1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Немецкая печать

Tagesspiegel: Путин решил испытать Запад на прочность

Газета, комментируя планы США по расширению своей системы противоракетной обороны, поддерживает идею европейского "ракетного щита".

default

Планы американцев разместить радары ПРО на территории Чехии и десять баллистических ракет-перехватчиков на территории Польши вызывали в Европе настоящий переполох, поскольку российское руководство предположило, что это ограничит эффективность российской системы устрашения.

Предположение о том, что десять американских ракет способны каким-либо образом помешать российским ракетным арсеналам, насчитывающим тысячи ядерных боеголовок, выглядит несколько странным. Прозвучавшие с российской стороны угрозы нацелить ракеты на Польшу и Чехию и в одностороннем порядке выйти из Международного договора о сокращении ракет средней и меньшей дальности, изрядно напугали европейцев.

Между тем преимущества американского "ракетного щита" налицо. Его цель – пресечь возможные попытки ядерного шантажа со стороны так называемых "стран-изгоев". Действие "ракетного щита" имело бы смысл распространить на всю территорию ЕС уже по той причине, что Иран до сих пор отказывается сворачивать свою ядерную программу. В распоряжении Тегерана сегодня имеются ракеты, способные достигать окраинных регионов ЕС.

Путин испытывает на прочность единство западных стран и пытается внести раскол в ряды НАТО. Тот факт, что многие европейцы попались на эту удочку, весьма однозначно характеризует актуальное состояние стратегических дебатов в ЕС. В принципе создание "ракетного щита" для отражения возможной агрессии "стран-изгоев" и соблюдение интересов России не являются взаимоисключающими действиями. Российские военные инспекторы могли бы получить доступ на интересующие их объекты и воочию убедиться, что европейские системы ПРО не представляют угрозы для эффективности российских систем устрашения.

Подготовил Виктор Кирхмайер

Тема в развитии

Контекст