Дэвид Гарретт: Слухи о смерти классики преувеличены | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW | 04.09.2009
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Культура и стиль жизни

Дэвид Гарретт: Слухи о смерти классики преувеличены

Дэвид Гарретт родился в Ахене в семье немецкого адвоката и американской балерины. По паспорту его зовут Давид Бонгарц. Модный поп-скрипач с "классическими корнями" рассказал Deutsche Welle о своих учителях и кумирах.

default

Дэвид Гарретт (David Garrett) внесен в книгу рекордов Гиннеса как самый скоростной скрипач мира: в мае 2008 года ему удалось сыграть "Полет шмеля" Римского-Корсакова за 66 с половиной секунд. В декабре того же года Гарретт побил собственный рекорд и сыграл все того же "шмеля" за 65 секунд. Достаточно странное занятие для 29-тилетнего музыканта, претендующего на титул "звезды классической музыки".

Дэвид Гарретт родился в 1980 году в городе Ахен в семье немецкого адвоката и американской балерины. По паспорту его зовут Давид Бонгарц. Лишь начав сценическую карьеру, он выбрал в качестве псевдонима девичью фамилию матери.

Дэвид Гарретт

Гарретт – дитя европейской культуры: в многочисленных интервью молодой скрипач рассказывает, с каким удовольствием ездил он с родителями на филармонические концерты в соседний с Ахеном Кёльн, как ходил в оперные театры так часто, как это можно лишь в Германии с ее невероятной интенсивностью культурной жизни.

В четыре года Дэвид получил в подарок свою первую скрипку. Когда способному мальчику было десять лет, ему нашли лучшего из возможных учителей – профессора Кёльнской консерватории, легендарного скрипичного педагога Захара Нухимовича Брона. В тринадцать лет у Дэвида был первый договор со звукозаписывающей фирмой Deutsche Grammophon и карьера вундеркинда в кармане.

По совету умных людей, прежде всего, учителей и родителей, Дэвид, однако, вовремя отказался от ранней славы и сосредоточился на своем образовании. В знаменитой нью-йоркской Juilliard Scool он учился у Ицхака Перельмана. Лишь по окончании консерватории молодой музыкант снова начал концертировать, со все возрастающим успехом.

Дэвид Гарретт на сцене

В рамках открывающегося 4 сентября Бетховенского фестиваля в Бонне Дэвид Гарретт намерен показать свое "серьезное лицо": его программа открывается "Весенней" сонатой для скрипки и фортепьяно Бетховена. В канун фестиваля модный поп-скрипач ответил на вопросы Deutsche Welle.

Deutsche Welle: Дэвид, в ваших программах вы стараетесь сочетать классическую музыку с поп- и кроссовер-номерами. Вы видите вашу "миссию" в том, чтобы привлечь в концертные залы молодежь?

Дэвид Гэррэтт: Ну, "миссия" – это некоторое преувеличение. Но я думаю, что классическая музыка сегодня расплачивается за то, что долгие десятилетия вела элитарное существование и утратила контакт с реальной жизнью. Поэтому сегодня молодых людей нужно сперва привлечь в концертный зал, убедить их, что классика – это не больно.

- Я не открою вам секрета, если скажу, что это нравится не всем…

- Знаете, мне кажется, что те люди, что плачут о пустых концертных залах и о смерти классики, сами не хотят, чтобы что-то менялось. Почему мои критики не пишут о том, что на моих концертах в зале полно молодежи? Я много раз проверял: если люди собираются на мой поп-концерт, то потом они приходят и на совершенно классические вечера.

- Скажем честно: они приходят не на музыку, а на звезду.

- Ни один приличный дирижер, ни один хороший оркестр не согласятся с вами играть только из-за того, что вы популярны или хорошо выглядите. В музыке существует понятие качества.

- Ваш отец немец, мать – американка. В какой культуре он скорее чувствует себя "своим" – в американской или в немецкой?

Дэвид Гарретт

- Я не могу сказать, что чувствую себя лучше в одной из этих двух культур. Мне одинаково хорошо и в Америке, и в Германии, и я каждый раз рад, когда сажусь в самолет и лечу в ту или другую сторону.

- На вашем первом альбоме, записанном в тринадцать лет, вы стоите в черном костюмчике, этакий пай-мальчик. Правда, не похоже, что вы очень довольны жизнью.

- Тогда за меня решения принимали другие. Сегодня я сам хозяин своей судьбы, и очень этим доволен.

- Освобождение от имиджа вундеркинда пришло для Вас через обращение к поп-музыке. Например, вы аранжировали для скрипки песни Майкла Джексона. Кто служил для вас образцом?

- В области классики мой кумир – скрипач Натан Мильштейн, дирижер Артуро Тосканини и пианист Артур Рубинштейн. В области популярной музыки мои кумиры – "Пинк Флойд" и Джими Хендрикс. Из "новых" – "Грин Дэй".

- Во время турне, наверное, не остается времени для личной жизни, но, когда у вас есть свободный вечер, какую музыку вы слушаете дома?

- Я очень люблю Рахманинова. Жаль, что он ничего не написал для скрипки. Я большой поклонник поздней романтики, люблю Чайковского, например. Эта музыка у меня в крови, в ней есть страсть.

- На обложке каких дисков он охотнее видит свою фотографию – на альбомах с популярной или с классической музыкой?

- И на тех, и на других. И если это удается – значит, я добился моей цели!

Автор: Клаус Фишер / Анастасия Рахманова
Редактор: Дарья Брянцева

Контекст

Ссылки в интернете

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама