″Сибирское воспитание″ - роман потомственного урки | Что читают в Германии | DW | 13.05.2010

Посетите новый сайт DW

Зайдите на бета-версию сайта dw.com. Мы еще не завершили работу. Ваше мнение поможет нам сделать новый сайт лучше.

  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Книги

"Сибирское воспитание" - роман потомственного урки

Нашумевшая в Италии книга "потомственного урки" Николая Лилина "Сибирское воспитание" теперь вышла и на немецком языке. Это история криминального сообщества, в котором, как рассказывает автор, он рос и воспитывался.

Наручники на флаге ЕС

"Сибирское воспитание" - это увесистый том в 450 страниц. Убийств, грабежей, поножовщины и тому подобного криминала хватит на добрый десяток детективных романов. Автобиографический роман рассказывает о судьбе автора - Николая Лилина, выросшего и воспитанного в общине сибирских урок, живущих в Приднестровье.

Сибирские индейцы в Молдавии

Внешне 30-летний Николай Лилин - весьма импозантное явление. Крепкий молодой парень с пружинистой походкой, высокий лоб, залысины, обритая голова, "демонический" взгляд из-под густых бровей, борода клинышком, делающая и без того узкое лицо Лилина еще более узким, руки и шея в татуировках... Тело как будто тоже татуировано, только спина осталась свободной, но Лилин намерен компенсировать этот недостаток позже.

Из-за копирайта мы, к сожалению, не можем опубликовать фотографию Лилина, но с автором можно познакомиться на его сайте и на видеопортале youtube. Кстати, "потомственный урка" из Бендер, толком не учившийся и живущий в Италии не больше семи лет, говорит на правильном, интеллигентном итальянском языке. Говорит веско, держится спокойно... В общем, телезрители от него в восторге.

Тюрьма, решетка

Литературные критики, впрочем, тоже. Хвалят, правда, не художественную сторону книги, а тему. Сибирский уголовный клан, около 40 семей, которые Сталин в 30-е годы почему-то сослал из их родной тайги в молдавский город Бендеры (хотя обычно ссылали, так сказать, в противоположном направлении), - вот, в сущности, главный герой книги. История этой криминальной общины настолько невероятна, что один из (немногих) скептически настроенных рецензентов озаглавил свою статью "Сибирские индейцы в Молдавии".

О клане и его судьбе Николай Лилин рассказывает с чужих слов: все это поведал ему дед Кузя, уголовный авторитет и хранитель традиций "сибирских урок", в перерывах между ограблениями банков работающий сапожником. Традиции эти в описании Лилина - весьма экзотическое варево. Действительно существующие воровские законы причудливо переплетаются с тюремными байками и просто анекдотами. Это явно чувствуют и критики. Если вначале об автобиографическом романе Лилина говорили с упором на слове "автобиографический", то теперь больше напирают на "роман".

Настоящий урка, скромный партизан

Урки в книге Лилина - что-то вроде этнического меньшинства или антикоммунистических партизан. Даже ограбления сберкасс они интерпретируют как акт сопротивления ненавистной власти: ведь сберкассы принадлежат государству. Настоящий урка денег в руки не берет, не хранит охотничье оружие вместе с боевым (которого, судя по книге, в Бендерах и в советские времена было навалом), бьет презираемого им противника ножом только в бедро - чтобы не оказать ему слишком много чести "настоящей" ножевой раной. Живут урки неприхотливо, скромно, тратя деньги только на две вещи: оружие и иконы.

Обложка немецкого издания

Столь же причудлива и биография Николая Лилина, рассказанная им самим. С малых лет он сидел в тюрьме за грабежи и покушение на убийство - в общей сложности, раза четыре. Можно сказать, вырос за решеткой. Затем был якобы призван в армию - причем почему-то в российскую, хотя гражданином России не являлся. Три года воевал в Чечне, о чем подробно пишет уже в новом своем романе (он называется "Свободное падение").

После Чечни, как уверяет - опять же со слов Лилина - корреспондент немецкого журнала Stern, был "израильским наемником". Что это такое, непонятно, потому что никакой информации о наемниках в израильской армии найти не удалось. Может быть, идет речь об одном из охранных предприятий, которых в Израиле, где охраняются каждая школа, каждый детский сад, великое множество? Каким образом Лилин вообще попал в Израиль? И как уложить все его отсидки, и Чечню, и Израиль во временные рамки, если учесть, что он в 23 года уже оказался в Италии?

Мальчуган с пистолетом

Куда, кстати, тоже приехал каким-то невероятным способом, якобы к матери. Потом женился на итальянке. У них трехлетняя дочь, которую папа очень хочет как можно скорее научить стрелять - на всякий случай. Сам он в первый раз взял боевой пистолет уже в три года. Сейчас с ним не расстается. "Можно было выбирать между полицейскими телохранителями и личным оружием. Я выбрал оружие", - говорит Лилин.

Между тем в одном из его выступлений было сказано, что Лилина охраняют карабинеры и он спит с в одной комнате с женой, дочерью и автоматом Калашникова под подушкой. Его, мол, "заказали" урки за откровения в "Сибирском воспитании", и в машину Лилина даже подкладывали взрывное устройство. Несмотря на столь жуткие опасности, известно, что Лилин живет в пьемонтском городе Кунео, где у него - студия татуировки. Правда, заказы он берет только у тех клиентов, у которых есть солидные рекомендации от доверенных лиц.

Как бы там ни было, но роман произвел фурор не только в Германии и Италии и сейчас переводится еще на несколько языков. Но не на русский. Автор якобы запретил продавать права на продажу его книги в Россию и страны бывшего СССР. Если это действительно так, то понятно, почему.

Автор: Ефим Шуман
Редактор: Дарья Брянцева

Nicolai Lilin.
"Sibirische Erziehung".
Suhrkamp, Berlin 2010

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме