Реакция деловых кругов ФРГ на результаты выборов в Бундестаг | Рынок и человек | DW | 22.09.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Рынок и человек

Реакция деловых кругов ФРГ на результаты выборов в Бундестаг

21.09.2005

Сегодня мы поговорим о разочарованных предпринимателях, обеспокоенных экономистах и насторожившихся инвесторах. Иными словами, речь у нас пойдёт о реакции немецких и международных деловых кругов на результаты досрочных парламентских выборов в ФРГ. А в заключение вы узнаете, кого бы выбрали канцлером немецкие топ-менеджеры, если бы свои кандидатуры выставляли не партийные лидеры, а руководители ведущих немецких концернов. Кто же из капитанов германского большого бизнеса пользуется среди своих коллег наибольшим авторитетом?

Берусь утверждать, что результаты состоявшихся в это воскресенье в ФРГ досрочных парламентских выборов многих немецких бизнесменов и менеджеров не просто расстроили, но даже шокировали. Шокировали, прежде всего, тем, что показали: значительное число избирателей по-прежнему не осознают масштабов тех экономических проблем, которые встали сегодня перед страной, а потому продолжают цепляться за социальные завоевания прошедших десятилетий и реформы если и поддерживают, то только самые осторожные и умеренные, то есть, наименее эффективные. Конечно, свои официальные высказывания представители немецких деловых кругов стараются формулировать достаточно дипломатично. Тем не менее президент могущественного Федерального союза германской промышленности Юрген Туман, например, на следующий день после голосования заявил без всяких обиняков:

Германские промышленные круги разочарованы таким результатом выборов, поскольку они не облегчают задачу управления страной. Мы-то хотели, чтобы правительственная ответственность перешла к чёрно-жёлтым.

Иными словами, немецкий большой бизнес открыто делал ставку на коалицию блока ХДС/ХСС со свободными демократами, то есть с либералами. Поясню, что христианских демократов по немецкой традиции именуют чёрными, а цвет либералов – это жёлтый. Однако голосов, полученных этими оппозиционными до сих пор партиями, не хватает для того, чтобы сменить правивших в течение семи лет социал-демократов и зелёных, то есть красно-зелёную коалицию. В Германии в это воскресенье возникла патовая ситуация, потому что ни один из двух противостоящих друг другу лагерей не получил в парламенте большинства мест: ни прежнее правительство во главе с Герхардом Шрёдером, ни чёрно-жёлтые во главе с Ангелой Меркель. Значит, надо как-то договариваться между собой, кого-то переманивать на свою сторону. Это может затянуться… Такая неопределённость беспокоит бизнес.

Сейчас самое главное состоит в том, чтобы как можно быстрее завершить формирование коалиции и, соответственно, правительства. А вот чего нам совсем не надо, так это продолжительного правительственного кризиса, который может привести к повторным выборам.

… подчёркивает Михаэль Хайзе, главный экономист финансового и страхового концерна Allianz. Мартин Каннегиссер, возглавляющий Союз работодателей металлургической и металлообрабатывающей промышленности, надеется на прагматизм политических партий.

Партиям необходимо сейчас выяснить, могут ли они сконцентрироваться на четырёх или пяти крупных тематических блоках, по которым имеются точки соприкосновения. Если такая договорённость станет возможной между ХДС и свободными демократами с привлечением зелёных, и если все они смогут преодолеть разделяющие их высокие барьеры, сказав себе: вот то общее, что нас объединяет, и вот несколько крупных задач, за решение которых мы берёмся, то такой вариант приемлем точно так же, как и большая коалиция.

Иными словами, немецкий бизнес положительно отнёсся бы и к так называемой большой коалиции, то есть к временному союзу двух крупнейших партий – христианских демократов и социал-демократов, и к коалиции, образованной христианскими демократами вместе с либералами и зелёными. Правда, такого правительства в истории Германии ещё не было.

Мы будем судить о новом правительстве не по его цветовой гамме, а по его реформаторскому духу и по его воле проводить реформы. Однако мы считаем, что в любом случае необходимо предотвратить создание красно-зелёного и красно-красно-зелёного правительства, поскольку единственный недвусмысленный сигнал, который подало нынешнее голосование, состоит в том, что лишь 8 с небольшим процентов избирателей высказались против проведения каких-либо реформ.

… говорит Людвиг Георг Браун, президент Объединения торгово-промышленных палат Германии, намекая на те 8 с небольшим процентов, которые получила Левая партия. Вхождения этих красных с их социалистическо-популистскими лозунгами в какую-либо коалицию немецкий бизнес категорически не хочет. Впрочем, заключать союз с бывшими немецкими коммунистами не намерена ни одна из парламентских фракций – пока, во всяком случае. Но не приведёт ли создание вынужденной и временной коалиции между партиями, имеющими лишь отдельные точки соприкосновения, а не единую программу реформ, к полному застою в политике и экономике? Михаэль Хайзе, главный экономист финансового и страхового концерна Allianz, настроен достаточно оптимистично:

Я не считаю, что нас ждёт полный застой. Мы можем рассчитывать на формирование правительства, которое будет иметь большинство в Бундесрате. Это избавит нас в будущем от проблемы, с которой столкнулась прежняя красно-зелёная коалиция, а именно - с оппозиционным большинством в верхней палате. Таким образом, возрастёт дееспособность правительства. Далее, в нём непременно будет представлена партия ХДС и, возможно, свободные демократы. А это означает усиление позиций реформаторских сил. Поэтому я не вижу оснований для пессимистических утверждений, будто Германии грозит дальнейшее ухудшение ситуации. Наоборот, мне кажется, что по сравнению с застоем последнего времени будет лучше.

А Людвиг Георг Браун, президент Объединения торгово-промышленных палат Германии, успокаивает тех, кто полагает, что результаты выборов могут привести к замедлению и без того весьма низких темпов экономического роста в стране.

Я не вижу какого-то прямого отрицательного эффекта для валового внутреннего продукта. Однако в среднесрочной перспективе отрицательные последствия появятся, если политики не сумеют-таки договориться о какой-нибудь программе реформ.

Такова реакция деловых кругов внутри Германии. А что думают о немецких выборах зарубежные наблюдатели и инвесторы? В лондонском Сити, например, Ангелу Меркель в преддверии голосования не раз сравнивали с Маргрет Тэтчер, которая в своё время не дрогнувшей рукой реформировала британскую экономику. Но теперь стало ясно: Меркель – не Тэтчер, и поддержка у неё не та, что была когда-то у «железной леди». Поэтому лондонские финансисты, в надежде на перемены активно покупавшие в последние недели акции немецких фирм, теперь заняли выжидательную позицию, говорит менеджер одного из инвестиционных фондов Джастин Стюарт.

Мы будем выжидать, пока точно не узнаем, кто же всё-таки пришёл к власти. Мы хотим убедиться в том, что реформы по крайней мере продолжаться. Лишь после этого мы возобновим инвестиции на рынке Германии, однако в данный момент мы наверняка не станем прикупать немецкие акции.

А сейчас я хочу предложить вашему вниманию интервью с человеком, который пользуется в европейских финансовых кругах легендарной славой. Его зовут Марк Фабер, он швейцарец, но вот уже 30 лет живёт в Азии, в Гонконге, и оттуда консультирует крупных международных инвесторов. В своих газетно-журнальных статьях и книгах он постоянно анализирует процесс глобализации и описывает экономический бум в азиатско-тихоокеанском регионе. Вот реакция Марка Фабера на состоявшиеся в Германии выборы.

Я невысокого мнения о политиках. Мне кажется, они ещё не осознали до конца того факта, что из-за глобализации мы живём сегодня в новом мире. Впрочем, я бы не стал возлагать ответственность только на политиков, ведь это избиратели за них голосуют. Поэтому я считаю, что и общественность тоже ещё не проснулась, не разобралась в новых реалиях, а именно: мы в Западной Европе, и особенно в Германии, должны, чтобы оставаться конкурентоспособными, либо больше работать – либо работать за более низкие зарплаты.

Какие бы партии не пришли теперь к власти в Берлине, темпы реформ будут задавать не они – эти темпы будет диктовать мировая глобализированная экономика, убеждён Марк Фабер. А немецким профсоюзам придётся либо соглашаться на более длительный рабочий день и на более низкие зарплаты, либо всё больше и больше фабрик будут закрываться, поскольку немецкие фирмы перенесут производство в Азию или в Восточную Европу:

Жителям Западной Европы и американцам пора постепенно проснуться и понять, что в Азии люди готовы более тяжело работать за значительно более низкие зарплаты. Принятое в странах Азии законодательство способствует экономическому росту, там меньше предписаний, которые препятствуют инвестициям либо делают их более дорогостоящими. И поэтому я считаю, что в перспективе уровень жизни в Западной Европе и Соединённых Штатах скорее будет снижаться, в то время как уровень жизни значительной части населения азиатских, да и восточноевропейских стран, будет расти.

Однако отношение Марка Фабера к Германии и немецкой экономике нельзя назвать пессимистичным. Даже наоборот: он считает, что немецкие компании в последние годы добились весьма больших успехов в деле реструктуризации и оптимизации производства.

Мне кажется, в общем и целом конкурентоспособность Германии скорее возросла, поскольку снизились производственные расходы на единицу продукции. Так что Германия, в отличие, скажем, от Италии, сегодня более конкурентоспособна, чем ещё пару лет назад. Об этом свидетельствует и рост немецкого экспорта. Поэтому я считаю, что немецкая экономика, по сравнению с народными хозяйствами других стран, сможет достаточно успешно удерживать свои позиции.

Ну, и в заключение просто не могу не познакомить вас с сообщением, которое к состоявшимся выборам хотя и имеет отношение, но скорее косвенное. В Германии провели не совсем серьёзный опрос среди топ-менеджеров о том, кого бы они выбрали канцлером ФРГ, если бы свои кандидатуры выставили не политические лидеры, а руководители ведущих немецких концернов и банков.

Абсолютное большинство «менеджерских» голосов получил бы при таком голосовании председатель правления самого маленького, но чрезвычайно доходного немецкого автомобилестроительного концерна Porsche Венделин Видекинг (Wendelin Wiedeking). За него проголосовали бы целых 57 процентов опрошенных. Таким образом, Видекинг почти так же популярен среди немецких капитанов большого бизнеса, как президент Путин – среди российских избирателей. Причём отрыв Видекинга от других «кандидатов» тоже примерно такой же, как у Путина. Так, второе место занял глава автостроительной компании BMW Хельмут Панке, получивший всего шесть процентов голосов. Таким образом, он отстал от Видекинга более чем на 50 процентных пунктов! На третьем месте оказался Клаус Цумвинкель - глава компании Deutsche Post, то есть немецкой почты, которая в последние годы из государственного монополиста превратилась в мирового лидера в области логистики. Все остальные «кандидаты» преодолеть пятипроцентный барьер не сумели. А ведь среди них были такие тяжеловесы в мире бизнеса, как Йозеф Аккерман, глава крупнейшего в Германии финансового института Deutsche Bank, или Вульф Бернотат, шеф энергетического гиганта E.ON, являющегося, кстати, крупнейшим иностранным инвестором российского «Газпрома», или Клаус Клайнфельд, новый председатель правления электротехнического концерна Siemens. Получить на фоне таких «зубров» 57 процентов голосов своих коллег топ-менеджеров – это свидетельство того поистине необычайного авторитета, которым пользуется в деловых кругах Германии 53-летний Венделин Видекинг, вот уже 13 лет возглавляющий концерн Porsche.

Я рассказал об этом достаточно курьёзном опросе не только потому, что хотел привлечь ваше внимание к фигуре Венделина Видекинга, но и потому, что проводившие данный опрос социологи задали немецким топ-менеджерам и другие вопросы, напрямую связанные с нынешней избирательной компанией. Например, капитанов большого бизнеса спросили, как они относятся к тому, что впервые в истории страны канцлером Германии может стать женщина. И оказалось, что 86 процентов высших руководителей считают, что такая женщина, как Ангела Меркель, будет решать проблемы страны не хуже, чем мужчина. Более того, целых 4 с половиной процента убеждены, что женщина на посту федерального канцлера сможет добиться даже больших успехов, чем мужчина.