1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Наука и техника

30.07.2001 "Атлас бойкота Интернета" и особенности молодого немецкого юзера

Транснациональная сетевая корпорация AOL, точнее – ее немецкий филиал AOL-Deutschland, заказала известной в Германии службе изучения рынка и общественного мнения EMNID (впрочем, и эта служба – тоже часть транснациональной компании по исследованию рынка), так вот компания АОЛ заказала компании Эмнид исследование сетевых предпочтений немецкой молодежи.

В отличие от других социологических служб (Ср.: umfrage1.com), которые исследуют только круг пользователей Интернета, ЭМНИД работала и с теми, кто интернета всячески избегает. По аналогии с теми, кто отказывается служить в армии, ЭМНИД называет таких противников интернета "интернет-отказниками". Двойственность значения сохранена и в этом русском слове: дело не только в том, что некто добровольно отказывается от интернета. Дело еще и в том, что для значительной части людей интернет всё-таки всё ещё и предмет роскоши, в котором определенной категории граждан отказано. Два месяца назад социологи этой службы составили довольно тревожный для взрослого населения Германии «Атлас бойкота интернета».

Результаты этого исследования, записанные, как это теперь принято, на смешанном англо-немецком жаргоне, который некоторые в Германии называют дойглишем, можно посмотреть в интернете. Вот некоторые результаты исследования ЭМНИДа, которые эта служба сочла возможным опубликовать.

Глобальный кризис всей экономики так называемых новых технологий буквально заставил социологов пересмотреть радужные прогнозы поголовной интернетизации человечества. Еще совсем недавно казалось, что интернет (во всяком случае, в развитых странах) уже очень скоро превратится в то, чем раньше были телефон, электроутюг или холодильник. Всё упиралось, как казалось еще год-два назад, только в одно: финансовые средства.

Но фундаментальный просчёт социологов интернета состоял в том, что они исследовали сами себя, собственную среду, полагая, что всё остальное общество, всё, так сказать, косное большинство, не потеряется и подтянется за этой авангардной группой.

Может быть, конечно, и подтянется. Вот только когда? Самое неожиданное в исследовании ЭМНИДа – это констатация неприятного факта: немецкое общество в том, что касается интернета, это общество, расколотое на два класса, - на тех, для кого сетевая жизнь давно стала обыденной необходимостью (таковых 37 процентов населения), и на тех, кто доступа в сеть не имеет и обзаводиться им в частном порядке не собирается (таких около 52 процентов населения). А вот в группу тех, кто намеревается приобщиться к всемирной сети, входят всего-навсего 10 процентов населения Германии.

Любопытны некоторые детали.

Возрастная группа от 30 до 40 лет включает в Германии больше противников интернета, чем группа от 40 до 60 лет,

Иными словами, поколение, из которого не выдохлась протестная энергия 60-х годов, опережает молодежь , выросшую в сытые и политически инертные 80-е годы.

Интересно и соотношение числа интернет-пользователей и интернет-отказников в зависимости от партийной принадлежности.

Меньше всего интернет-отказников среди сторонников «зеленых», от «зеленых» чуть-чуть отстают «либералы», а вот у сторонников остальных партий – от социал-демократов до республиканцев - показатели примерно одинаковые, и интернет-отказники на треть многочисленнее, чем пользователи. Исключение составляет ПДС: среди сторонников этой партии интернет-отказников вдвое больше, чем пользователей.

Компания ЭМНИД составила детальный атлас «интернет-отказничества». Анализ этих данных свидетельствует: такая стабилизация положения чревата неизбежным обострением ныне существующих социальных неприятностей – от усугубления изоляции безработных до стагнации всего рынка высоких технологий.

Только один пример:

Национальная служба занятости Германии, или биржа труда – «Arbeitsamt» (arbeitsamt.de), – предлагает на своей страничке в сети 450.000 рабочих мест для тех, кто ищет работу. В свою очередь, работодатели могут при желании воспользоваться электронной картотекой, в которой содержатся данные о полутора миллионах ищущих работу.

Единственное узкое место в коммуникации между, так сказать, трудом и капиталом – вышеупомянутое интернет-отказничество.

Ежедневно страничку биржи труда посещают четверть миллиона пользователей сети, а в 2000 году работу через интернет нашли 340.000 человек.

Всё-таки для страны, в которой почти 4 миллиона безработных, этого слишком мало.

Отвлечемся на минуту от опроса, проведенного ЭМНИДом, и посмотрим на сетевую жизнь совсем с другой стороны. Опросы такие заказываются концернами, кровно заинтересованными в развитии рынка высоких технологий.

Но парадокс в том, что для развития рынка высоких технологий самые ярые противники глобализации делают больше, чем вялое большинство, которое беспомощно наблюдает за падением курсов акций транснациональных корпораций, обеспечивших бум на рынке 1990-х годов.

Наш корреспондент встретился в Бонне с одним из создателей радикальной природоохранной группы «Прилив» Тилем Винкельманом (Till Winkelmann) (см.: risingtide.de/index_de.html):

    "Интернет это вообще наш главный медиум, без него мы просто не смогли бы ни общаться, ни организовывать демонстрации. У нас в списках рассылки люди по всей планете. Вы представьте себе, что всё это значило бы старыми способами – все эти телефонные звонки или письма. А интернет – идеальная платформа для общения и действия. Мы договариваемся буквально о каждой детали – от ночлега до подробного описания, кто, что и в какой именно момент делает."

    А как к вашей домашней страничке относятся те, против кого вы выступаете?

    Тиль Винкельман:

      "На эту тему я вам такую историю расскажу. Руководительница секретариата ООН по климату, здесь, в Бонне, дошла до того, что заявила, будто нашу страничку финансирует нефтяное лобби, заинтересованное в том, чтоб помешать боннской конференции. Она прямо так и сказала: у них такая профессиональная страничка, а сами они так хорошо организованы, что кто-то без сомнения должен был заплатить. А в то, что всё это сделано в рамках общественной работы, она так и не въехала."

      Заметим, что общество взрослых по обыкновению проморгало превращение интернета в мощную организующую силу.

      Сплоченные кадры противников глобализации в Генуе сумели противопоставить действующим традиционными методами полицейским своеобразные хакерские приёмы. Подобно вирусам, воинственные боевые группы внедрялись в ряды мирных антиглобалистов и сначала провоцировали полицейских на насилие по отношению к демонстрантам, а потом – изначально мирно настроенных демонстрантов – на отпор полицейским. Ломалась вся программа. Эскалация конфликта, спровоцированного крошечным меньшинством, была остановлена в Италии с непристойной для демократической страны жестокостью. К счастью для Бонна, где одновременно с июльским саммитом 2001 года проходила конференция, посвященная климату Земли, основные кадры воинствующих антиглобалистов из Германии были «брошены» в Италию.

      А может быть, правы те, кто говорят, что партизанское движение, выстраиваемое в сети молодыми людьми, которые воспитаны на коммуникации высокого уровня, - это движение нуждается в более умном партнере для диалога и конфликта, чем сегодняшняя политическая наличность?

      Но вернемся к социологическому опросу, с которого мы начали сегодняшнюю передачу. Именно подтверждение в опросах ЭМНИДа стереотипного представления о консервативности немцев заставило руководство концерна АОЛ заказать ЭМНИДу «материал на немецких детей».

      Согласно опросу, сейчас в Германии 10 миллионов детей в возрасте от 6 до 18 лет являются пользователями интернета. Более чем у четверти опрошенных, т.е. у 2,6 миллионов немецких детей, интернет оттеснил на второй план телевизор, у четверти – книгу.

      Правда, читать и писать молодые немцы, пропадающие в сети, не перестали. Наоборот: с годами они пишут всё больше писем и читают всё больше книг и статей в порядке подготовки к экзаменам.

      46 процентов детей младше 13 лет переписываются по электронной почте, а в возрастной группе 14-18-тилетних предпочитают электронную переписку уже 65 процентов школьников.

      При этом немецкие школьницы пользуются интернетом при подготовке домашних заданий в 76 процентах случаев, а школьники – только в 59 процентах.

      Новая, воспитанная сетью писучесть и склонность молодежи к коммуникации, в сочетании с подростковым аутизмом, делают молодых людей идеальным объектом психосоциального эксперимента. Именно ориентируясь на расширение круга всё более грамотных клиентов, компании не жалеют времени и сил на переписку с сетевым человечеством. Анонимные гиганты прикидываются подвластными любому капризу пользователя мягкими игрушками.

      Обстановка растерянности на рынке высоких технологий объясняет, откуда берется этот сверхпристальный взгляд на пользовательскую психологию. Компании АОЛ есть за кого бороться на немецком рынке коммуникаций с его 64 миллионами телефонных номеров, за каждым из которых – потенциальный потребитель интернет-услуг. Конечно, самые интересные и самые горячие подробности исследования ЭМНИДа до широкой публики пока не дошли. Отвечая на самый невинный вопрос, ну, например, чем тот или иной пользователь утоляет жажду – квасом, пивом, кока-колой или ключевой водой, - мы даем изучающим нас многонациональным корпорациям знание о себе. Каждый камешек этой мозаики сам по себе почти ничего не стоит. Собранные же вместе и сложенные в рисунок, результаты социологических опросов дают в руки транснациональных корпораций всё более совершенный инструмент для манипуляции всё более многочисленными группами населения.

      Быть одновременно подопытным кроликом и дерзким экспериментатором – это судьба человека 21-го века. На этом пути поражения иной раз уступают место скромным победам. "Из-за школьной скамьи - в больничную палату"

      Сетевая коммуникация: Ребенок попал в больницу. Как сохранить контакт с одноклассниками и учителями?

      Наблюдения над ширящейся сетевой комуникацией привели врачей университетской клиники Бонна к мысли о том, что старая схема, согласно которой ребенок, попадая в больницу, расстаётся со своей прежней жизнью, что эта схема может быть поломана.

        "Когда школьник попадает к нам в клинику с тяжелым диагнозом, мы устанавливаем контакт с его школой, говорим с учителями и одноклассниками, с их родителями, представляем им наш проект и просим принять в нем участие."

        Т.е. спрашиваете, можно ли установить в классе телекамеру?

        Рената Пфайфер:

          "Да, это не веб-камера, а обыкновенная видеокамера, которая ведет панорамную запись всего, что происходит в классе, так что у школьника появляется ощущение, что он сидит на уроке в заднем ряду. К компьютеру, преобразующему обыкновенную запись в цифровой вид, ученик, так сказать, "дозванивается" прямо с больничной койки. Запись уроков сохраняется две недели, так что ученик может в течение этого времени в любое время обратиться к любому уроку."

          Начало этому проекту положило общество поддержки больных, страдающих лейкемией и опухолями мозга. Рената Пфайфер продолжает:

            "Это объясняется очень просто. Узнав о своем диагнозе, дети очень часто испытывают особое беспокойство из-за разрыва связей со школой. Собственно учебная программа здесь совершенно второстепенна. Главное - поддерживать контакт с соучениками. Это психологическая поддержка и для нашей терапии."

            Пока что, госпожа Пфайфер, в отличие от интернетного форума или чата, связь между Вашим пациентом и его, так сказать, родным классом установлена односторонняя. Больной ребенок наблюдает за уроком, но вмешаться он пока не может...

              "Мы мечтаем о внедрении индивидуальной виртуальной коммуникации, или комнате для чата, ведь досточно поставить в классе лэптоп, т.е. портативный компьютер, с тем, чтобы одноклассники, попеременно оставаясь при нём диспетчерами, могли бы озвучить сообщения недугующего товарища. Интернетный чат ведь и подтолкнул нас к идее проекта."

              Спасибо Ренате Пфайфер, руководительнице проекта Боннского университета "Из-за школьной скамьи - в больничную палату". Одна из её питомиц, Кристина Энгельс, рассказывает о первых порах своего пребывания в четырех стенах в родительском доме и в больнице.

              Кристина Энгельс:

                "Вообще мне казалось странным оставаться в полном одиночестве и работать, делать домашние задания. Но как-то потихоньку я втянулась. А потом все более или менее привыкли к тому, что я где-то все-таки тоже присутствую, начали подмигивать мне с экрана, кричали «привет».