1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Читальный зал

31.10.2001 Медовые месяцы Гитлера и Сталина

Сегодня мы познакомим вас с книгой, вышедшей не в Германии, а в России, в Санкт-Петербурге. Но к Германии, к истории российско- или, точнее, советско-германских связей она имеет самое прямое отношение. Называется эта книга «Сталин – Гитлер: от пакта до войны» и рассказывает о 22 медовых месяцах дружбы между двумя диктаторами, то есть о периоде между 23 августа 1939 года (в этот день был подписан так называемый пакт Молотова-Риббентропа) и 22 июня 1941 года.

На русском языке такой богатой информацией, фактическими деталями и вместе с тем сдержанно-объективной книги на эту тему ещё не было. Конечно, например, знаменитое выступление Молотова на сессии Верховного Совета, где он говорил о миролюбии Гитлера и назвал войну западных союзников против гитлеризма «бессмысленной и преступной», цитировалось в последние годы очень часто. Но многие ли из нас знают, скажем, о встрече Молотова с Гитлером, Гессом и Герингом в Берлине? Или о том, что меньше, чем за два года Советский Союз поставил нацистской Германии миллион тонн нефтепродуктов, более полутора миллионов тонн зерна, никель, марганцевую и хромовую руду, фосфаты, лесоматериалы? А в ответ СССР получил от «третьего рейха» военные самолёты, бомбардировочные прицелы, комплекты фугасных и осколочно-фугасных бомб, радиостанции, орудийные корабельные башни, пушки, различное промышленное оборудование и даже крейсер...

Знаете ли вы, что после заключения пакта о ненападении, а позже – договора «о дружбе и границе» в советской печати прекратились любые нападки на немецких фашистов и исчезли карикатуры на Гитлера или Геббельса? Что с экранов кинотеатров были сняты такие известные тогда антифашистские фильмы, как «Профессор Мамлок» и «Семья Оппенгейм» (по роману Фейхтвангера), что исчезли все спектакли антифашистского содержания? Из репертуара была исключена даже пьеса «Матросы из Катарро», хотя в ней речь шла о матросском восстании 1918 года против Австро-венгерской монархии. В библиотеках не выдавались и частично были изъяты и уничтожены книги с критикой нацистской Германии...

Автор книги «От пакта до войны» Юрий Басистов – кандидат исторических наук, бывший фронтовик. С ним беседует наш петербургский корреспондент Владимир Изотов:

- Какими источниками вы пользовались во время работы?

    - Самыми различными, я получил доступ к рассекреченным материалам генерального штаба. Я внимательно посмотрел все то, что выходило в Германии в связи с пактом о ненападении и последующем развитии событий. Я постарался объективно, взвешенно, на основании исторических документов, свидетельств, дать картину вот этих 22 месяцев, которые разделяли 23 августа 1939 года от 22 июня 1941. Сам период не был засекречен. Засекречена была правда. Взамен исторической правде всегда рождаются мифы. Первый миф, с которым я столкнулся, когда работал над этой темой – была ли война, было ли нападение для нас внезапным. Помню то выступление Сталина 3 июля 1941 года, где он сказал о вероломном и внезапном нападении фашистской Германии. Оно было действительно вероломным, но оно не было внезапным. Сталин и все советское руководство имели обширную, убедительную информацию о том, что война была на пороге. Сталин пренебрег этими предупреждениями и этими свидетельствами о неминуемой угрозе. В одном из разделов книги я представил обширный материал, который опирается на донесения разведывательных органов. Причем это были донесения как иностранного отдела НКВД, так и ГРУ генерального штаба. При сопоставлении данных из различных источников можно было убедиться в том, что они носят одинаковый характер, хотя источники были очень различными. Так что это миф, который до сих пор живет в некоторых учебниках истории. Дескать, нападение было внезапным.

    Второй миф - это вопрос, связанный с тем, что данный пакт о ненападении дал Советскому Союзу отсрочку от войны. Я утверждаю, что это не так. Гитлер начал войну тогда, когда он был готов к военным действиям против Советского Союза. Когда он завершил операции на Западе, когда в его власти была вся континентальная Европа, он приступил к нанесению удара и захвату Советского Союза. А пакт и последующий договор, удивительный договор о дружбе между Гитлером и Сталиным, ничего не менял.

    Правда, ему предлагали начать, и он сам думал, не начать ли нашествие на Россию в сороковом году. Немецкий генералитет убедил его, что сперва надо завершить операции на Западе. Надо полагать, что немцы помнили завещание Бисмарка не воевать в Европе на два фронта. Гитлер стремился к этому и он напал на Советский Союз, обеспечив себе европейский тыл. Немцы отложили этот план пересечения Ла-Манша.

    От операции «Морской лев» – так назывался план вторжения на Британские острова – Гитлер отказался лишь в январе 1941 года. До этого все приготовления к ней носили вовсе не маскировочный, а самый серьёзный характер. Так, в оккупированных нацистами портах на побережье континента уже было собрано несколько тысяч транспортных барж. После поражения Франции летом 1940 года Англия в течение года фактически в одиночку противостояла гигантской военной армаде «третьего рейха». Для того, чтобы уничтожить британский военный потенциал и деморализовать население страны, германская авиация вела массированные бомбардировки английских городов. В воздушной битве за Англию участвовало почти три тысячи бомбардировщиков и истребителей «люфтваффе». У англичан же было всего около пятисот бомбардировщиков и семисот истребителей.

    Они брали не числом, а умением. Юркие «спитфайеры», которых наводили на цель (впервые в истории) радиолокационные станции, сравнительно легко сбивали неповоротливые «юнкерсы», хотя и гибли английские лётчики часто. Отлично действовала противовоздушная оборона британцев. В конце концов, для того, чтобы уменьшить потери, эскадрильи «люфтваффе» стали вылетать ночью. Но это, естественно, сказалось на точности бомбометания. В «битве за Англию» немцы потеряли, в общей сложности, более двух тысяч самолётов. Три тысячи пилотов «люфтваффе» и других членов экипажей погибли, свыше двух тысяч попали в плен...

    Что касается войны на море, то здесь у Гитлера дела лишь поначалу шли неплохо. А потом англичане, усовершенствовав свои эхолоты и глубинные бомбы, стали гораздо чаще топить немецкие подводные лодки. К июню 1941 года уже более четырёх десятков гитлеровских субмарин навсегда остались на дне. Вот такая война шла – настоящая, серьёзная, Вторая мировая...

    А товарищ Молотов тем временем юродствовал на сессии Верховного Совета:

      «…Лидеры социалистических партий Франции и Англии требуют, чтобы СССР обязательно втянулся в войну на стороне Англии против Германии. Уж не с ума ли сошли эти зарвавшиеся поджигатели войны? (Смех в зале)… Если у этих господ (то есть англичан) имеется уж такое неудержимое желание воевать, пусть повоюют сами, без Советского Союза (Смех. Аплодисменты)».

      Кстати говоря, в этой войне Советский Союз не просто не выступил на стороне британцев, но даже помогал Гитлеру. Причём, речь идёт не только об экономической помощи. Германия, нуждавшаяся в маневренной базе для подлодок и крейсеров-рейдеров в Баренцевом море, получила в аренду один из глубоководных заливов в районе Мурманска – так называемую «Base Nord».

      Ещё одно «странное партнёрство», как выражается в своей книге Юрий Басистов, существовало между НКВД и гестапо. Уже когда министр иностранных дел «третьего рейха» Риббентроп впервые прилетел в Москву для подписания пакта о ненападении, среди встречавших его был и заместитель наркома внутренних дел Меркулов. Подробные воспоминания об этой встрече оставил Ханс фон Герварт, немецкий дипломат и противник нацизма, который был тогда сотрудником посольства Германии в Москве. Он рассказывает, как на московском аэродроме встречал вместе со своим коллегой Гебхартом фон Вальтером делегацию «рейха»:

        «Вальтер вдруг схватил меня за руку и показал на группу гестаповцев, которые как раз сердечно приветствовали своих собратьев из НКВД: «Посмотри, как они улыбаются друг другу. Это они радуются, что, наконец, могут работать сообща. Ужасно даже подумать об этом. Только представь себе, как они начнут обмениваться своими досье…»

        НКВД и гестапо обменивались не только досье. По соглашению, одобренному Политбюро, гитлеровской Германии предполагалось передать бывших граждан Германии и Австрии, которые находились на территории СССР и боролись против Гитлера, - то есть антифашистов. Несколько десятков их было передано в руки гестапо. Вот только два примера.

        Александр Вайсберг, австрийский коммунист, работавший в физико-техническом институте Академии наук в Харькове, был арестован в 1937 году. Прошёл конвейерные допросы, признался в подготовке убийства Сталина и Ворошилова и не был расстрелян только потому, что за него вступился Альберт Эйнштейн, написавший письмо Сталину. В конце декабря 1939 года его вместе с несколькими сокамерниками – немецкими и австрийскими эмигрантами – неожиданно повели в роскошную баню, побрили, дали хорошую гражданскую одежду… А потом следователь объявил им, что они высылаются из СССР в Германию. И как не противился Вайсберг, его в новогоднюю ночь 1940 года посадили в поезд вместе с семьюдесятью другими немцами и австрийцами и отправили под охраной в Брест-Литовск. Там, на границе, их уже ждали сотрудники гестапо.

        Известной немецкой коммунистке Маргарете Бубер–Нойман, эмигрировавшей в середине тридцатых годов в СССР и позже отправленной в Карагандинские лагеря, вообще не сказали, куда высылают её и её сокамерниц. Их отвезли в «чёрном вороне» на вокзал, препроводили в вагон с зарешеченными купе, выдали консервы, хлеб, масло (небывалая роскошь по тем временам для заключённых), сигареты и повезли на Запад. Высадили в Бресте, где сдали с рук на руки эсэсовцам.

        Те отправили Маргарете Бубер–Нойман в Люблинскую тюрьму, а потом в концлагерь Равенсбрюк, в котором она пробыла до самого конца войны.

        В общем, помогали союзнику – Гитлеру – чем могли. Родственные души! Сильно сказано? Покажется кому-то оскорбительным? Автор книги «От пакта до войны» Юрий Басистов придерживается другого мнения:

          - Меня волновал этот вопрос, и я в конце написал, что не все возможно согласятся с тем, что здесь сказано, но я, как участник войны, фронтовик, я постарался придерживаться исторических фактов и изложить события такими, как они реально видятся. Я считаю. Что одним из мифов, который весьма стоек, является то, что мы войну выиграли благодаря Сталину. Ошибки, которые Сталин допустил при оценке военно-политической обстановки в Европе на кануне войны, ошибки, допущенные советским руководством и им лично при подготовке к агрессии, привели к неоправданным жертвам, тяжелым поражениям в первый период войны.

          Подумайте только, мы потеряли пленными 5 750 тысяч человек. К осени 1941 года кадровый состав красной армии был перемолот в оборонительных боях. Часто говорят, что, дескать, в бой шли за Родину, за Сталина. Да, за Родину. За свою Родину, за то, чтобы спасти ее от порабощения фашистами. Но не за Сталина. Нет. Я хорошо знаю фронтовую действительность. Да и вообще, в шуме боя если уж кричали, то выражения были непечатного характера. Не вспоминали вождя.

          Вообще, во время войны ослаб, особенно в начале культ личности Сталина, да и вождь несколько, так сказать, утих в плане своего прославления. Но, правда, после перелома, после Сталинграда Сталин в полной мере уже упивался своей славой полководца, стал даже генералиссимусом. Хотя он был в военном отношении дилетантом. Маршал Жуков вспоминал, что где-то лишь к середине войны Сталин стал разбираться в оперативных вопросах. Так то не Сталин привел народ к победе, а народ привел Сталина к победе, которую он себе во многом пытался приписать.