Немцы-переселенцы из-за пандемии застряли на пути в Германию | Германия | DW | 27.05.2020
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Германия

Немцы-переселенцы из-за пандемии застряли на пути в Германию

Сотни этнических немцев из постсоветских стран бьют тревогу: из-за коронавируса они не могут выехать в Германию. DW разбиралась в сложившейся ситуации.

Десятки семей немцев-переселенцев из России и других постсоветских стран не могут выехать в Германию. Практически все они оказались в бедственном положении и просят о помощи. Письмо, которое подписали около 300 человек, получили и журналисты DW. Этнические немцы обращаются к широкой общественности и политикам с просьбой срочно вмешаться в ситуацию и помочь. С прежней родиной у этих людей больше нет ничего общего. "Мы продали дома и квартиры, уволились с работы, снялись с прописки, и теперь мы посуточно снимаем жилье и ждем, когда сможем выехать в Германию. Билеты на самолеты подорожали втридорога, у многих не осталось средств к существованию", - это выдержка из письма, полученного DW. Оно написано от имени людей, не имеющих возможности выехать в Германию из-за закрытых границ, а также тех, кто хотел бы подать или уже подал документы на визу.

Письмо журналистам DW было отправлено с адреса Евгения Аллеса из Ставрополя. Он взялся координировать действия пострадавших и создал WhatsApp-группу для постоянного обмена информацией. По словам Евгения, письмо, которое получила русская редакция DW, было также направлено в МИД и МВД Германии. Мы связались с несколькими пострадавшими семьями по телефону и попросили рассказать о ситуации, в которой они оказались. Начнем с истории самого Евгения Аллеса из Ставрополя.

"Мы каждый день боремся за выживание"

"Получение ПМЖ в Германии - это последнее звено в длинной цепи. Чтобы получить вид на жительство, нужно сняться со всех учетов, не иметь обязательств перед частными лицами и государственными учреждениями, уволиться с работы, собрать вещи и быть готовым отправиться в путь. Мы с женой и маленьким сыном так и сделали: продали квартиру, собрали чемоданы, все необходимые документы и отправились из Ставрополя в немецкое консульство в Москве. 10 марта нынешнего года мы подали документы на визу. В это время еще не было никаких ограничений в связи с коронавирусной инфекцией. В Москве мы посуточно оплачивали аренду квартиры. Даже когда 16 марта было объявлено о карантине, консульство нам по телефону отвечало: ждите решения. Лишь 20 марта нам сказали, что выдача виз приостановлена в связи с карантином. Наши загранпаспорта до сих пор находятся в консульстве, а нам посоветовали вернуться в Ставрополь. Мы приехали практически в никуда: квартиры нет, работы нет, прописки нет. Есть небольшие сбережения и несколько чемоданов с вещами. Теперь мы снимаем квартиру, экономя даже на еде. Родственников у меня в России нет, помощи ждать не от кого. Мама-пенсионерка, которая живет в Германии, прислала недавно 100 евро. Мы каждый день боремся за выживание", - рассказывает Евгений Аллес.

Семья Евгения Аллеса

Семья Евгения Аллеса

Им с женой и четырехлетним сыном придется брать деньги в долг, чтобы оплатить авиабилеты в Германию, если им наконец-то откроют визу. Именно Евгений стал инициатором письма в немецкие инстанции. Это послание - крик о помощи.

WhatsApp-группа, в которой общаются пострадавшие, сейчас насчитывает около 300 человек. За каждым номером телефона скрываются проблемы отдельно взятой семьи. Вот история Екатерины Червинской из Караганды.

"Нас бросили на произвол судьбы"

6 февраля этого года семья Червинских, а это - Екатерина, ее муж Денис и их трехлетние сыновья-близнецы Андрей и Роман, получила подтверждение о том, что в Германии их примут. Екатерина сдала документы в немецкое консульство в Нурсултане 5 марта. По ее словам, обычно виза оформляется в течение трех - пяти дней, а ей две недели не отвечали. Лишь 19 марта Екатерине сообщили по телефону, что виза открыта, но паспорта из-за карантина ей вернуть не могут. Семье пришлось вернуться в Караганду, где они с тех пор сидят на чемоданах почти без средств к существованию.

Семья Червинских

Семья Червинских

"Когда формировались рейсы, чтобы вывести из Казахстана граждан Германии или людей, постоянно проживающих там, то нас, переселенцев, в эти самолеты не регистрировали. У людей сроки виз заканчивались, но их на эти рейсы не пускали. В результате мы оказались в подвешенном состоянии: Германия границы закрыла, казахстанские чиновники говорят, что мы уже - не граждане Казахстана. Прописки нет - пожалуйста, покиньте страну! Вопрос лишь в том, куда ехать и как ее покинуть? Мы уволились с работы, по бросовым ценам продали свои квартиры, живем практически впроголодь. Ощущение, что нас обе страны - и Казахстан, и Германия - бросили на произвол судьбы", - еле сдерживает слезы Екатерина.

По ее словам, они даже боятся выходить из дома, потому что как только житель Казахстана снялся с миграционного учета, он должен в течение 10 дней покинуть страну. Нас могут в любой момент оштрафовать, причем штрафы - очень большие, а денег не осталось. "Авиабилеты, если их еще удастся купить, то только втридорога. В марте билеты стоили в пересчете чуть больше тысячи евро на всю нашу семью, сегодня цены - от 750 до 850 евро на человека. Откуда нам, неработающим людям, взять такие деньги?" - задается вопросом Екатерина.

"Мы чувствуем себя бомжами"

В еще более плачевной ситуации оказалась семья Гауфлер из казахстанского Тараза. 15 марта они с чемоданами выехали в Алма-Ату, откуда должны были с пересадкой в столице улететь во Франкфурт-на-Майне. "В день вылета, 17 марта, нас даже в аэропорт не пустили. Улететь в Германию могли только люди с видом на жительство, а у нас была национальная виза "D". Нам сказали возвращаться назад. С нами даже никто не хотел разговаривать, ссылаясь на указ президента Казахстана о чрезвычайном положении из-за коронавируса. Мы оказались практически бездомными с тремя чемоданами. Чтобы достать (не купить, а именно достать!) билеты из Алма-Аты в Тараз мы 10 часов с ребенком просидели на вокзале. Мы реально чувствовали себя бомжами. В Таразе мы сначала жили с семьей моей мамы: восемь человек в маленькой квартирке. Теперь снимаем однокомнатную квартиру без мебели. У нас ничего нет. Мы пьем из трех стаканов. Если я один случайно разобью, то будем пить из двух, новый я не куплю, потому что мы экономим каждую копейку. Мы все продали или раздали людям", - плачет в трубку Татьяна Гауфлер.

Татьяна Гауфлер с мужем и сыном

Татьяна Гауфлер с мужем и сыном

Из-за того, что семья выписалась из Казахстана, супруги Гауфлер не могут даже временно устроиться на работу. "Авиакомпания нам не возвращает деньги за несостоявшийся полет, нам практически не на что жить. У нас ребенок-инвалид с ампутированной рукой, мы получали от государства пособие по инвалидности. Я обратилась в ведомство с просьбой выделить хотя бы пособие на ребенка, чтобы купить продукты питания, но мне ответили, что нас в реестре уже нет. Никому до нас нет дела, ни в Казахстане, ни в Германии", - жалуется Татьяна Гауфлер.

Среди тех 300 человек, о которых идет речь в письмах в германские ведомства и журналистам DW, есть тяжелобольные люди. Например, Владимир Панкратц из Оренбурга, у которого рак щитовидной железы, выписался из онкологического центра в Обнинске, чтобы уехать с семьей в Германию, но до сих пор так и не может до нее доехать.

Ответ политика

Русская редакция DW связалась с Уполномоченным правительства Германии по делам переселенцев и национальных меньшинств, профессором Берндом Фабрициусом (Prof. Dr. Bernd Fabritius), попросив прокомментировать сложившуюся ситуацию.

"Действительно, в самом начале пандемии у министерства иностранных дел Германии и министерства внутренних дел, которое непосредственно отвечает за прием поздних переселенцев, было различное правовое толкование ограничений Еврокомиссии на въезд в страны Евросоюза. Министерство иностранных дел исходило из того, что эти ограничения касаются граждан стран, не входящих в его состав. Поздние переселенцы, которые еще не зарегистрированы в Германии, по мнению коллег из МИДа, не считаются гражданами страны, и поэтому на них распространяются ограничения Еврокомиссии на въезд в страны Евросоюза. По этой причине в германских консульствах в самом начале пандемии на короткое время была прекращена выдача поздним переселенцам виз в Германию", - разъясняет ситуацию профессор Фабрициус.

"Когда мне как Уполномоченному федерального правительства по делам переселенцев и национальных меньшинств об этом стало известно, мы вместе с министерством внутренних дел Германии провели консультации с федеральной полицией, отвечающей за охрану государственных границ, и пришли к следующему выводу. Разумеется, поздние переселенцы, согласно параграфу 116 Конституции Германии, имеют право въехать в страну, если у них есть виза и решение о приеме в Германии. В таком случае на них, как и на граждан Германии, не распространяются ограничения Еврокомиссии. Нам не известны случаи, когда поздним переселенцам во время пандемии было отказано на границе Германии во въезде в страну. Мало того, во время пандемии в лагерь по приему поздних переселенцев Фридланд приезжали этнические немцы из постсоветских стран для прохождения регистрации", - подчеркивает в интервью DW профессор Бернд Фабрициус.

Профессор Бернд Фабрициус

Профессор Бернд Фабрициус

По его мнению, сотрудники аэропортов в Казахстане или в России, откуда поздние переселенцы пытались вылететь в Германию, были неправильно информированы и не допускали к регистрации людей с немецкими национальными визами "D", ошибочно полагая, что на них распространяются ограничения на въезд в Еврозону. Профессор Бернд Фабрициус очень сожалеет о том, что некоторые поздние переселенцы из-за пандемии оказались в тяжелом положении. Он по опыту своей собственной семьи, переселившейся в 1984 году в Германию из Румынии в качестве этнических немцев-переселенцев, знает, как это тяжело - лишиться всего и начинать жизнь с нуля. Его семье пришлось отписать режиму Чаушеску собственный дом, чтобы получить разрешение на выезд из страны.

Бернд Фабрициус напоминает, что "согласно параграфу 9, абзацу 2 Федерального закона об изгнанных (BVFG), поздние переселенцы имеют право на частичное возмещение расходов на репатриацию". "Что касается тяжелобольных людей, оказавшихся в сложных ситуациях (Härtefälle) во время пандемии, то я готов при наличии конкретных фактов назначить их проверку, а если они подтвердятся - найти возможность компенсировать затраты", - подчеркивает Уполномоченный федерального правительства по делам переселенцев и национальных меньшинств, профессор Фабрициус.

Смотрите также:

Смотреть видео 02:54

Фридланд: "ворота в Германию" для поздних переселенцев (12.02.2018)

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама