли санкции после того, когда они (власти Беларуси. - Ред.) отпустили политических заключенных. Так что мы смотрим очень избирательно на весь этот процесс. Нет иллюзий, что там будет форпост демократии. Что выберут белорусы, на чем они все-таки остановятся - это их дело. Но главное, чтобы это было путем демократического процесса или хотя бы близко к этому процессу, а не дубинками, как сейчас происходит.

Смотрите также:

Смотреть видео 26:01

Эксклюзив DW: Светлана Тихановская о выборах, Лукашенко, Путине, детях и жизни в Литве #вТРЕНДde

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме

Также по теме

Реклама