Историк о тайнах закрытых архивов КГБ Беларуси | Беларусь: взгляд из Европы - спецпроект DW | DW | 23.10.2017

Посетите новый сайт DW

Зайдите на бета-версию сайта dw.com. Мы еще не завершили работу. Ваше мнение поможет нам сделать новый сайт лучше.

  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Беларусь

Историк о тайнах закрытых архивов КГБ Беларуси

Историк Игорь Кузнецов убежден, что в Беларуси необходимо открыть архивы ВЧК-НКВД-КГБ, как это сделали на Украине. Иначе, по мнению эксперта, рецидив репрессий будет продолжаться.

Девочка с зажженной свечой около киевского памятника жертвам голодомора 30-х годов прошлого столетия

В Киеве у памятника жертвам голодомора на Украине

Историк, изучающий репрессии советского периода, Игорь Кузнецов, один из авторов проекта "Акт осуждения тоталитаризма и авторитаризма в Беларуси", в интервью DW рассказал, какие возможности для исследований дает открытие архивов Службы безопасности Украины (CБУ), и сравнил ситуацию вокруг документов спецслужб в Беларуси и России. По его мнению, сегодняшнее преследование инакомыслящих - это рецидив преступлений сталинского времени, которые, в отличие от Украины, так и остались неосужденными на государственном уровне в РБ и РФ. 

Тема "Советские репрессии как основа нынешних нарушений прав человека в Беларуси" обсуждалась в конце октября на конференции в Вильнюсе. Мероприятие было организовано Белорусским документационным центром.  

DW: Служба безопасности Украины открыла доступ к 4 миллионам дел о репрессиях ВЧК-НКВД-КГБ с 1917 по 1991 год. Насколько это важно для исследователей? 

Игорь Кузнецов: Доступ к архивам спецслужб Украины трудно переоценить. Во-первых, там сохранились все директивные указания из Москвы по разнарядкам на репрессии. В Беларуси это сохраняется в глубокой тайне, а теперь мы имеем возможность ознакомиться с такими документами.

Игорь Кузнецов

Игорь Кузнецов

Во-вторых, мы можем восстановить информацию о многих репрессированных в годы советской власти белорусах, которые в свое время проживали на территории Украины, например, в Черниговской области и в других районах компактного  проживания.

И в-третьих, есть перспектива найти документы о преступлениях руководителей репрессивных структур, которые были переведены из Беларуси на Украину, где их самих арестовывали в 39-40-х годах прошлого столетия, и где они давали показания. Важно также, что доступ к архивным документам Украины свободный не только для специалистов, но и для всех граждан, в том числе из других стран, кого интересует история.

- По данным Белорусского документационного центра, дела КГБ и МВД Беларуси советского периода будут переданы из ведомственных архивов в госархивы не ранее 2081 и 2084 года соответственно. С чем это связано?

- В Беларуси полностью блокирована возможность изучения таких документов. В августе этого года исследователи обратились по этому поводу к властям. Я настаивал на том, что для начала можно снять гриф секретности хотя бы с архивов 1917-1953 годов. Понятно, что люди, бывшие в более позднее время у власти или работавшие в КГБ, не захотят огласки.

Но даже это никак не сказалось на сути ответов, которые пришли из Палаты представителей, из Минюста и КГБ. Они умудрились передвинуть временные ограничения доступа. Теперь срок в 75 лет для открытия документов отсчитывается не со времени заведения дела, а со времени реабилитации осужденного. Но если реабилитация началась только 1956-1957 годах и продолжилась в 90-х, получается, что нынешнее поколение открытых архивов так и не увидит.

Кроме того, в 2009 году КГБ и МВД заключили соглашение с департаментом по архиву и делопроизводству Минюста РБ, что срок, после которого ведомственные дела должны были передаваться в общие архивы, продлен с 30 до 70 лет. Хитро сделано.

Правда, с начала 90-х белорусы могли знакомиться с делами репрессированных при условии подтверждения близкого родства. Однако из архивов предварительно изымалась вся информация, касающаяся имен третьих лиц - и можно было прочитать только избранные страницы. При этом должностные лица находят повод для отказа в изучении дел под любым самым нелепым предлогом.

- Как выглядит ситуация с открытием архивов репрессий в России? 

-  В России положение несколько иное. Там были написаны сотни диссертаций о репрессиях советского времени, так как многие следственные дела из владения ФСБ перешли в госархивы. Общество "Мемориал" выпустило в электронной версии список из 40 тысяч сотрудников НКВД. В Томске Мемориальный музей "Следственная тюрьма НКВД" является филиалом областного музея. В сентябре в Бутово был открыт мемориал памяти жертв репрессий 30-х годов 20 века, в Москве будет открыт монумент "Стена скорби".

Ограничение доступа к документам в России сейчас тоже есть. Но для изучения архивы полностью не закрыты. В Беларуси же все 23 года (правления А.Лукашенко. - Ред.) процесс раскрытия документов только тормозился.

К сожалению, в 90-е годы в России и Беларуси так и не был решен вопрос, надо ли устраивать судебный процесс, наподобие нюрнбергского, по преступлениям советского периода. Белорусские независимые исследователи все провели в 2015 году общественный трибунал и вынесли решения о преступности действий НКВД и КПСС. Но до осуждения на государственном уровне дело не дошло ни у нас, ни в России.

- Приходилось слышать, что доступ ко всем архивам о репрессиях может стать ящиком Пандоры, открытие которого спровоцирует месть?

- Это беспочвенные заявления, чтобы не давать развития теме репрессий. Архивы спецслужб были открыты в Польше, Чехии и в Германии. Случаев мести, за исключением одного-двух, не было. Кроме того, многих людей уже нет в живых, если речь идет о периоде до Второй мировой войны.

Что касается архивов более позднего времени, то тем, кто сам признается в деятельности такого рода, не грозит юридическая ответственность. Люстрация только ограничивает возможность пребывания на государственных постах.

Почему мы должны забыть о том, что миллионы человек погибли в лагерях ГУЛАГа или расстреляны? Но, похоже, в Беларуси не собираются провести историческую черту под тем, что произошло в советское время, как это сделали на Украине.

Власти не заинтересованы в том, чтобы возникали исторические параллели, и эта тема замалчивается. Ведь репрессии, пусть не такие масштабные и жестокие, как при Сталине, продолжаются и сегодня. Можно привести сотни примеров, когда людей осуждают за преступления, которые они не совершали, а приговоры выносят на основании ложных показаний милиции. Это рецидив неосужденных преступлений советского периода.

Смотрите также:

Смотреть видео 02:36

25 лет независимости Украины: от коммунизма к декоммунизации (24.08.2016)