1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Немецкая печать

Frankfurter Allgemeine: Популизм становится угрозой для представительной демократии

Парламентские выборы в Швеции, а также выборы в Нидерландах и Бельгии показали, как быстро растет популярность политиков, резко критикующих политическую систему в своих странах, отмечает Frankfurter Allgemeine.

default

Кто такой популист? Кто занимается популизмом? Эти вопросы лучше не задавать политикам. Понятие "популизм" обычно используется для дискредитации противника. А для того чтобы оружие стало универсальным, то и понятие это максимально выхолащивалось. Если кто-либо своими политическими высказываниями привлекает к себе особое внимание, то завистники на него тут же навешивают ярлык "популиста".

Впрочем, недостаточно называть популистами народных представителей, говорящих вещи, которые охотно слушает народ. В действительности популисты – это негласные противники представительной демократии. Они выступают с нападками на элиты страны, обвиняя их в чванстве и коррупции. Они утверждают, что в состоянии озвучить волю народа, не прибегая к таким посредническим инстанциям, как партии.

Тем не менее, популисты не предлагают никакой лучшей модели демократии. Именно поэтому популистские идеологии выглядят такими бесцветными. Именно поэтому популистов нередко отождествляют с острыми темами, которые они поднимают. В действительности же нет ничего популистского в ксенофобии или исламофобии, как и спорах вокруг атомных электростанций или вокруг планов строительства подземных вокзалов. Тот, кто не делает различия между популистской идеологией и затрагиваемыми ими вопросами, старается завуалировать тревожную тенденцию в Западной Европе.

Парламентские выборы в Швеции, а также выборы в Нидерландах и Бельгии показали, как быстро растет популярность политиков, резко критикующих политическую систему в своих странах.

В Германии в обозримом будущем, несмотря на все высказываемые опасения, вряд ли появится какая-либо новая политическая сила, наподобие того, как это произошло в Швеции, Нидерландах и Бельгии. Абсурдно предполагать, что такую силу мог бы возглавить Тило Саррацин, путающийся в статических данных. Но то, как политики набросились на Саррацина, скорее, подтверждает недоверие к политическому классу Германии.

В любом случае воля народа ограничивается конституционными рамками. Кроме того, у Германии есть обязательства по отношению к ЕС и ООН. Кроме того, глобализация резко ограничила возможности национальной политики, а тем самым и возможности выполнения воли избирателей. Такие объективные факторы в значительно степени уменьшают свободу действий демократических структур. Именно на этой почве и расцветает популизм.

В лучшем случае, популисты смогут пробудить в стране некие силы, которые поспособствуют оздоровлению общества. Так произошло в Голландии, когда там после убийства Пима Фортейна в 2002 году вся политика страны подверглась кардинальному изменению. Все партии – от самых правых до самых левых – пересмотрели свою иммиграционную политику.

Тем не менее, этим летом более полутора миллиона голландцев поддержали организованную правым популистом Вилдерсом акцию публичного выражения гнева, направленную против правительства. Представительная демократия нуждается в более решительных защитниках. Ведь лучшей системы у нас нет.

Подготовил Анатолий Иванов
Редактор: Сергей Гуща

Архив

Контекст