Немецкий язык в науке: золушка, мечтающая снова стать принцессой | Учеба | DW | 17.11.2011
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Учеба

Немецкий язык в науке: золушка, мечтающая снова стать принцессой

Канули в Лету времена, когда немецкий язык, язык Гёте, Канта и Гумбольдта был ведущим в мировой науке. Сегодня его место прочно занял английский. Почему это мешает ученым, и как язык влияет на процесс познания?

Один процент - такова доля естественнонаучных публикаций на немецком языке в мире. Это несоизмеримо с той ролью, которую Германия играет в мировой науке, считают эксперты. Количество научных публикаций на русском также уменьшается, но ученые в России по-прежнему общаются между собой на родном языке. В этом основное отличие: в немецких университетах все чаще слышна английская речь - на лекциях, семинарах, среди студентов и научных сотрудников. Почти 600 специальностей в вузах Германии частично или полностью преподаются на английском языке. До абсурда ситуация доходит, когда ученые в Германии проводят конференции или читают лекции на посредственном или скверном английском, даже когда вся аудитория говорит на немецком.

Калька чревата поверхностностью?

То, что английский язык легко выучить - заблуждение, утверждает Клаус Райхерт (Klaus Reichert), известный англист и переводчик. Профессиональный английский настолько сложен, что среди немецких ученых им владеют считанные единицы, подчеркивает он. Это отражается на содержательности научных трудов. Переходя на английский, деятели науки надеются привлечь иностранных коллег и расширить свою аудиторию, но, пользуясь кальками с немецкого языка, лишь обезображивают свои работы. Что это, языковой кризис в стране великих умов?

Клаус Райхерт

Клаус Райхерт

Не стоит сгущать краски, призывает Людвиг Айхингер (Ludwig Eichinger), директор Института немецкого языка (Institut für Deutsche Sprache), германист из Университета Мангейма. "Немецкий язык в науке еще не вымер, хотя английский, безусловно, завоевал огромное пространство, ранее принадлежавшее национальным языкам". Этот процесс необратим, но это не значит, что немецкий стоит списывать со счетов. Современные ученые должны уверенно владеть парой-тройкой языков, считает он.

Рейтинги влиятельности ученых

Общение на нескольких языках помогло бы исследователям поддерживать научный обмен на международном уровне и при этом обогащать терминологию собственного языка. Однако до сих пор осуществить это было весьма сложно. Почему? Тот, кто хочет сделать карьеру в науке, стремится быть как можно чаще процитированным в специальных базах данных. А среди них как раз преобладают англоязычные.

Самый известный "банк цитат" был создан своего рода рейтинговым агентством для ученых, которое обрабатывает научные журналы. Частная фирма "Томсон Ройтерс" в США устанавливает так называемый "фактор влияния" ученых (англ. – "impact factor"), который часто является мерилом качества научной работы в сфере естественных наук и медицины. И порой - несправедливо. Ведь многие научные журналы не принимают статьи на немецком. А в банке цитат учитываются только англоязычные публикации. Так что ученые, издающие свои труды на других языках, остаются не у дел.

Немецкий в науке. Поправка: Немецкий рождает знания

"Немецкий в науке". Поправка: "Немецкий рождает знания"

"Претенденты на кандидатскую степень в берлинском институте Charite должны предъявить 30 публикационных баллов. Их можно заработать, выпустив либо 55 статей в немецкоязычных изданиях, либо четыре статьи – в англоязычных, - пишет газета Süddeutsche Zeitung. - Угадайте, где публикуются ученые?"

Решить проблему можно, создав альтернативные банки цитат, считает Людвиг Айхингер. В них нужно собирать научные публикации на разных языках, причем не только статьи, но и книги, которые в рейтинге ученых по "фактору влияния" совершенно не учитываются.

Язык и мировоззрение

Важнее всего обеспечить немецкому языку достойное место в сфере общественных и гуманитарных наук. Ведь чем реже ученые оперируют числами или формулами, тем важнее для них точность формулировок и возможность дифференцировать понятия. Здесь уже речь идет о целых системах мышления, о восприятии мира. "Каждый язык есть своего рода мировоззрение", - писал в свое время Вильгельм фон Гумбольдт (Wilhelm von Humboldt). Поэтому для лингвистов, философов, культурологов и даже музыковедов весьма существенно, на каком языке они читают и пишут научные труды и, разумеется, мыслят.

Контакт

Языковед из Израиля Ги Дойчер при помощи ярких примеров аргументирует в пользу того, что немецкая наука должна придерживаться родного языка. Скажем, слово "мост" в немецком - женского рода. Экспериментально доказано, что в связи с ним у немецкоговорящих возникают такие эпитеты как "изящный", "элегантный". А у носителей языков, где это слово мужского рода, оно ассоциируется с мужественностью и силой. Различные способы восприятия мира приводят к трудностям перевода. Например, как перевести немецкое слово "Geist", обозначающее одновременно такие понятия как "душа", "ум", "образ мыслей", "дух" и даже "привидение"?

Золушка может стать принцессой?

То, что для переводчика - камень преткновения, для философа может превратиться в сущий кошмар. В каждом языке - своя логика построения научных формулировок. "Когда немецкий ученый пишет статью, например, на английском, он попадает в другую научно-лингвистическую реальность", - подчеркивает Людвиг Айхингер. Понятия, введенные Зигмундом Фрейдом (Sigmund Freud) в теории психоанализа, и языковые конструкции, из которых немецкие философы выстраивали свои концепции, порой не поддаются адекватному переводу.

Людвиг Айхингер

Людвиг Айхингер

По мнению Людвига Айхингера, поддерживать содержание научных публикаций на должном уровне можно, если ученые будут работать на родном языке. Причем, не только философы. И в инженерии, и в юриспруденции есть обширные области, в которых немецкий язык по-прежнему доминирует, уверен ученый. По его мнению, на это и стоит делать упор. Айхингер считает, что в университетах нужно проводить "языковую политику", подчеркивая значение немецкого языка. Но речь не о конкуренции английскому языку, а о многоязычии науки в принципе.

Второстепенность немецкого языка в науке, его роль падчерицы, объясняется отсутствием выдающихся трудов, для понимания которых знание немецкого было бы если не непременным, то, как минимум, желательным условием. "Кант, Гегель, Маркс – это прошлое", пишет журналист Буркхард Мюллер (Burkhard Müller) в газете Süddeutsche Zeitung. Клаус Райхерт более оптимистичен. "Недавно на конференции в Берлине я познакомился с американскими коллегами, выступавшими на немецком языке. Еще десять лет назад нечто подобное трудно было даже вообразить, - говорит лингвист. - Похоже, ветер подул в другую сторону".