Пограничное отечество | DW-РАДИО | DW | 10.11.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

DW-РАДИО

Пограничное отечество

Материал Екатерина Ткаченко был опубликован на сайте Объединенной гражданской партии 7 мая 2005

Преследование отца и сына Шиманских со стороны советских властей прекратилось в середине 1960-х. По-крайней мере, так показалось Андрею Шиманскому. Его отец, Эрих Шиманский, привез сына в столицу Беларуси – Минск. Андрей привык с детства, что ему в спину кричали «предатель», «фашист», но в Беларуси никто не бросил в адрес его семьи ни слова упрека. Однако до конца своих дней Эрих Шиманский скрывал от сына подробности своей жизни. И только после его смерти сын узнал биографию отца, отразившую последствия трагических событий, имевших место в Европе ровно 60 лет назад -- сразу после капитуляции Германии. Эти события на многие десятилетия предопределили судьбы не только русских военнопленных, но и немецких солдат…

Без гражданства

В начале ХХ века семья Эриха Шиманского жила на юге Украины. Весь уклад жизни в небольшой деревушке в Житомирской области напоминал настоящую Германию. Немцы жили здесь еще с Петровских времен – с начала 18 века. Аккуратные домики, крытые черепицей крыши, благоухающие запахом роз палисадники – такой была «маленькая Германия». Здесь свято хранили немецкие традиции -- на праздники пекли знаменитую шарлотку – пирог с яблоками, по воскресеньям спешили на службу в кирху. В местной школе обучение детей велось на родном – немецком -- языке. В семье Шиманских подрастало пятеро мальчишек. Родители держали крепкое крестьянское хозяйство. Отец семейства, Андрей Шиманский, пользовался уважением односельчан. Его избрали главой немецкого национального сельсовета, к нему за помощью шли не только немцы, но и украинцы, строившие свои дома рядом с «маленькой Германией». Порядочность, доброта и гостеприимство немцев давно сделали их «своими» в глазах соседей-украинцев.

Маховик сталинских репрессий, набиравший обороты в 30-ые годы прошлого столетия, вскоре докатился и до немецкой деревушки. 1937 год принес трагедию почти в каждый дом «маленькой Германии». Одним из первых был арестован председатель сельсовета Андрей Шиманский. О его дальнейшей судьбе так ничего и не смогли узнать ни сын Эрих, ни внук, названный Андреем в честь деда.

Не выдержав расставания с мужем, через несколько месяцев ушла из жизни Августа Шиманская. Пятеро ее сыновей остались круглыми сиротами. Старшие из братьев — Райнгольд и Эрих — определили младших в приют. Это все, что удалось им сделать для малышей. А самому Эриху к тому времени едва исполнилось 13...

Выросший в «маленькой Германии», он был так непохож на своих сверстников, пионеров и комсомольцев, марширующих под красными знаменами, славящих Сталина и не знавших, а может, не желавших знать о том, на крови скольких миллионов людей вырастает их молодое государство. В этом государстве Эрих Шиманский был изначально чужим. Он даже не получил советского паспорта. Крестьянину, да еще и сыну репрессированного немца, паспорта в СССР в те годы не полагались. Зато после войны советские власти обвинят Эриха в измене стране, гражданином которой он никогда не был...

Конец «маленькой Германии»

В 1938 году, за год до начала Второй мировой войны, в СССР вышло специальное постановление, определившее дальнейшую судьбу «русских» немцев.

«В соответствии с теоретическими положениями сталинской национальной политики, — было сказано в нем, — необходимо ликвидировать «искусственно созданные» национальные районы и сельсоветы».

Руководство союзных республик безропотно приступило к исполнению решения партии и правительства. Закрывались немецкие школы и вузы, на русский язык переводилось делопроизводство в национальных сельсоветах. Сталин не только перестраховался от предполагаемого перехода российских немцев на сторону противника в случае войны с Германией, но и получил возможность оправдать самые массовые репрессии в канун Великой Отечественной войны, когда целые немецкие деревни, а в их числе и «маленькая Германия» на юге Украины, были сосланы в Сибирь и Казахстан.

Однако об этом Эрих Шиманский, сын немца, следы которого навсегда потерялись в лабиринтах сталинских концлагерей, узнает лишь спустя 28 лет, когда впервые решится навестить свою «маленькую Германию». Кто-то из старожилов-украинцев узнает Эриха и, осторожно, озираясь по сторонам, вынесет завернутую в тряпочку старую довоенную фотокарточку. На ней отец Эриха, Андрей Шиманский запечатлен среди друзей и односельчан-немцев. Старая фотография – единственная вещь, которая останется ему на память об отце…

В некогда аккуратных, знавших своих немецких хозяев, будут жить незнакомые люди. Ни одна немецкая семья так и не вернется в Маленькую Германию. Для многих из них война и все что связано с ней – страх, ненависть, разделение на «свои—враги», -- не закончится никогда...

Как мог, оберегал своего сына Эрих Шиманский от тяжелых воспоминаний. Иногда пытался произнести что-то вслух и тут же замолкал на полуслове. Однажды он сказал: «Если бы ты знал, что довелось пережить мне». Даже перед лицом смерти Эрих Шиманский сохранил молчание.

В 1996 году Андрей, преклоняясь перед памятью отца, принял решение приступить к собственному расследованию. Он собирал биографию отца, как мозаику, по крошечным фрагментам. И полученная картина открыла перед ним новую, почти неизвестную страницу Второй мировой войны.

Вопрос военного времени

В октябре 1943 года двадцатилетний Эрих Шиманский был насильственно эвакуирован немцами из Ставрополя (юг России) на территорию Польши. Там он обратился к оккупационным властям с просьбой о предоставлении ему немецкого подданства. Об этом его сын Андрей прочитал в архивной справке, полученной из Иркутской области (Сибирь), где долгие годы отбывал наказание осужденный за измену Родине его отец.

Подходя к этой странице биографии Эриха Шиманского, сын по-прежнему ожидает услышать ряд обвинений в адрес отца. Но можно ли сейчас обвинять в предательстве выросшего в немецкой семье юношу, для которого жизнь на территории СССР с 13 лет была непрерывной цепочкой смертей, голода, несправедливости и страха?

Эрих Шиманский стал подданным Германии. В сентябре 1944 года он, в соответствии с законами военного времени, был призван в вооруженные силы вермахта. Эрих сражался в составе пехотной армии на юго-западном фронте.

« Мой отец ни одного дня не воевал против Красной Армии, — восклицает Андрей Шимански ,- на юго-западном фронте шли бои только с американскими войсками!»

Незадолго до полной капитуляции Германии Эрих получил сквозное ранение в шею и чудом остался жив. Он попал в плен к американцам. Все в той же архивной справке сказано, что в мае 1945 года командование армии союзников передало солдата Эриха Шиманского командованию Красной Армии.

« Я часто задавал себе вопрос, почему немецкие военнопленные, захваченные американскими войсками, были переданы советским властям? Я писал запросы в различные архивы бывшего СССР, где хранятся документальные свидетельства о Второй мировой войне, читал подшивки советских газет того времени, обращался за помощью к белорусским и российским историкам. И везде натыкался на стену молчания»

- рассказывает Андрей Шиманский.

Но однажды ему повезло. Изучая историю российских немцев, Андрей нашел книгу «Жертвы Ялты». Это единственный документ на русском языке, который помог ему понять события, происходившие в Европе 60 лет назад.

« Эта книга вышла в свет в 1978 году в Англии под общей редакцией Александра Солженицына. Но на русский язык она была переведена лишь в 1996 году, в тот год, когда не стало моего отца. Изданная небольшим тиражом, книга сразу стала раритетом в странах бывшего СССР. Я так и не смог приобрести ее. Я провел в библиотеке множество часов, делая из нее многочисленные выписки»

рассказывает Андрей Шиманский. Из этой книги он узнал, что передача военнопленных Советскому Союзу осуществлялась на основе трехстороннего соглашения Англии, США и СССР, заключенного в Ялте. Советскому Союзу были переданы те пленные, которые не были гражданами этой страны.

« Этот шаг вступил в противоречие с законами гуманности, провозглашенными Гаагскими инструкциями, которые с 1939 года являлись законообразующими правилами обычного международного военного права»

продолжает свой рассказ Андрей Шиманский. Действительно, из книги «Жертвы Ялты» следует, что еще в феврале 1945 года американские власти по-прежнему считали, что все пленные, захваченные в немецкой форме и объявившие себя немецкими гражданами, не подлежат выдаче советским властям.

Андрей Шиманский считает, что подобная позиция американских властей была продиктована, скорее, боязнью репрессий со стороны немцев по отношению к американским военнопленным. Но сразу после капитуляции Германии помощник госсекретаря США в письменном виде сообщил советскому правительству: «Мы не имеем намерения навсегда оставлять у себя этих людей (взятых в плен на юго-западном фронте, - прим. автора) и будем рады повторно обсудить вопрос об их размещении после того, как в немецком плену не останется американских военнослужащих».

Так была предрешена судьба не только немцев, рожденных в СССР, не только русских военнопленных, не желавших возвращаться в Советский Союз, но даже российских граждан, покинувших Родину в первые годы после революции. Все они подлежали насильственной депортации. Многие из них прекрасно понимали, какая судьба уготована им, и потому предпочли покончить жизнь самоубийством еще в советских фильтрационных лагерях.

Английские и американские власти не могли не знать об этом. Но огласка данных фактов грозила для них не только большими политическими неприятностями у себя на Родине. Андрей Шиманский предполагает, что если бы после капитуляции Германии английское и американское правительства попыталось задержать русских, не желавших возвращаться на родину, то это могло поставить под угрозу возвращение английских и американских военнопленных, освобожденных Красной армией.

Сталин в своем желании заполучить назад всех российских граждан, не остановился ни перед чем. Он знал, что пожелавшие остаться на Западе люди, выросшие в СССР, расскажут чудовищную правду о сталинских репрессиях. А это существенно пошатнуло бы авторитет страны, победившей фашизм. Ведь между фашизмом и сталинизмом было слишком много общего…

« Гражданин Германии, но уроженец СССР, мой отец был передан командованию Красной Армии в мае 1945 года. И это стало главной трагедией его жизни. Мой отец никогда не был ни русским, ни советским. Он был подданным страны, которую у него отобрали навсегда, - говорит Андрей Шиманский . - Я не историк, и не был им никогда. Но я убежден: все вопросы, касающиеся выдачи военнопленных СССР, должны быть вынесены на суд современных историков России, Германии, Англии и США. И думаю, что тогда можно было бы вести речь о том, чтобы признать эту часть Ялтинских соглашений недействительной. Это позволило бы реабилитировать имена таких же, как мой отец, немцев — уроженцев СССР, находившихся во время войны в западной зоне оккупации и отправленных силой в Сибирь, где им было суждено остаться на многие десятилетия».

Пока же, считает Андрей Шиманский, историки стараются побыстрее перевернуть эту, позорную для многих стран, страницу Второй Мировой войны.

Сын за отца
Депортированный в СССР немецкий подданный Эрих Шиманский до 1947 года находился в лагере для военнопленных под Пензой. Затем он был определен на спецпоселение с чудовищной для советского человека формулировкой: «за службу в немецкой армии». В 1948 году в Указе Президиума Верховного Совета СССР с иезуитским хладно¬кровием сообщалось, что депортированные народы, в том числе немцы, переселены в отдаленные районы Советского Союза навечно, без права возврата к прежнему месту жительства. У Эриха Шиманского отняли право вернуться не только в ту страну, которую он считал своей исторической Родиной, но и в «маленькую Германию».

Из Сибири Эрих Шиманский с женой Татьяной и сыном перебрались в Орловскую область. Местные жители отнеслись к ним по-разному: одни — с пониманием, другие — с ненавистью. Эрих Шиманский был осужден по статье 58 «Измена Родине». Это было самым страшным обвинением в СССР. Клеймо «враг народа» было на нем до конца дней. Андрей Шиманский до сих пор не может забыть, как партийный руководитель местной организации КПСС говорил отцу: «Не забывай, кто ты есть, откуда приехал и за что сидел. А если забудешь, то мы тебе напомним».

Отец никогда не осуждал своих обидчиков, он понимал, что каждая семья на этой войне потеряла отца, брата, сына... Вряд ли этим людям было известно, что своих близких семьи русских немцев лишились еще за четыре года до начала войны...

В советском паспортном столе Андрею Эриховичу Шиманскому настойчиво рекомендовали писать в графе «национальность» -- русский. Но, получая советский паспорт, внук «врага народа», сын осужденного «за измену родине» отца, он все-таки записался немцем…

Реабилитация невозможна

В 1963 году после начавшейся еще в Сибири болезни умерла супруга Эриха Татьяна Шиманская.

В том же году после двадцатилетних поисков нашелся родной брат Эриха -- Андрей. Отец и сын Шиманские переехали к нему в Минск. А спустя несколько лет пришли письма из Германии от двух других братьев — Отто и Райнгольда. У них в гостях Эрих Шиманский побывал только однажды — в 1990 году. Вернувшись, он сказал сыну всего одну фразу: «Я ходил и дышал этим воздухом». Воспитанный в немецкой семье, с рождения говоривший по-немецки, он, по сути, всегда оставался немцем. Но попыток уехать на историческую родину Эрих Шиманский так и не предпринял. Он понял, что для немцев, живущих в Германии, человек, рожденный в СССР, навсегда останется советским, русским.

В год смерти отца Андрей Шиманский обратился в МВД Республики Беларусь за разъяснением о возможности реабилитации отца посмертно. Принимавший его чиновник ответил: «Ваш отец — враг народа. Советую вам прекратить всяческие попытки по его реабилитации, в противном случае у вас могут возникнуть серьезные проблемы».

« После этих слов, — вспоминает Андрей, — в моем сознании в одно мгновение промелькнула вся моя жизнь в обратном направлении. И я понял, что до конца своих дней останусь сыном «врага народа».

У Андрея Шиманского не осталось ни одной фотографии отца. Эрих Шиманский всегда избегал фотокамеры. Единственный снимок, привезенный им из Германии, исчез после его смерти. Словно отец, боясь, что фотографии смогут скомпрометировать сына и внуков, уничтожил всякую память о себе. Наверное, всю свою жизнь он был полон страха, что худшие времена еще вернутся.

События, связанные с празднованием 60-летия победы над фашизмом, показали всему миру, что примирение двух враждовавших народов – это реальность 21 века. За последние несколько лет во многих городах бывшего СССР появились кладбища, где захоронены останки немецких солдат. Еще десять лет назад этого невозможно было представить. А сегодня многие русские и многие немцы говорят о том, что война закончится тогда, когда земле будут преданы кости последнего солдата.

Но Андрею Эриховичу Шиманскому придется слышать отголоски той войны еще много лет. Он убежден, что в ее истории осталось слишком много белых пятен и слишком много вопросов, на которые предстоит дать ответ потомкам.

«Расследование и проверка данных, приведенных в книге «Жертвы Ялты» -- это дело общественности, - говорит Андрей Шиманский. – И я считаю, что все, кого коснулись последствия этой трагедии, имеют полное право комментировать приведенные документы. Свою задачу я определил четко: добиться посмертной реабилитации моего отца, а вместе с ним всех военнопленных, не только русских, но и немецких, которые стали «жертвами ялтинских соглашений». С просьбой оказать мне содействии в этом вопросе я обращался в разные организации России, Германии, написал обращение в Комитет по правам человека в Женеве, но пока не достиг положительных результатов. У меня небольшой опыт борьбы за близкого мне человека, но я готов поделиться своим опытом со всеми, кто сегодня нуждается в этом»

Три года назад Андрей Шиманский со страниц белорусской прессы впервые публично рассказал биографию своего отце. Он надеялся получить письма от детей и внуков тех, кому была уготована подобная судьба. Но никто так и не написал ему. То ли случай Эриха Шиманского уникален, то ли многолетний страх «русских немцев» возвел вокруг их потомков надежную «крепость молчания»?

Русские немцы, осужденные с формулировкой «за измену Родине», считает Андрей Шиманский, являются жертвами сразу двух тоталитарных машин: фашистской и советской. Эти люди сполна испытали «великодушие» победителей и побежденных. Они рождались и уходили из жизни, так и не узнав сладости «дыма Отечества». Ни в странах бывшего СССР, ни в Германии о судьбах этих людей до сих пор почти ничего не известно…