Суровые времена для нечестных менеджеров | Главные события в политике и обществе Германии | DW | 04.10.2013
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия

Суровые времена для нечестных менеджеров

Немецкая юстиция ужесточает отношение к топ-менеджерам. Общество хочет, чтобы судьи пресекали злоупотребление доверием со стороны управленцев высшего звена в бизнесе.

В суде Гамбурга идет процесс по делу HSH Nordbank

В суде Гамбурга идет процесс по делу HSH Nordbank

Деятельность немецких топ-менеджеров все чаще становится предметом внимания прокуроров и судей. Вот лишь некоторые яркие примеры, подтверждающие это. Томас Мидделхофф (Thomas Middelhoff) в 2004 году слыл спасителем сети универмагов Karstadt. Но после банкротства в 2009 году концерна Arcandor, куда входил и Karstadt, Мидделхофф вынужден доказывать в различных судах, что не совершал противоправных действий. При этом он обеспечивал себе солидные премиальные в момент, когда его предприятие уверенно приближалось к банкротству.

Злоупотребление доверием?

Часть полученных таким образом денег Мидделхофф уже выплатил обратно по решению суда, но на этом интерес правосудия к нему не закончился. В ходе следующего процесса Высший земельный суд в городе Хамм рассматривает, какого рода ошибки были совершены бывшим председателем правления Arcandor. В качестве возможного обвинения звучит злоупотребление доверием. Уголовный кодекс Германии предусматривает за него наказание вплоть до нескольких лет тюрьмы.

Томас Миддлхофф

Томас Мидделхофф

Мидделхофф - отнюдь не единственный топ-менеджер, которого в последние годы привлекали к суду по этому обвинению. Сейчас идет процесс в отношении бывших членов правления немецкого банка HSH-Nordbank. Прокуратура исходит из того, что во время кризиса 2007 года правление банка осуществляло некие непрозрачные операции, которые нанесли ему ущерб. Также перед судом отвечает бывшее руководство одного из крупнейших частных банков Европы Sal.Oppenheim. В ходе этого процесса звучат обвинения в злоупотреблении доверием при совершении ряда сомнительных сделок с недвижимостью, в результате которых предприятие потеряло крупные суммы денег.

Первая ласточка - Виктория

А первой ласточкой в череде подобных процессов было громкое "дело Mannesmann". Этот процесс начался в 2004 году и привлек к себе особое внимание общественности. Среди обвиняемых был и глава Deutsche Bank Йозеф Аккерман (Joseph Ackermann), и бывший председатель правления Mannesmann Клаус Эссер (Klaus Esser), давшие согласие на поглощение телекоммуникационного концерна британским конкурентом Vodafone.

Судебный процесс был прекращен после выплаты обвиняемыми в качестве откупных крупной суммы. А в историю вошел жест Аккермана - он продемонстрировал на судебном заседании "Викторию" - символ победы, а также его фраза о том, что Германия - единственная страна, где тех, кто добивается успеха и создает ценности, за это судят.

Победный жест Йозефа Аккермана

Победный жест Йозефа Аккермана

Общество усмотрело в этом вызов и пренебрежение к одной из основных его ценностей - так называемой социальной солидарности. Решение суда о прекращении процесса также было подвергнуто критике. В этой связи стал подниматься вопрос о двойных стандартах в правосудии - говорилось, что юстиция для небожителей, которыми стали в современном обществе менеджеры крупных фирм, отличается от юстиции для обычных граждан. К одним она относится более снисходительно, нежели к другим.

Закон и общественное мнение

Законодательство в той части, которая связана с ответственностью руководящего менеджмента в бизнесе, со времен суда по "делу Mannesmann", изменилось незначительно, говорит Мартин Шоккенхофф (Martin Schockenhoff),юрист адвокатской конторы Gleiss Lutz в Штутгарте. По его мнению, тот факт, что судебные процессы по обвинению в злоупотреблении доверием применительно к менеджерам высшего звена участились, связан с изменением отношения в обществе к деяниям такого рода. К ним сейчас привлечено гораздо большее внимание, в том числе со стороны прессы.

Некое деяние можно квалифицировать как злоупотребление доверием, если с чужим имуществом - в данном случае, с имуществом фирмы или, если речь идет об акционерном обществе, с деньгами акционеров, - было допущено безответственное обращение.

Но эта формулировка допускает определенную свободу в трактовке, поскольку сам по себе риск в обращении со средствами фирмы является неотъемлемой частью предпринимательства и не может караться. Другое дело, что руководители предприятия, находящегося в их ведении, идя на риск при совершении операций, должны иметь в виду долгосрочную выгоду для всего предприятия. Если на это есть расчет, то менеджеры не только могут, но и должны стремиться к таким сделкам.

Критерий для прокурора

Но взгляд на то, что допустимо, а что нет, постепенно меняется. "Представления в обществе, согласно которым руководители банков и концернов должны нести определенную ответственность в случае крупных потерь, понесенных фирмами в результате их действий, несомненно, оказывает влияние на юстицию", - считает правовед из Университета Тюбингена (Universität Tübingen) Йорг Айзеле (Jorg Eisele).

"Мы должны пользоваться таким критерием: выносим ли мы в отношении знаменитых личностей такие же приговоры, как в отношении обычных преступников", - заявил недавно в интервью газете Süddeutsche Zeitung известный в Германии как "гроза высокопоставленных мошенников" штутгартский прокурор Ханс Рихтер (Hans Richter).

Именно он сейчас руководит расследованием в отношении менеджеров и членов наблюдательного совета концерна Porsche. Их подозревают в том, что конкурентную борьбу они вели с нарушением закона, а именно манипулировали рынком акций при попытке поглотить Volkswagen. При этом юристы предостерегают против слишком рьяного применения категории "злоупотребление доверием" в условиях, когда прокуроры и судьи ощущают на себе давление общественного мнения и прессы. "Такое обвинение должно проверяться с особой тщательностью, поскольку для невиновного гражданина это очень тяжкое обвинение", - говорит правовед Уве Х. Шнайдер (Uwe H. Schneider) из Дармштадского университета.

ADVERTISEMENT