Ливия сегодня: стремление к справедливости или сожаление о стабильности? | Важнейшие политические события в мире: оценки, прогнозы, комментарии | DW | 30.09.2013
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мир

Ливия сегодня: стремление к справедливости или сожаление о стабильности?

Нынешняя Ливия в глазах тех, кто помогал свержению режима Каддафи, оказалась далека от их идеала. С чем это связано: с наследием джамахирии или недееспособностью новой власти?

Улицы Бенгази

Улицы Бенгази

Немногим более года прошло со времени выборов в парламент Ливии - первых после свержения режима Муамара Каддафи. На Западе эти выборы были оценены как важный шаг на пути трансформации джамахирии (специфической автократической формы правления, созданной при Каддафи. - Ред.) в демократию. Среди тех сил в самой Ливии, которые так или иначе способствовали свержению Каддафи, была широко распространена надежда на масштабные перемены в стране. Однако сегодня эту надежду вытесняет скептицизм. Бывшие революционеры, беженцы, согнанные со своих мест гражданской войной, родственники жертв прежнего режима испытывают все более ощутимое недовольство новыми властями.

Без правосудия нет мира

Многие чиновники, включая тех, от кого зависят важнейшие решения в работе аппарата юстиции, и сейчас занимают те же посты, что и при Каддафи. Поэтому судебные процессы в отношении их недавних коллег и единомышленников часто затягиваются. Большую роль в осуществлении правосудия играют и местные полевые командиры. Это заметно даже в самом громком уголовном процессе по делу сына Каддафи Сейфа аль-Ислама, привлекающем пристальное внимание международных наблюдателей: суд над столь близкими к диктатору лицами считается важным этапом в преодолении Ливией трагического прошлого. Для процесса придуман звучный слоган: "Без правосудия нет мира".

Родственники с портретами жертв гражданской войны в Ливии

Родственники с портретами жертв гражданской войны в Ливии

19 сентября слушанье дела Сейфа аль-Ислама, начатое 2 мая и сразу прерванное по настоянию адвокатов подсудимого, возобновилось. Но опять не в Триполи, как хотело бы правительство Ливии, а в городе Зинтан, в полутораста километрах от столицы. Именно там в ноябре 2011 года местная военизированная группировка, которая сыграла большую роль в боях за Триполи с правительственной армией, захватила в плен сына Каддафи, и с тех пор отказывается передавать его центральным властям и Международному уголовному суду.

Более того, Международный уголовный суд настаивает на предъявлении Сейфу аль-Исламу обвинений в совершении военных преступлений, но в Зинтане с этим не спешат. Там пока инкриминировали ему лишь разглашение государственных секретов. "Мы прячем сына Каддафи в тайном месте, чтобы уберечь его от актов возмездия", - объясняет происходящее один из военачальников из Зинтана Айми аль-Атери.

Ни правосудия, ни мира

Но для жителей страны вопрос о том, где и как будут судить лиц, стоявших у руля ливийской джамахирии, отходит на второй план на фоне беспредела, творящегося на их глазах сегодня. В одном только Бенгази - центре революции, завершившейся свержением Каддафи, со времени падения режима было совершено более семидесяти политических убийств. А правительство показало свою несостоятельность в наказании преступников. У него не хватает сил на защиту свидетелей, на проведение основательных расследований.

Разоружение военных формирований в Бенгази

Разоружение военных формирований в Бенгази

Но и это пока не самая большая проблема государства как такового. Эксперты говорят о том, что нынешним властям Ливии по-прежнему приходится считаться с угрозой ее территориальной целостности. Население раздроблено на племена и группы, конфликтующие друг с другом за влияние в тех или иных районах. На руках у жителей по-прежнему остается масса стрелкового и иного оружия, а центральные власти имеют очень ограниченное влияние на происходящие в регионах процессы.

Наблюдатели сообщают о то и дело вспыхивающих вооруженных столкновениях на юге страны, в районе города Себха, или в горном районе Нафуза на западе Ливии. Полевые командиры при разрешении споров друг с другом больше полагаются на своих ополченцев, нежели на юристов и на суды. Молодежь успела во время революции повоевать в составе тех или иных отрядов и испытала притягательность ощущения силы, которое может дать обладание оружием. Она не спешит возвращаться к мирной жизни. Тем более что молодых людей вовсе не ждут рабочие места и радужные перспективы.

Шесть миллионов Каддафи и круглый стол Али Зейдана

Между тем в системе образования сохраняются старомодные методы преподавания, основу которых составляет манипулирование историческим материалом. А это вызывает отторжение у молодежи, нежелание учиться, считают в Ливийском молодежном центре, который занимается оказанием психологической поддержки и социальной адаптацией детей и подростков, так или иначе пострадавших в ходе гражданской войны.

"По-хорошему в системе образования мы должны начать с нуля. Несмотря на то, что учебные пособия по истории и обществоведенью заменены, черно-белое мышление как было, так и остается", - сетует один из сотрудников Центра.

"Мы победили Каддафи, но у нас еще шесть миллионов Каддафи, в каждом из нас" - эта фраза сейчас получила в Ливии широкое распространение. Многие осознали, что смерть диктатора сама по себе еще не влечет смены системы. И, как можно заметить, хотя для одних Муамар Каддафи остается виновником всех бед в стране, другие уже сожалеют о стабильности, которая в их памяти связана с канувшей в лету джамахирией.

Премьер-министр Али Зейдан Мухаммед, понимая, что его правительство не владеет ситуацией в стране, объявил о начале национального примирения и предложил всем группам интересов в Ливии собраться и выработать некий совместный базисный общественный договор. Пока эта инициатива заметного энтузиазма в обществе не вызвала. Ведь и на выборы Всеобщего национального конгресса, состоявшиеся летом 2012 года, пошли далеко не все влиятельные группировки. Их лидеры сочли тогда, что для достижения своих целей у них есть более надежные рычаги, нежели переговоры с оппонентами под патронатом государства.