Общага на крови: как живут ЛГБТ-беженцы в Берлине | Анализ событий в политической жизни и обществе Германии | DW | 19.12.2018

Посетите новый сайт DW

Зайдите на бета-версию сайта dw.com. Мы еще не завершили работу. Ваше мнение поможет нам сделать новый сайт лучше.

  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Германия

Общага на крови: как живут ЛГБТ-беженцы в Берлине

В Берлине находится самое крупное общежитие для ЛГБТ-беженцев в Германии. Треть его жильцов - русскоязычные. И у многих чувство, что их бросили на произвол судьбы. Почему - в репортаже DW.

Стена в одной из комнат общежития. Надпись на плакате: Горжусь быть ЛГБТ-мигрантом

Стена в одной из комнат общежития. Надпись на плакате: "Горжусь быть ЛГБТ-мигрантом"

До 30-летнего возраста Вероника (в паспорте у нее мужское имя) жила в Украине - сначала в Херсоне, потом местное телевидение сняло о ней репортаж, началась травля, пришлось перебраться в Николаев. Там она решила самостоятельно заняться коррекцией пола, то есть принимать гормональные препараты. По ее словам, из-за безденежья она вынуждена была выбрать самый дешевый - его используют ветеринары. После каждой инъекции поднималась высокая температура, начиналась рвота, кожа желтела.

Путь Вероники из Херсона в Берлин

Вероника перебралась в Киев, а последние месяцы перед отъездом в Германию провела в селе - в "сарае", куда ее пустили пожить знакомые. Они же купили ей билет на автобус Киев-Кельн. К этому времени границы в Европу для украинцев были открыты - начал действовать долгожданный безвиз.

В 2017 году Вероника уехала в Германию и, повинуясь спонтанному решению, вышла из автобуса в Берлине, не доехав до Кельна - вышла и отправилась искать полицию. Незнакомый арабский мужчина подбросил ее до полицейского участка, там ей выдали билет на проезд и карту города, с помощью которой она добралась до лагеря первичного пребывания беженцев, размещенного в закрытом десять лет назад берлинском аэропорту Темпельхоф. Там она провела три дня.

Потом ее переместили в недавно открывшееся общежитие для ЛГБТ-беженцев в одном из берлинских районов, где она живет до сих пор. В конце октября этого года Веронику в общаге избили, после чего она перестала пользоваться лифтом и заходить на второй этаж, на котором живут ее обидчики. А друзья девушки организовали инициативную группу по борьбе с дискриминацией.

"Постгендерный мир" в общежитии для ЛГБТ-беженцев

В берлинском общежитии для ЛГБТ-беженцев живут 125 человек, это, если не считать несколько частных инициатив, единственное учреждение подобного рода в Германии. Оно открылось в 2016 году с целью защитить ЛГБТ-беженцев от насилия - в том числе и со стороны других групп мигрантов. Это здание в несколько этажей современного типа, снаружи напоминающее обычный жилой дом в стиле популярного ныне минимализма. На входе сидят "охранники" - несколько пожилых людей, похожих на консьержей-пенсионеров в российских подъездах.

Бранденбургские ворота в Берлине

Крупнейшее общежитие для ЛГБТ-беженцев в Германии находится в Берлине

Посетителям выдают вырезанный из бумаги номерок - его необходимо сдать назад на выходе. Из окон открывается вид на пустырь - в паре шагов отсюда бары, ресторанчики, арабские овощные лавки. Около трети постояльцев общежития, что подтверждают в его администрации, являются русскоязычными - это беженцы из постсоветских стран. Москва, Киев, Кишинев... Именно внутри этой группы и происходят основные конфликты.

"Я отсюда уеду только тогда, когда тут свергнут патриархат, и установится постгендерный мир. В нашей общаге он просто обязан наступить. Когда я хоть чуть-чуть разрулю этот п*****, тогда я свободен", - говорит Алик, невысокий, одетый в черное коротко стриженый парень (выглядит он как мужчина, но сам себя мужчиной не считает, отвергая бинарную идентичность). По словам Алика, в общаге целый букет предрассудков - трансфобия, расизм, эйблизм (враждебное отношение к людям с инвалидностью. - Ред.), мизогиния. "И здесь еще есть "русский мир". "Русский мир" находит жертву и травит ее, потому что "русскому миру" здесь очень скучно", - добавляет он.

Порой опыт преследований, которым ЛГБТ-беженцы подвергались на родине, трансформируется, по выражению Алика, не в солидарность и сострадание, а в их полную противоположность. "Люди транслируют то, что они умеют. Видимо, они другого не умеют", - сетует он, описывая поведение части жителей общаги, превратившихся в Берлине из жертв в участников травли.

Конец мигрантской эйфории

"В первое время, когда ты покидаешь свою страну, тебя охватывает эйфория. Тебя кормят в столовой. Вау! У тебя есть своя кровать. Вау! А потом начинаются проблемы со статусом, в первый раз испытываешь мигрантофобию и начинаешь чувствовать свою беспомощность", - делится Лев, другой житель общежития. Рассмотрение дел ЛГБТ-беженцев тянется годами, обычно первое решение о предоставлении им убежища оказывается отрицательным, после чего заявители подают апелляцию.

Ладно я кожистый и мозолистый - Алик в общаге

"Ладно я кожистый и мозолистый" - Алик в общаге

Даже попав в Германию и получив крышу над головой, невозможно расслабиться - до получения законного статуса проходят в лучшем случае месяцы, а "отказников" полиция депортирует прямо из общаги. Все это, по словам ее жильцов, не лучшим образом действует на психическое состояние.  "Конечно, мы чувствительные. А с чего нам не быть чувствительными? Здесь специальное общежитие для людей, которые нуждаются в особой защите - для чувствительных людей. И ладно я кожистый и мозолистый, а Веронику чуть до суицида не довели", - рассказывает Алик.

Насилие неизбежно?

"Да, конечно. И, исходя из имеющихся условий, этого не избежать", - так директор общежития Антье Саного (Antje Sanogo) отвечает на прямой вопрос, имеют ли место здесь случаи насилия. По ее словам, это общежитие по своему статусу и финансированию ничем не отличается от прочих общежитий для беженцев, проблемы тут те же, что и везде.

"Не хватает места, не хватает личного пространства, люди лишены права самостоятельно принимать решения. Стресс, конфликты, столкновение противоположных интересов, приходится жить в одной комнате с абсолютно чужими людьми", - объясняет директор. Выход она видит в том, чтобы беженцы как можно скорее покидали общежитие, устраиваясь на частные квартиры. "Но и это сложно, потому что в Берлине очень трудно найти квартиру, а дела беженцев рассматриваются очень долго", - признается Саного.

Судя по реакции руководства общежития, оно рассматривает избиение Вероники как бытовой конфликт, обусловленный объективными факторами - недостаток места, тяжелые условия жизни. Инициативная группа по борьбе с дискриминацией считает, что девушка стала жертвой процветающих в общаге трансфобии, нетерпимости, травли слабого - и это системное явление, с которым можно и нужно бороться.

У инициативной группы, как и у руководства общежития, нет четкого плана по оздоровлению климата в нем. "Надо запретить речи, наполненные ненавистью. Как с алкоголем - он тут официально запрещен, при этом все пьют пиво, но вынуждены это хотя бы скрывать. Кроме того, я бы раз в неделю организовал лекцию о ненасильственном общении", - размышляет Алик.

Пока что борцы с дискриминацией добиваются возможности перевести пострадавших в другие комнаты и наладить хоть какой-то контакт с руководством общежития. "Здесь маленькая декоративная родина. Не тот большой злой мир, а игрушечный. Здесь все игрушечное: игрушечные гомофобы, игрушечные трансфобы. Бьют людей не игрушечно, а все остальное - как в детском саду. Но пока я не одолею этого дракона, я не уеду. Я бежал из Молдавии, в принципе, от этого же. Куда мне бежать отсюда?", - говорит на прощанье Алик.

Смотрите также: 

Смотреть видео 03:08

"Я больше не боюсь" - история гей-беженцев из России

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме