Die Zeit: Европа становится судьбоносным вопросом для правительства Германии | Немецкая печать | DW | 01.09.2011
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Немецкая печать

Die Zeit: Европа становится судьбоносным вопросом для правительства Германии

Берлин должен определиться: собирается ли он оставаться интегральной частью Запада или же делать упор на восточную политику? Ответ на этот вопрос еженедельника Die Zeit.

Немецкие газеты

Ну и как долго еще правительство Германии будет делать вид, что ничего особенного не происходит? Сегодня Германия, как никогда раньше, чрезвычайно важна для Европы. И никогда еще внешняя политика Германии не была такой неопределенной. Внешнеполитический кризис с каждым днем все больше сказывается на том, что раньше считалось внутренней политикой.

Судьба нынешнего правительства Германии зависит от единственного вопроса: сумеет ли оно заново позиционировать Германию в Европе. Меркель приходится опасаться за судьбу пакета мер по спасению евро, который может и не получить большинства голосов. Одна из ее коллег по кабинету министров, рассчитывающая на пост канцлера, уже громогласно заявила, что она выступает за создание "Соединенных Штатов Европы". Правда, эту идею, к сожалению, категорически отвергают ХСС и Свободная демократическая партия.

А тут, как назло, во времена, когда любую политику проводить нелегко, у Германии оказался министр иностранных дел, к которому никто серьезно не относится. Сначала молодые соратники Вестервелле по партии подорвали его авторитет, а затем великодушно позволили ему остаться на посту министра, так сказать, условно.

Изгнание Вестервелле из правительства сегодня расценивалось бы как признак слабости правящей коалиции. Так что внешнеполитический кризис, к которому в немалой степени приложил руку Вестервелле, может парадоксальным образом стать его спасением. Вестервелле заявил о своем уважении союзников по НАТО - правда, слишком поздно и не совсем искренне. А тот факт, что низложение Каддафи он объявил результатом санкций со стороны Германии, свидетельствует об очевидном отсутствии каких бы то ни было ориентиров в политике ФРГ.

Впрочем, теперь свою эффективность предстоит продемонстрировать не только Вестервелле, но внешней политике Германии в целом. Поскольку от Вестервелле ничего особенного ожидать не приходится, то ситуацию разруливать придется Меркель. В свое время она вместе с Вестервелле принимала решение по Ливии. Так что теперь ей придется заняться минимизацией ущерба. И это еще не самая сложная задача.

Германии предстоит принять решение по вопросу, такому же важному, каким в свое время был вопрос о довооружении. Берлин должен определиться: собирается ли он оставаться интегральной частью Запада или же намерен сделать упор на восточную политику? Какую роль в Европе должна в будущем играть Германия? Когда-то европейская политика была сферой технократов, сегодня же она превращается в сцену, на которой разыгрывается кризис самосознания немцев.

Прежние утверждения, что Германия слишком мала для гегемонии в Европе, но в то же время слишком велика для сохранения равновесия, больше не соответствуют реальному положению вещей. Достигнутый в свое время компромисс, согласно которому Германия являлась экономической державой, а Франция политической, сегодня тоже не действует. Раньше Германия могла влияние купить. Сегодня же она обладает в Европе и огромным политическим весом. Так что без участия Германии спасение Европы просто невозможно.

А ведь некогда евро был введен по настоянию Франции, чтобы не допустить гегемонии Германии в Европе. По иронии судьбы, именно евро и обусловил гегемонию Берлина в Европе. Немцы оказались в выигрыше от введения евро, тем не менее многие считают, что Европа их обманула. В общем, евро превратил Германию в боязливого гегемона. Немцы боятся Европы, а Европа боится мощи Германии.

Причем перестраивать ЕС немцам предстоит как раз в то время, когда многие из них начинают ощущать себя жертвами Евросоюза. Если раньше европейская идея была ценной сама по себе, то теперь многие считают, что Европа представляет собой угрозу ценностям и благосостоянию.

Наряду с европейским вопросом, Германии предстоит решить еще один судьбоносный вопрос: вопрос войны и мира. Какой урок следует извлечь из международных военных операций последних десятилетий - от Боснии до Афганистана? Может быть, следует как можно скорее завершить военные действия и больше никогда не участвовать в чем-либо подобном? Война против Ливии, которая носит далеко не образцовый характер, говорит, скорее, против этого. "Культура сдержанности" стала синонимом преувеличенного морализаторства.

И еще один кардинальный вопрос для Германии: Израиль. Какую позицию займет Германия, когда в сентябре палестинцы потребуют от ООН признания палестинского государства? Можно ли после "арабской весны" просто высокомерно отклонить это желание палестинцев? Нам следует отказаться от закостенелых ритуалов ближневосточной дипломатии и выработать новую позицию, не раздражая при этом ни Израиль, ни США.

В Совете Безопасности ООН в ходе голосования по Ливии Германия оказалась на той же стороне, что и Россия, Китай и Индия. Действительно, Германии нужны новые стратегические партнеры. Но проводить политику неприсоединения к блокам Германия не может. Только вместе с остальной Европой мы можем померяться силами с Китаем. А Европе Германия нужна для того, чтобы повысить свое влияние в мире.

Так какой же Германия хотела бы видеть Европу? И какая Германия нужна Европе? Если правительство Германии найдет ответы на эти вопросы, то у него появится шанс выжить.

Подготовил Анатолий Иванов
Редактор: Андрей Кобяков

архив

Контекст

Реклама