Молодые немцы о войне | Германия из первых рук | DW | 10.05.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Молодые немцы о войне

05.05.2005

В эти дни тема окончания Второй мировой войны в Европе и освобождения Германии от режима национал-социализма доминирует во всех средствах массовой информации Германии. Но пространные исторические очерки в газетах, политически корректные выступления политиков, документации и дискуссии на радио и телевидении явно адресованы людям среднего и пожилого возраста. А вот что знают молодые немцы о Второй мировой войне? Какую роль война ещё играет в их жизни, в их представлениях о мире? Откуда, из каких источников они получают информацию о войне? Ответы на все эти вопросы попыталась получить наш автор Бритта Кляйнманн. А петь для нас будет Удо Линденберг - о войне, но и о послевоенной Германии, какой он её видит:

В вестибюле Музея истории Федеративной республики Германия в Бонне столпилось сразу несколько школьных классов. Многих привезли на специальных автобусах из других городов. Ученики 9-го класса гимназии из Кёльна первыми проходят в главный зал. Здесь их встречает груда кирпича и щебня с обрывками одежды и полусгоревшим флагом с нацистской свастикой. На экранах мелькают черно-белые кадры разрушенных немецких городов - Гамбурга, Берлина, Кёльна… Вот с этого и начиналась история новой, послевоенной Германии. Поездка в музей - это урок истории для 15-летних школьников. Тема - окончание Второй мировой войны в Европе, освобождение Германии от режима национал-социализма. Некоторые ребята заглядывают в ксерокопии с заданиями, которые им выдали ещё до поездки. Другие, как, например, Дарио, с темой уже давно знакомы:

«Я часто захожу в Интернет, там регулярно бывают подборки материалов в память о жертвах Холокоста. Так что многие фото- и кинодокументы, которые здесь показывают, я уже видел. И всё равно, у меня в голове не укладывается, какие это были разрушения, какой террор и ужас.»

Кто-то упоминает телевидение, кто-то - школьную программу, хотя в 9-ом классе гимназии тему Второй мировой войны ещё не «проходят». Но большинство знает о войне из рассказов дедушек и бабушек. Для Себастиана эти «живые» воспоминания гораздо важней книг и кинофильмов о войне.

«Значит так, у меня два дедушки. Один воевал под Сталинградом, а другой, он родом из Зауэрлянда, я тоже там родился. Так вот этот дедушка, он воевал в Восточной Пруссии, а потом по льду бежал на север, и так спасся. Это страшное время было, но когда мои оба деда вместе собираются, они часто об этом вспоминают, потому что это была их молодость, потому что они выжили. Страшно интересно их послушать.»

В семье у Дарио тоже иногда вспоминают о войне:

«Моя бабушка была офицером в военно-воздушных войсках, а дед - фельдфебелем. Мой отец ещё во время войны родился. Про отца я знаю, что он после войны оружие собирал. Везде оружие валялось. Например, «Фаустпатроны», ещё в фабричной упаковке. Их сдавали на металлолом, за это можно было мороженое получить. А однажды отец играл с мальчишками в футбол. Мимо проходил бельгийский патруль, и вдруг они как заорут: «ложись!» и все попадали. Оказывается, мальчишки играли в футбол такой круглой гранатой. Но она не взорвалась…»

Мишель уверяет, что о войне, о национал-социализме и Холокосте он знает много. Но говорить об этом явно не хочет. Так всё-таки, откуда он всё это знает?

«Ну, в первую очередь, из школы. Потом ещё телевидение, дед с бабушкой. Мой дед в концентрационном лагере был, тут, в Германии. Он мне много чего рассказал.»

А вот бабушка Саши о войне вспоминать не любит:

«Моя бабушка всегда начинает плакать, когда вспоминает войну. Наверное, потому, что у неё брат на фронте погиб. Вообще, она говорит, что мне этого не понять, потому что, мол, мы сейчас все избалованные, не знаем, что такое голод и разруха.»

Экскурсовод музея истории Федеративной республики Германия Кристине Хамахер по личному опыту знает, что наибольший интерес к экспозиции проявляют именно те школьники, которые уже говорили о Второй мировой войне, о национал-социализме и Холокосте в кругу семьи, с живыми очевидцами событий.

«Я знаю, что очень многие дети, особенно подростки, сейчас начинают интересоваться жизнью своих дедушек и бабушек. Мы с нашими родителями на эти темы не говорили. Может быть, боялись что-то не то услышать. Но сейчас видно, что как раз поколение внуков очень живо общается со стариками. У них как-то естественнее это получается.»

Но, оказывается, не только у 15-летних подростков война неразрывно связана, в первую очередь, с воспоминаниями старшего поколения. Кристиане 28 лет, она студентка Боннского университета, например :

«Для меня лично тема Второй мировой войны особой роли не играет. Да и так, в разговорах мы редко об этом упоминаем. Но я выросла в бывшей ГДР, там всех школьников 8-го мая выгоняли на демонстрацию. Ну, и в школе мы без конца проходили по истории эту тему, вдоль и поперёк. В каждом классе она повторялась. Родители со мной об этом никогда не говорили. Я пыталась с бабушкой про то время поговорить, но она до сих пор не хочет об этом рассказывать. Она лично пережила в последние дни войны какую-то ужасную трагедию, и не хочет даже об этом вспоминать.»

Сузанне тоже 28 лет. Но в её семье о войне говорят открыто:

«Мне лично это интересно, потому что мои дедушка с бабушкой пережили войну, и моя мать родилась ещё в 1939-ом году. Она тоже помнит послевоенные годы. Досталось им сильно, но все уцелели. Из моих близких никто не погиб. Во время войны их разбомбили, и они эвакуировались в Баварию. А в последние дни войны деда ещё погнали на фронт, как ополченца. Но он остался в живых и, к счастью, сумел потом найти свою семью. Это очень трогательная история.»

Но даже тем молодым немцам, которые историей Второй мировой войны не очень-то интересуются, об этом нередко напоминают за границей. Гизеле 27 лет. Она по происхождению наполовину венгерка, но за границей ей не раз приходилось отдуваться за всех немцев:

«Я тоже, как и многие другие немцы, нарывалась на приветствие «Хайль Гитлер». Ещё в школе мы всем классом ездили по программе обмена школьниками в Уэллс, это в Англии. Вот так нас там встречали. Ну, что тут скажешь, обидно, конечно, но, с другой стороны, можно и понять, откуда такие предрассудки берутся. Между прочим, я сама к англичанам очень хорошо отношусь, если они, конечно, мне не хамят.»

Приходилось сталкиваться с таким отношением и Дарио:

«На такие вещи надо просто с достоинством реагировать. И без нервов. Надо таким людям объяснять: это было когда-то, мы с тех пор изменились, немцы стали совсем другими. Но в чатах в Интернете, стоит только написать, что ты немец, тут же какой-нибудь идиот лезет со своим «Хайль Гитлер» или ещё какой-нибудь глупостью. Как будто это аргумент в споре. Так и хочется сдачи дать, но что толку-то? Это только дураки упёртые такое пишут.»

У 15-летней Кристины пока не хватает выдержки, чтобы не реагировать на такие выпады:

«Да, в Англии часто приходится слышать, мол, немцы все плохие, немцы все нацисты. Меня это возмущает. Ну, скажите, какое лично я имею отношение к Гитлеру или к нацистам? Почему я должна отвечать за всю историю? Не только меня, даже моих родителей тогда и на свете-то не было. Я лично стараюсь на всё это никак не реагировать. Но всё равно обидно.»

Но экскурсия в Музее истории Федеративной республики Германия подошла к концу. Дарио считает, что ничего нового он для себя лично не открыл. Потому что он-то - человек интересующийся и хорошо информированный. Но Дарио уверен, что для других устраивать такие экскурсии нужно:

«Да, об этом времени много говорят. И надо об этом говорить, потому что иначе все может по-новой начаться. Если это замалчивать, всё может по-новой начаться. Есть же и в Германии люди, молодёжь, которые, например, голосуют за ПДС. Я не понимаю, как это может быть. Может быть, оттого, что об этом времени слишком мало говорят, потому что у них недостаточно информации?»

В одном Дарио ошибается. ПДС - это не неонацисты, это партия демократического социализма, бывшие коммунисты в бывшей ГДР. Но, в общем и целом, отмечает экскурсовод музея Генриэтте Хольц, многие молодые люди в Германии слишком мало знают о роли Германии во Второй мировой войне и о режиме национал-социализма:

«У меня такое впечатление, что для них всё это отходит на задний план. Даже за то время, что я здесь работаю, а я работаю здесь уже 8 лет, я замечаю, что это время их всё меньше интересует. Тогда ещё больше дедушек и бабушек было в живых, которые могли об этом рассказать. А сейчас они читают о том времени в книгах, или смотрят фильмы. И для них это всё абстрактно, как Римская империя или как компьютерная игра. Многие просто не могут себе представить, что всё это было реальностью, что это реальная часть нашей истории.»

Вот и всё на сегодня. Спасибо нашему автору Бритте Кляйнманн.