Где в России искать информацию о жертвах Большого террора | Россия и россияне: взгляд из Европы | DW | 30.10.2018

Посетите новый сайт DW

Зайдите на бета-версию сайта dw.com. Мы еще не завершили работу. Ваше мнение поможет нам сделать новый сайт лучше.

  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Россия

Где в России искать информацию о жертвах Большого террора

30 октября в России вспоминают жертв сталинских репрессий. DW выясняла, в каких архивах могут храниться документы о них и как получить к таким материалам доступ.

Тысячи людей в России интересуются судьбой своих родственников, пострадавших от сталинских репрессий. Справку о делах, которые хранятся в архивах Федеральной службы безопасности (ФСБ), теперь можно заказать через портал госуслуг. ФСБ обязана ответить в течение 30 дней. Но это не означает, что нужные документы там найдутся. DW разбиралась, где имеет смысл искать материалы о репрессированных родственниках.

Архивы ФСБ

Филолог Николай Эппле через "Госуслуги" подал запрос, чтобы найти информацию о своем немецком дедушке. "В сентябре 1941 года как лица немецкой национальности они были все посажены на поезд и отправлены в Казахстан, - рассказывает Эппле о своей семье. - Все мужчины были мобилизованы в трудармию. Два брата, мой дед Николай и его брат Лев, оказались в Севураллаге".

Николай Эппле

Николай Эппле

В центральном архиве ФСБ Николаю ответили, что документов дедушки не нашли. Это не удивительно - ведь далеко не все репрессии сопровождались следственными делами. Так, мобилизация в трудармию, которая фактически была отправкой в лагерь, проходила без суда и следствия.

Николай попытался обратиться в областную прокуратуру в Казахстане - но там ему ответили, что не могут выдать информацию без подтверждения родства. Восстановить цепочку свидетельств о рождении трех поколений оказалось достаточно сложно. "Свидетельство о рождении отца с этими переездами исчезло, его теперь нужно восстанавливать", - говорит Эппле. Только после этого он сможет продолжить поиски.

Госархивы и информационные центры МВД

В таких случаях нужно отправлять запросы во все возможные ведомства, объясняет сотрудник музея истории ГУЛАГа Александр Макеев. Причем не только на федеральном, но и на региональном уровне. "Если речь идет об осуждении по политическим статьям, в частности, по 58-й, то с большой вероятностью эти дела будут находиться в архиве УФСБ по месту осуждения человека. Вам необходимо знать фамилию, имя, отчество искомого человека, очень желательно знать его год рождения и место, где он жил на момент ареста".

Но если этот человек был осужден в так называемом административном порядке, то чаще всего информация об этом находится на хранении в инфоцентрах МВД, объясняет историк. "Ссылка, высылка, принудительное переселение или депортация - все это нельзя назвать осуждением, но это один из видов репрессии. Я предпочитаю такие "веерные" рассылки. Потому что в семье не всегда знают точный вид репрессии", - отмечает Макеев.

Дедушка Николая Эппле со своей семьей

Дедушка Николая Эппле со своей семьей

По закону после 75 лет хранения секретность снимается, и с архивными данными в России может ознакомиться любой человек. Тем не менее отсутствие документов о родстве часто становится причиной отказа, констатирует сотрудник музея истории ГУЛАГа. "С законодательной точки зрения нет разницы. Но силовые структуры говорят о том, что их архивы не приспособлены для общественного использования, что у них нет разделения между секретными и несекретными фондами, и на этом основании ограничивают посещение", - описывает сложившуюся ситуацию историк.

Александр Макеев

Александр Макеев

Определенная путаница возникает также из-за того, что в 1991 году был принят закон о передаче архивных документов органов госбезопасности в государственные архивы, продолжает он. В некоторых регионах этот процесс начался - в Екатеринбурге, Пермском крае, в Ярославской области, в Москве эти дела находятся не в ФСБ, а в обычном областном архиве, в открытом доступе.

При этом нужно понимать, что в разных ведомства содержится очень много параллельной документации, подчеркивает Макеев: "Если вы ищете раскулаченных предков, то факт раскулачивания вы скорее всего найдете в информационных центрах МВД, но сами дела этих раскулаченных - справки из сельсоветов и так далее - скорее всего найдутся в государственном областном архиве".

Архивы ФСИН

Помимо следственных дел, существовал параллельный набор документов - так называемое личное дело осужденного, продолжает историк: "Первые документы в этом деле появлялись в тот момент, когда человек попадал на предварительное задержание. Его приняли, обыскали, куда-то посадили, выдали ему матрас - это все накапливалось". Если человек шел дальше по этапу, дело передавалось вместе с ним: "Очень интересный вид источника, там практически ничего не выдумано, нет этих фантастических допросов о каких-то шпионских организациях. Медицинские справки, письма с просьбой пересмотра дело, вызовы на допрос".

Справка об осуждении, выданная МГБ РСФСР

Найти в архивах нужные документы о репрессированных не просто

Все это, если человек выходил из лагеря живым, в конце 50-60х годов уничтожалось, указывает Александр Макеев. Но если человек в лагере умирал, дело передавалось на постоянное хранение: "И его можно найти в архивах ФСИН. Можно найти акты о погребении, можно узнать, где человек похоронен. Эти дела находятся по последнему месту пребывания человека - я находил их как в информационных центрах МВД, так и в архивах ФСИН. И в каких-то областях - в Пермском крае, в Хабаровском крае - информация была передана именно туда. В Новосибирске они находятся в архивах МВД".

И множество других архивов

Альтернативным источником исторического знания может стать один из сайтов Минобороны: http://podvignaroda.ru/, https://pamyat-naroda.ru/, https://obd-memorial.ru/. "На этих сайтах можно встретить, например, информацию об осуждении военными трибуналами", - говорит сотрудник музея истории ГУЛАГа. Выписку из домовой книги можно получить в обычном многофункциональном центре. Там, например, может содержаться информация о том, что человек выбыл с места жительства в связи с осуждением. Также полезную информацию могут содержать ЗАГСы и отделы кадров.

"Мы готовим к изданию книгу француженки Андре Сантаран, - рассказывает Макеев. - Она в двадцатые годы влюбилась в Париже в работника советского посольства, вышла за него замуж, переехала в СССР, через полтора года развелась. И на 17 лет попала в лагеря. Выжила, вернулась во Францию и написала книгу воспоминаний. Последнее ее место работы было в Московском экономическом институте. Оказывается, ее дело 37-го года до сих пор лежит в отделе кадров".

Оцифровка архивной информации

Главная задача, которая сейчас стоит как перед историками, так и перед сотрудниками архивов - это необходимость их оцифровки, считает директор музея истории ГУЛАГа Роман Романов: "Документы хранятся не в самых лучших условиях, у архивов не хватает помещений и сотрудников. Между тем современные сканеры позволяют очень быстро оцифровать большие объемы информации".

Летом 2018 года музей ГУЛАГа столкнулся с тревожным обстоятельством: две карточки осужденных в Магаданской области, по словам сотрудников архива МВД, были уничтожены из-за нехватки места в архивах. Правда, потом ведомство опровергло эту информацию и даже заверило музей ГУЛАГа, что работает над оцифровкой всех бумаг.

"Такая программа там действительно есть, но она работает очень медленно, у них старые сканеры, не хватает сотрудников, - признает Романов. - У нас собственно от музея и Фонда памяти уже сформировано предложение. Мы можем направлять группы специалистов, которые бы помогали архивам сканировать это все. Все останется в руках этого архива, и мы попытаемся сделать общую базу".

Поиск документов репрессированных идет не быстро

Так или иначе, каждая попытка найти информацию о человеке превращается в большое расследование, резюмирует Александр Макеев: "Нужно делать много попыток, все время уточнять информацию, при этом понимая, что отрицательный результат - это тоже результат. Это не быстрый процесс, но результат того стоит".

Недавно историк помогал одной девушке найти дела пяти ее прадедов из Иркутской области. "И в одном из этих дел была записка, которая, несмотря на свою краткость, меня проняла, - делится Александр Макеев. - Человек был неграмотный, написано с ошибками: "Эх, жизнь моя, рассказать нечего, кто бы видел ее во сне, проснулся бы в холодном поту".

Смотрите также:

Смотреть видео 04:22

Жертвы Большого террора: где искать информацию о пропавших родственниках

Аудио- и видеофайлы по теме