Как немец и поляк пытались организовать побег Ходорковского | Что читают в Германии | DW | 19.10.2011
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Книги

Как немец и поляк пытались организовать побег Ходорковского

Старые друзья, немец и поляк, никогда не были героями. И вдруг решаются на опасную авантюру: они пытаются организовать побег Ходорковского. И отправляются в Сибирь.

Побег из тюрьмы

"Мертвые звери" - этим названием роман Олафа Кюля (Olaf Kühl) обязан истории с бездомными собаками, отравленными в Забайкалье в преддверии приезда президента Медведева. Правда, какого-то особенного символического значения это название для романа не имеет и остается, скорее, одним из эпизодов полного приключений и открытий путешествия двух друзей - немца и поляка - по Сибири. Приехали Конрад и Анджей сюда вовсе не туристами, хотя им упорно навязывают прогулки на катере, ловлю рыбы, осмотр достопримечательностей и музеев. У них есть тайная цель – организовать побег Ходорковского из заключения (события происходят еще тогда, когда он находился в Сибири). Цель явно авантюрная, учитывая хотя бы то, что герои романа даже не знают толком, где именно - в лагере или в тюрьме - он в настоящий момент находится.

Олаф Кюль (слева) и Анджей Стасюк

Олаф Кюль (слева) и Анджей Стасюк

Тем не менее, при всей неправдоподобности сюжета роман переполнен удивительно точными деталями. Острая наблюдательность и тонкое понимание происходящего в России отличают и рассказчика (Конрада), и его спутника Анджея. Ничего удивительного тут нет: автор романа, "альтер эго" которого является рассказчик, часто бывает в России и прекрасно знает русский язык. Он - референт правящего бургомистра Берлина по вопросам, связанным с Россией.

И хотя "Мертвые звери" - первый роман Олафа Кюля, с художественной литературой он знаком тоже не понаслышке. Кюль много переводит, в том числе с русского и украинского языков, но главным образом - с польского. Он переводил, в частности, известного польского поэта, прозаика и эссеиста Анджея Стасюка, с которым его связывает личная дружба и который явно стал прототипом второго главного героя романа Анджея Карымсюка.

Проклятые вопросы и правильные ответы

Колония в Краснокаменске, где сидел Ходорковский

Колония в Краснокаменске, где сидел Ходорковский

В общем, в книге хватает и "ума холодных наблюдений", и "сердца горестных замет". Правда, умозрительных рассуждений по поводу прошлого, настоящего и будущего России, на мой взгляд, многовато для художественной прозы: Ходорковский - "хороший" или "плохой"? за дело ли его посадили? благо это или нет - колонизация Сибири? провинциальна ли российская глубинка или открыта миру?.. И так далее, и тому подобное. Дискуссии эти притормаживают развитие событий, которое и без того идет не слишком быстро. Кроме того, они слишком напоминают телевизионные ток-шоу и разные круглые столы в Германии, в которых немецкие политики, политологи, журналисты и "эксперты по России" обмениваются аргументами типа "с одной стороны - с другой стороны". Аргументы убедительные, озабоченность искренняя, уровень серьезный, - но так все академично, рассудительно и, увы, безнадежно... Прямо, слушать не хочется.

Как видно, прекрасное знание российских реалий сослужило автору не только добрую службу: ему слишком многое хочется объяснить немецкому читателю. Пожалуй, нет такого общенемецкого стереотипа в отношении России, который Олаф Кюль ни пытался бы прокомментировать в той или иной форме. От двойственности перестроечных реформ до пресловутой "азиатчины" и тоске русских по "сильной руке", - на все он хочет дать "правильный" ответ. Под многими из его комментариев и я мог бы подписаться, но, даже облеченные в форму диалога, они кажутся порой слишком назидательными, дидактическими.

У стен тюрьмы

Тем не менее, нельзя согласиться с одним из критиков романа Кюля, который пишет об "искусственной нравоучительности" отдельных фрагментов и сравнивает главных героев со школьниками, которые изрекают почти исключительно банальности. Автор этой интернетовской рецензии ставит в вину Кюлю, что тот не определился с жанром, написав не то классический роман, не то авантюрный роуд-муви, не то триллер. Отсюда, мол, эклектика. "Полновесной, гармоничной прозы не получилось", - таков приговор критика.

Обложка книги

Обложка книги

Несмотря на определенные недостатки романа, приговор этот, несомненно, слишком суров, а рецензия, выдержанная в раздраженном, порой пренебрежительном тоне, несправедлива. Да, назидательно-публицистический элемент действительно очень силен, но в "Мертвых зверях" читатель найдет и прекрасную литературу. Очень точны и трогательно-лиричны, например, те страницы, где идет речь о Маше, 40-летней вдове полковника милиции, в доме которой главные герои проводят несколько дней и у которой один из них крадет пистолет.

В последней трети романа, когда Конрад и Анджей вплотную подбираются к стенам тюрьмы, где должен находиться Ходорковский, и знакомятся с девушкой, которая может передать узнику записку, повествование обретает, наконец, динамичность и увлекательность. И очень хочется дочитать роман до конца, чтобы узнать: смогут ли все-таки немец и поляк организовать побег опального олигарха?

Автор: Ефим Шуман
Редактор: Марина Борисова

Olaf Kühl.
"Tote Tiere".
Rowohlt, Berlin 2011

Контекст