Врач Эрлих: Официальные цифры смертности от COVID-19 в РФ очень странные | Россия и россияне: взгляд из Европы | DW | 24.05.2020
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Россия

Врач Эрлих: Официальные цифры смертности от COVID-19 в РФ очень странные

Московский анестезиолог-реаниматолог Алексей Эрлих рассказал DW о том, как медики в России заражаются коронавирусом и почему в некоторых больницах их намеренно не тестируют на COVID-19.

Во время пандемии медики, находящиеся на переднем крае борьбы с нею, - в самом уязвимом положении. Российские врачи ведут "Список памяти", куда записывают данные об умерших от коронавируса коллегах, сейчас в нем более 250 имен. Интернет-издание "Медиазона" проанализировало и этот список, и официальные данные. Согласно ним, в России от COVID-19  к 24 мая погибли 3 541 человека - это самый низкий показатель среди первой десятки стран с наибольшим количеством выявленных случаев.

"Медиазона" пришла к выводу, что смертность среди медиков в России в 16 раз выше, чем в других странах. DW поговорила об этом с одним из создателей "Списка памяти", руководителем отделения кардиореанимации московской городской клинической больницы № 29 Алексеем Эрлихом.

DW: "Медиазона" подсчитала, что каждый 15-й умерший от COVID-19 в России - это медик. Издание использовало данные из "Списка памяти" и официальную статистику. Что вы думаете об этих цифрах?

Московский анестезиолог-реаниматолог Алексей Эрлих

Московский анестезиолог-реаниматолог Алексей Эрлих

Алексей Эрлих: Я к ним отношусь немножко странно. Во-первых, "Список памяти" - это не инструмент статистики, его делают сами люди, это такой народный список, в него информацию вносят непосредственно коллеги, близкие тех медиков, которые погибли. Строго говоря, к статистике это не имеет никакого отношения.

С другой стороны, официальных цифр по смертности среди медиков нет, и их днем с огнем не сыщешь, как мы ни просим их дать, все эти просьбы так и остаются пустыми. А с третьей стороны, вообще официальные цифры смертности от COVID-19 очень странные, и они, на первый взгляд, кажутся заниженными, а при очень детальном взгляде кажутся заниженными абсолютно. Они не совпадают с цифрами, которые есть в других странах. Почти повсеместно в России зачастую в справку о смерти идет не коронавирусная болезнь, а та другая болезнь, от которой умер пациент, хотя он тоже был болен коронавирусом. Поэтому эта цифра про то, что каждый 15-й погибший - это медик, не совсем корректна, а корректных цифр я не знаю и, в общем, мы их, наверное, никогда не узнаем.

- Вот еще одна цифра: в России за последний месяц коронавирусом заразились более 9 000 медицинских работников в 70 регионах, пишет Associated Press.

- Ее я тоже видел, но хотелось бы понять, откуда эта информация, она дана без ссылки. Почему в 70 регионах, а не во всех? Эта цифра тоже странная, и она тоже не совсем отражает реальное положение дел. Но цифры, которая отражала бы его, у нас нет. Мы запрашиваем у Минздрава, у департамента здравоохранения Москвы данные о том, где медики болеют, в каких больницах, кто по специальностям, как тяжело, но информацию нам не дают.

- Почему в России заражаются и умирают медики?

- Медики всегда имеют больший риск заразиться и заболеть, потому что они, не хочется говорить пафосными словами, но они действительно на переднем крае. Они больше контактируют с зараженными и больше подвержены риску заболевания, чем простые граждане. В России эта вероятность, как мне кажется, несколько больше, чем в других странах, потому что к этому есть много предпосылок - организационных и чисто российских предпосылок с подтасовыванием цифр и с попытками какие-то реальные цифры скрыть. Все это сказывается на вероятности медиков заболеть.

- Какие организационные предпосылки вы имеете в виду?

- В первую очередь то, что в учреждения, которые официально не объявлены коронавирусными, все равно попадают пациенты с инфекцией, заражают других пациентов, медиков, а медики в этих больницах не имеют достаточной защиты, и организация работы в этих больницах не рассчитана так, чтобы тщательно отсортировывать одних пациентов от других. Это происходит, в частности, в Москве, в Петербурге и в других городах и регионах, где есть возможность выделить коронавирусные и не коронавирусные учреждения.

Раз больница признана не коронавирусной, значит, кто-то думает, что и коронавирус в нее не проникнет. На самом деле проникнет, конечно. Так было и с моей больницей. До того, как мы были перепрофилированы, у нас заболело какое-то катастрофическое число медиков, к счастью, никто не умер.

У меня в отделении заболели все врачи и 80 процентов среднего медперсонала. В соседнем отделении заболели все врачи, в приемном отделении, в реанимационном отделении, в других отделениях было очень много заболевших медиков. Сейчас, когда мы перепрофилированы и работаем с коронавирусными пациентами, мы имеем нормальную защиту, мы понимаем ситуацию, и заболевших стало гораздо меньше, теперь это фактически единичные случаи.

- То есть в тех больницах, которые не перепрофилированы, риск заразиться, по-вашему, больше?

- В них риск заразиться гораздо больше - это совершенно точно. Там занижены меры безопасности, там в некоторых местах занижен уровень сортировки, занижена настороженность. А администрация отчасти иногда пытается поддержать статус не коронавирусных учреждений, скрывая заболевших. Например, не тестируя тех, кто заболел пневмонией, или тех, у кого может быть подозрение на коронавирус. Порой, не тестируя сотрудников. Я знаю, что такие больницы есть в Петербурге и еще в паре мест.

- Зачем администрации скрывать эти данные?

- Для того, чтобы красиво выглядеть в глазах начальства. Конечно, если они так делают, то они мерзавцы.

- Чего в такой ситуации опасается главврач?

- Что медики будут ковид-положительные, ему придется закрыть отделение, и он не сможет выполнять распоряжение руководства города поддерживать нормальное функционирование больниц. Ему придется закрыть отделение или всю больницу, в Москве закрывали отделениями, в Петербурге больницами закрывают. Все делается отчасти, чтобы угодить начальству и тем задачам, которые поставлены сверху.

Эта история в России не первый день, по-разному и странно относятся к статистике, к медицинским работникам, обманывают их и всячески подвергают риску, занижают зарплату. Все это происходило давно, просто сейчас это выпятилось чуть больше, потому что общественный интерес к медицине сейчас прикован сильнее.

- Какие меры, по-вашему, нужны, чтобы сберечь врачей и спасти жизни людям?

- Для этого надо в первую очередь перестать врать про проблемы, перестать делать вид, что их не существует. Я говорю про проблемы с организацией работы, когда врачи сталкиваются с пациентом, от которого могут заразиться, при этом не готовы к этому. И про нехватку защитных средств, что тоже отчасти замалчивается. Самый простой выход - это не молчать и говорить правду.

Смотрите также:

Смотреть видео 10:12

О реальной смертности от COVID в России и послаблениях на фоне роста заражений. DW Новости

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама