″Саунд-трек″ к падению Берлинской стены | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW | 09.11.2009
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Культура и стиль жизни

"Саунд-трек" к падению Берлинской стены

В Берлин, "на рандеву с Ее Величеством Свободой", в первые же дни и недели после падения стены устремились тысячи людей искусства, среди них – знаменитые музыканты.

Мстислав Ростропович. 11 ноября 1989

Мстислав Ростропович. 11 ноября 1989

Саунд-треком к падению самого ненавистного сооружения в европейской истории, Берлинской стены, был все-таки не "Ветер перемен" Skorpions (эта песня появилась лишь год спустя, в 1990-м).

Общим гимном стала классика в исполнении великих музыкантов: Леонард Бернстайн дирижировал Девятую симфонию Бетховена, Курт Мазур стоял за пультом оркестра лейпцигского концертного зала Gewandhaus, а Мстислав Ростропович играл на виолончели на фоне "руин тоталитаризма".

Бернстайн и Бетховен на площади Gendarmenmarkt

Бернстайн и Бетховен на площади Gendearmenmarkt

Леонард Бернстайн: "Ода к свободе"

Маэстро Леонард Бернстайн, семидесятилетний и уже тяжело больной, отказался от запланированных концертов в Карнеги-Холле и прилетел в Берлин, где он по приглашению немецкого дирижера Юстуса Франца (Justus Frantz) исполнил Девятую симфонию Бетховена с ее ликующей финальной "Одой к радости". Бернстайн поменял текст: вместо "Freude, schöner Götterfunken, Tochter aus Elysium" – "Радость, пламя не земное/Райский дух, слетевший к нам" его солисты пели "Freiheit, schöner Götterfunken" – "Свобода, пламя не земное/Райский дух, слетевший к нам".

И далее - по тексту:

"Опьяненные тобою,
Мы вошли в твой светлый храм.
Ты сближаешь без усилья
Всех разрозненных враждой,
Там, где ты раскинешь крылья,
Люди - братья меж собой".

"Как будто Шиллер писал этот текст, предвидя падение стены", - радовался дирижер. Правда, от того, что Леонард Бернстайн выступил в качестве соавтора Фридриха Шиллера, в восторге были далеко не все. "Бетховен бы меня поддержал", - парировал дирижер. Кто знает?

Мстислав Ростропович

Мстислав Ростропович

Мстислав Ростропович - "атташе доброй воли"

Виолончелист Мстислав Ростропович, изгнанный из Советского Союза в 1974 году после того, как он приютил на своей даче Александра Солженицына, вечер и ночь падения стены наблюдал по телевизору в своей квартире в Париже. BBC и другие телеканалы вели прямую трансляцию. "Смотрел, пил и плакал", - вспоминал Росторович об этой ночи.

Тогда же, ночью, он начал обзванивать друзей по обе стороны бывшего "железного занавеса". Одного из них - французского банкира и предпринимателя Антуана Рибу - он без труда подбил на полет в Берлин. На личном самолете Рибу они приземлились в аэропорту Темпельхоф. Добыв где-то стул, Ростропович уселся возле бывшего контрольно-пропускного пункта "Чекпойнт Чарли" (Checkpoint Charlie) и начал играть (нет, не "Марсельезу" и не "Оду к радости") партиту Баха.

Вскоре после этого (в начале 1990 года) Мстислав Леопольдович поговорил с корреспондентом Deutsche Welle. В интервью он – как всегда, спонтанный и обаятельный - пытался на двух языках объяснить, что в день падения стены срослись две разорванные половины его собственной жизни: до и после изгнания. И началась принципиально новая эпоха. "Теперь вы станете послом России?" – спросил корреспондент (видимо, имея в виду символическое значение слова "посол". "Ну, послом, наверное, нет, - не без иронии ответил музыкант. – Но хорошим атташе!"

Курт Мазур

Курт Мазур: "Мы - один народ!"

Курт Мазур: "Нет насилию!"

"Lust, but not least": невозможно переоценить роль, которую сыграл дирижер Курт Мазур (Kurt Masur) во время бурных событий 1989 года…

В дни предшествовавшей падению стены "лейпцигской революции", на улицы вышли десятки тысяч демонстрантов. Власти стянули в город полицию и военных. Ситуация накалялась. "Keine Gewalt" – "Нет насилию": с таким призывом обратился к обеим сторонам один из самых уважаемых людей города - Курт Мазур.

Не исключено, что именно его вмешательство в результате предотвратило кровопролитие. Как потом рассказывал Мазур, на пультах у его музыкантов (в лейпцигском концертном зале Gewandhaus ежевечерне проходили концерты) лежал траурный марш из "Героической" симфонии Бетховена. На случай, если самое худшее все же случится. К счастью, программу концерта не пришлось менять: играли, как и собирались, Вторую симфонию Брамса.

Автор: Анастасия Рахманова
Редактор: Дарья Брянцева

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама