Общага на крови: как живут ЛГБТ-беженцы в Берлине | Анализ событий в политической жизни и обществе Германии | DW | 19.12.2018
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Германия

Общага на крови: как живут ЛГБТ-беженцы в Берлине

В Берлине находится самое крупное общежитие для ЛГБТ-беженцев в Германии. Треть его жильцов - русскоязычные. И у многих чувство, что их бросили на произвол судьбы. Почему - в репортаже DW.

Стена в одной из комнат общежития. Надпись на плакате: Горжусь быть ЛГБТ-мигрантом

Стена в одной из комнат общежития. Надпись на плакате: "Горжусь быть ЛГБТ-мигрантом"

До 30-летнего возраста Вероника (в паспорте у нее мужское имя) жила в Украине - сначала в Херсоне, потом местное телевидение сняло о ней репортаж, началась травля, пришлось перебраться в Николаев. Там она решила самостоятельно заняться коррекцией пола, то есть принимать гормональные препараты. По ее словам, из-за безденежья она вынуждена была выбрать самый дешевый - его используют ветеринары. После каждой инъекции поднималась высокая температура, начиналась рвота, кожа желтела.

Путь Вероники из Херсона в Берлин

Вероника перебралась в Киев, а последние месяцы перед отъездом в Германию провела в селе - в "сарае", куда ее пустили пожить знакомые. Они же купили ей билет на автобус Киев-Кельн. К этому времени границы в Европу для украинцев были открыты - начал действовать долгожданный безвиз.

В 2017 году Вероника уехала в Германию и, повинуясь спонтанному решению, вышла из автобуса в Берлине, не доехав до Кельна - вышла и отправилась искать полицию. Незнакомый арабский мужчина подбросил ее до полицейского участка, там ей выдали билет на проезд и карту города, с помощью которой она добралась до лагеря первичного пребывания беженцев, размещенного в закрытом десять лет назад берлинском аэропорту Темпельхоф. Там она провела три дня.

Потом ее переместили в недавно открывшееся общежитие для ЛГБТ-беженцев в одном из берлинских районов, где она живет до сих пор. В конце октября этого года Веронику в общаге избили, после чего она перестала пользоваться лифтом и заходить на второй этаж, на котором живут ее обидчики. А друзья девушки организовали инициативную группу по борьбе с дискриминацией.

"Постгендерный мир" в общежитии для ЛГБТ-беженцев

В берлинском общежитии для ЛГБТ-беженцев живут 125 человек, это, если не считать несколько частных инициатив, единственное учреждение подобного рода в Германии. Оно открылось в 2016 году с целью защитить ЛГБТ-беженцев от насилия - в том числе и со стороны других групп мигрантов. Это здание в несколько этажей современного типа, снаружи напоминающее обычный жилой дом в стиле популярного ныне минимализма. На входе сидят "охранники" - несколько пожилых людей, похожих на консьержей-пенсионеров в российских подъездах.

Бранденбургские ворота в Берлине

Крупнейшее общежитие для ЛГБТ-беженцев в Германии находится в Берлине

Посетителям выдают вырезанный из бумаги номерок - его необходимо сдать назад на выходе. Из окон открывается вид на пустырь - в паре шагов отсюда бары, ресторанчики, арабские овощные лавки. Около трети постояльцев общежития, что подтверждают в его администрации, являются русскоязычными - это беженцы из постсоветских стран. Москва, Киев, Кишинев... Именно внутри этой группы и происходят основные конфликты.

"Я отсюда уеду только тогда, когда тут свергнут патриархат, и установится постгендерный мир. В нашей общаге он просто обязан наступить. Когда я хоть чуть-чуть разрулю этот п*****, тогда я свободен", - говорит Алик, невысокий, одетый в черное коротко стриженый парень (выглядит он как мужчина, но сам себя мужчиной не считает, отвергая бинарную идентичность). По словам Алика, в общаге целый букет предрассудков - трансфобия, расизм, эйблизм (враждебное отношение к людям с инвалидностью. - Ред.), мизогиния. "И здесь еще есть "русский мир". "Русский мир" находит жертву и травит ее, потому что "русскому миру" здесь очень скучно", - добавляет он.

Порой опыт преследований, которым ЛГБТ-беженцы подвергались на родине, трансформируется, по выражению Алика, не в солидарность и сострадание, а в их полную противоположность. "Люди транслируют то, что они умеют. Видимо, они другого не умеют", - сетует он, описывая поведение части жителей общаги, превратившихся в Берлине из жертв в участников травли.

Конец мигрантской эйфории

"В первое время, когда ты покидаешь свою страну, тебя охватывает эйфория. Тебя кормят в столовой. Вау! У тебя есть своя кровать. Вау! А потом начинаются проблемы со статусом, в первый раз испытываешь мигрантофобию и начинаешь чувствовать свою беспомощность", - делится Лев, другой житель общежития. Рассмотрение дел ЛГБТ-беженцев тянется годами, обычно первое решение о предоставлении им убежища оказывается отрицательным, после чего заявители подают апелляцию.

Ладно я кожистый и мозолистый - Алик в общаге

"Ладно я кожистый и мозолистый" - Алик в общаге

Даже попав в Германию и получив крышу над головой, невозможно расслабиться - до получения законного статуса проходят в лучшем случае месяцы, а "отказников" полиция депортирует прямо из общаги. Все это, по словам ее жильцов, не лучшим образом действует на психическое состояние.  "Конечно, мы чувствительные. А с чего нам не быть чувствительными? Здесь специальное общежитие для людей, которые нуждаются в особой защите - для чувствительных людей. И ладно я кожистый и мозолистый, а Веронику чуть до суицида не довели", - рассказывает Алик.

Насилие неизбежно?

"Да, конечно. И, исходя из имеющихся условий, этого не избежать", - так директор общежития Антье Саного (Antje Sanogo) отвечает на прямой вопрос, имеют ли место здесь случаи насилия. По ее словам, это общежитие по своему статусу и финансированию ничем не отличается от прочих общежитий для беженцев, проблемы тут те же, что и везде.

Контекст

"Не хватает места, не хватает личного пространства, люди лишены права самостоятельно принимать решения. Стресс, конфликты, столкновение противоположных интересов, приходится жить в одной комнате с абсолютно чужими людьми", - объясняет директор. Выход она видит в том, чтобы беженцы как можно скорее покидали общежитие, устраиваясь на частные квартиры. "Но и это сложно, потому что в Берлине очень трудно найти квартиру, а дела беженцев рассматриваются очень долго", - признается Саного.

Судя по реакции руководства общежития, оно рассматривает избиение Вероники как бытовой конфликт, обусловленный объективными факторами - недостаток места, тяжелые условия жизни. Инициативная группа по борьбе с дискриминацией считает, что девушка стала жертвой процветающих в общаге трансфобии, нетерпимости, травли слабого - и это системное явление, с которым можно и нужно бороться.

У инициативной группы, как и у руководства общежития, нет четкого плана по оздоровлению климата в нем. "Надо запретить речи, наполненные ненавистью. Как с алкоголем - он тут официально запрещен, при этом все пьют пиво, но вынуждены это хотя бы скрывать. Кроме того, я бы раз в неделю организовал лекцию о ненасильственном общении", - размышляет Алик.

Пока что борцы с дискриминацией добиваются возможности перевести пострадавших в другие комнаты и наладить хоть какой-то контакт с руководством общежития. "Здесь маленькая декоративная родина. Не тот большой злой мир, а игрушечный. Здесь все игрушечное: игрушечные гомофобы, игрушечные трансфобы. Бьют людей не игрушечно, а все остальное - как в детском саду. Но пока я не одолею этого дракона, я не уеду. Я бежал из Молдавии, в принципе, от этого же. Куда мне бежать отсюда?", - говорит на прощанье Алик.

Смотрите также: 

Смотреть видео 03:08

"Я больше не боюсь" - история гей-беженцев из России

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама