В России судят наркозависимых вместо наркобаронов | Россия и россияне: взгляд из Европы | DW | 05.09.2018
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages
Реклама

Россия

В России судят наркозависимых вместо наркобаронов

Страдающая опийной зависимостью россиянка получила 9 лет за сбыт наркотиков, которого не совершала. Почему организаторы оптовых поставок героина в Россию уходят от ответственности - у DW.

В России ежегодно по делам, связанным с наркотиками, признают виновными около 100 тысяч человек. 228-ю статью УК РФ давно называют "народной". С 2016 года осужденные за наркотики стали самой многочисленной категорией заключенных. Это ли не пример эффективной работы судебно-следственной системы в противодействии организаторам наркотрафика? Правозащитники полагают: нет, совершенно наоборот.

За последние годы в РФ сложилась такая судебная практика: большие сроки лишения свободы получают наркозависимые люди, обвиняемые в сбыте наркотиков, в том числе в крупных размерах. Однако львиная доля подобных дел может фабриковаться на следственном этапе сотрудниками полиции с целью повышения статистики по раскрываемости преступлений.

Кого лишают в России свободы на самом деле

Согласно данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, в 2017 году в России 697 497 человек были осуждены по приговорам, вступившим в законную силу. При этом по делам, связанным с наркотиками, осудили 102 292 человек, из них 41 200 приговорены к реальному лишению свободы. Сбыт наркотиков - одна из наиболее частых причин, почему люди оказываются в колонии.

По информации Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН), в местах лишения свободы находится чуть больше 587 тысяч человек, по "народной" статье отбывает наказание примерно 136 тысяч. Среди осужденных мужчин это 27,5%, среди осужденных женщин еще больше - 39,4%. В 2001 году осужденных было больше миллиона, затем их количество неуклонно снижалось, но количество осужденных за наркотики с 2006 года выросло более чем в два раза.

По мнению юриста программы "Новая наркополитика" Арсения Левинсона, большинство из осужденных за сбыт отнюдь не члены преступных "наркокартелей", а больные наркозависимостью. Оперативным сотрудникам гораздо легче оформлять дела по сбыту, используя стигматизированных наркопотребителей, от которых под давлением можно добиться нужных показаний, чем утруждать себя действительно опасными и трудными поисками оптовых поставщиков, например, героина.

Как фабрикуется дела по сбыту наркотиков в России

По словам Левинсона, типичный случай - дело Татьяны М., такое же, как и десятки тысяч других дел по наркотикам. В 2014 году наркозависимую женщину вместе с ее бывшим мужем ночью на улице задержала полиция, в результате досмотра у них обнаружили героиносодержащую смесь: у женщины около 4 грамм, у мужчины 0,80 грамма. Задержанных доставили в отдел полиции, где их стали допрашивать оперативные сотрудники. К этому моменту Татьяна страдала опийной зависимостью около 10 лет.

Арсений Левинсон и освобожденная Татьяна М.

Арсений Левинсон и освобожденная Татьяна М.

"Лишь позднее в документах появились подписи, что якобы адвокат по назначению присутствовал при допросах. Задним числом делу попытались придать вид законности, чтобы полученные так доказательства потом использовать в суде", - поясняет Левинсон.

В отсутствии адвокатов полицейские заставили задержанных признаться в том, что Татьяна М. передала бывшему мужу наркотики. Их отпустили под подписку о невыезде. Впоследствии Татьяну пару раз вызывали к следователю, она, по ее словам, подписывала какие-то бумаги там, где ей следователь говорил: "Вот здесь распишись!". За несколько дней до суда женщина узнала, что обвиняется в сбыте наркотиков, изначально считая, что ее обвиняют только в хранении.

"Классическая ситуация: задержали двоих наркопотребителей, собиравшихся вместе употреблять наркотики, женщину оформили сбытчиком, мужчину приобретателем, обоих осудили, ей дали 9 лет, ее бывшему мужу - условный срок", - поясняет Левинсон. На протяжении 4 лет он помогал Татьяне составлять апелляции и жалобы. Им повезло: в августе 2018 года президиум Мосгорсуда согласился с тем, что все доказательства по этому делу получены с нарушением права на защиту и являются недопустимыми, а преступление высосано из пальца. Неправосудный приговор отменили. Татьяна вышла на свободу.

Новая система сбыта наркотиков в России

Официально не публикуются цифры, какие именно размеры нелегальных веществ фигурируют в делах осужденных, но размеры, признаваемые в РФ крупными, и за которые светят сроки от 10 до 15 лет, - это граммы, а то и меньше. "Иногда десятые доли граммов могут признаваться крупным размером", - рассказывает Левинсон."Объективно говоря, с точки зрения практики наркопотребления это небольшие размеры. Потребители, может, и хотели бы купить вещество в том размере, который у нас считается небольшим и не криминализован, но это невозможно".

Само понятие "крупный размер" расплывчато, например, 0,5 грамма героина считается значительным размером, а от 2,5 граммов до 1 кг - крупным. "Исходя из десятилетнего опыта чтения уголовных дел, я могу утверждать: в подавляющем большинстве случаев речь идет о крупном размере, который приближен к нижней границе, и никак не к килограмму", - утверждает Левинсон. При этом сама система сбыта наркотиков совершенно изменилась.

Контекст

Десять лет назад среднестатистический наркозависимый мог пойти к "барыге" и взять "чек", то есть одну дозу для себя. Теперь все делается анонимно через закладки, а реальный размер, который можно так приобрести, как правило, больше 2,5 грамм. Один наркопотребитель собирает деньги у нескольких, идет и забирает закладку сразу на группу потребителей. Никто из них, по сути, не сбытчик, но никаким другим способом они не могут приобретать и употреблять наркотики. И оказываются удобной мишенью для недобросовестных полицейских. Но кто же стоит за оптовым наркобизнесом, кто организует его?

Российские наркобароны уходят от наказания

Эффективность борьбы с организованной наркопреступностью близится к нулю, считает Алексей Федяров, глава юридического департамента фонда "Русь Сидящая". Рядовым оперативникам и их руководству нужны показатели раскрываемости. "Ориентир идет на сбытчиков, но сбытчиков они научились получать легко: отслеживается низовое звено, так называемые закладчики, а если возьмут пять-шесть закладчиков, то рисуют преступное сообщество", - объясняет юрист. Другой вариант: провокация, когда наркозависимого просят поделиться либо продать за какую-то копеечку часть того, что он закупил для себя: "Это старый как мир вариант, он работает много-много лет".

Кроме того, у полицейских есть и возможность манипулировать размерами веществ. "У нас вес чистого наркотика из смеси не выделяется, а в деле указывается общая масса", - напоминает Федяров. Условно говоря, если 1 грамм героина смешать с килограммом мела, то получится 1001 грамм героина. "И по отчетам все прекрасно, но когда вы слышите о количествах изъятых и уничтоженных наркотиков, не верьте и делите кратно", - указывает Федяров. 

"Ни в одном из дел, изученных мной за то время, что плотно занимаюсь этой темой, я не встретил хотя бы малейших попыток отработать канал, по которому поступили эти вещества к закладчикам", - подчеркивает Алексей Федяров. Как только доходит до какого-то более-менее серьезного канала, работа останавливается "в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых". В результате, по мнению юриста, в местах заключения в основном находятся либо сами потребители, либо низовые закладчики, а настоящие российские наркобароны, оперирующие сотнями килограммов и даже тоннами опасных и запрещенных психоактивных веществ, никогда не оказываются на скамье подсудимых.

Смотрите также:

Смотреть видео 01:55

Дельфинов.комментарий: взорвет ли конопля из России немецкий рынок?

Аудио- и видеофайлы по теме

Реклама