1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура сегодня

«Schwer bist du, шапка Мономаха»

Оперный театр города Гельзенкирхена открылся «Борисом Годуновым» Модеста Мусоргского на немецком языке

Театр – дело убыточное. Особенно – театр оперный, самый дорогостоящий из всех. Даже самые знаменитые европейские оперы – Парижская или Миланская Ла Скала, - несмотря на сверхдорогие билеты и переполненные залы, живут не менее чем на 50 процентов за счёт государственных субсидий. Се ля ви, так было всегда, выступали ли в роли «спонсоров» монархи или правительство. А если у вышеозначенного правительства – дефицит в финансах, и все расходы, в том числе и на культуру, приходится сокращать? Тут у театров начинаются трудные времена, особенно у театров малых, провинциальных – пока в Берлине спорили о том, нужны ли городу все три оперных театра, и должны ли все три сидеть на шее у государства, в глубинке дорогостоящие проекты начали дышать на ладан. Так, театр довольно крупного города Гельзенкирхен, расположенного в сердце промышленной рурской области, в течение нескольких сезонов перебивался лишь старыми постановками. Для реанимации и продолжения жизни потребовались меры административного характера: было принято решение о слиянии театра Гельзенкирхена с оперой соседнего Вупперталя – вместе выжить легче. И, хотя денег на большие проекты в Гельзенкирхене по-прежнему нет, театр ожил, ознаменовав начало новой жизни премьерой «Бориса Годунова» Модеста Петровича Мусоргского. Читая каталог, в котором автор разъяснительной статьи к спектаклю в очередной раз бился с хитросплетениями русской истории и полным и вполне закономерным её незнанием, как всегда возникал вопрос: что повлияло на выбор руководства театра? Говорит режиссёр спектакля Габриэлле Райх:

  • То, что касается политического послания этого спектакля, то оно актуально сегодня точно также, как и во времена Мусоргского. Вы ведь наверно знаете знаменитое высказывание композитора о том, что прошлое – это будущее. Так оно и есть. Борьба за власть, предательство, проблемы долга и совести – всё это вечные темы, которые Пушкин и Мусоргский по сути перенесли из 16 века в 19, а мы с тем же успехом можем перенести и в сегодняшний день.

    О временном характере оперы говорили и декорации спектакля: собранная из старых дощатых щитов и розоватого мрамора конструкция была одновременно дворцом и улицей, монастырём и корчмой, днём вчерашним и сегодняшним. Символы «высшей власти» - держава, скипетр и пресловутая шапка Мономаха, - были выставлены в музейной витрине.

    Пели на немецком языке – большая редкость для немецкого театра, придерживающегося, как правило, принципа исполнять оперы на языке оригинала, что, правда, порою имеет непредсказуемые (в прямом смысле слова) последствия. Кроме того, текст певцов и хора дублировался субтитрами, высвечивавшимися на экране над сценой. Должна сказать, что, несмотря на то, что некоторые фразы – типа «швер бист ду, шапка Мономаха», - звучали смешно, определенный смысл в немецкоязычном «Борисе» имелся. Публика наконец-то была в курсе происходящего.

    А пели отменно: и Борис Николая Мясоедов, и Григорий Буркхард Фритц, и юродивый Марио Брель, и хор, пополненный для спектакля студентами городского музыкального училища.
    Так что хочется ото всей души пожелать маленькому театру дальнейших успехов.