1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Читальный зал

29.08.2001 Образ Лукашенко в современной белорусской литературе

В четверг 30 августа исполняется 47 лет со дня рождения белорусского президента Александра Лукашенко. В канун этого события и предстоящих президентских выборов в Беларуси самое время познакомить вас с повестью (документально-художественной, как назвал ее автор) об Александре Лукашенко. Наверняка, очень немногие из вас ее читали. Она была опубликована в минском журнале «Немига» в прошлом году тиражом всего в 300 экземпляров. А, между тем, произведение это весьма примечательное. Сначала об истории его публикации. Рассказывает наш минский корреспондент Владимир Дорохов:

Автором повести об Александре Лукашенко является Владимир Якутов. Он родился в 1926 году в крестьянской семье, был в партизанском отряде и на фронте. Потом длительное время находился на комсомольской и партийной работе в Литве. По возвращении в Минск был старшим научным сотрудником института Истории партии при ЦК КПБ. Якутов - автор ряда трудов по истории партии, а также серии биографических произведений о судьбах партийных и государственных деятелей Белоруссии: Червякова, Притыцкого и Машерова.

История созданной им повести о Лукашенко весьма примечательна. Как рассказал мне Александр Федута, бывший высокопоставленный чиновник администрации президента, уже через два месяца после победы Лукашенко на выборах глава его администрации попросил Федуту познакомиться с рукописью повести о первом президенте Белоруссии. Повесть, по оценке Федуты, не только не выдерживала ни малейшей критики с точки зрения литературных достоинств, но и само ее появление спустя столь короткое время после вступления Лукашенко в должность выглядело просто нелепо.

Публикацию книги удалось остановить с формулировкой «из-за малой художественной ценности». Но уже через полтора года отдельные главы повести увидели свет на страницах молодежной газеты «Знамя юности». В журналистской среде ажиотаж стоял неимоверный. Номера «Знамя юности» с главами повести зачитывались до дыр и вскоре стали настоящим раритетом. Следующая попытка напечатать повесть о Лукашенко, наконец, увенчалась успехом. Дело в том, что, по мнению Федуты, к 2000 году у Якутова появился большой фактический материал. Ведь Лукашенко к тому времени уже провел два референдума, поменял символику, разогнал Верховный Совет, - в общем, совершил деяния, достойные отражения на бумаге.

Повесть вышла в журнале «Немига», который посвятил ей специальный номер. Журнал «Немига» создали русскоязычные белорусские писатели. В писательской среде ходили слухи, что редактор Анатолий Аврутин напечатал повесть, так как журнал нуждался в помещении. Надежды, судя по всему, оказались напрасными. Мне не удалось обнаружить сегодня никаких следов журнала, нет его и в подписном каталоге периодических изданий за второе полугодие. Дальнейшая судьба повести также пока не слишком завидна. Она до сих пор не вышла отдельной книгой. Рассказывают, что Якутов пытался лично вручить экземпляр журнала Лукашенко, с тем, чтобы получить от него благословение на издание книги, но успеха, как видно, не имел.

В предисловии Владимир Якутов жалуется на то, как трудно ему было писать эту книгу. «Как рассказать о честном, искреннем человеке?!.. К тому же, Александр Лукашенко, будучи очень скромным человеком, и слышать не хотел, чтобы о нём писали солидную книгу». И ещё раз: «Удивительно скромен. Получить от него какой–либо документ, говорящий о его добрых деяниях прошлых лет, весьма и весьма трудно».

Но автор повести о белорусском президенте с честью преодолевает все трудности. Ну, вот, скажем, школьные годы. Как пишет Якутов, Саша «с каждой четвертью учился всё лучше и лучше». Резонно предположить, что Лукашенко окончил школу, как минимум, с золотой медалью. Но в повести об этом – ни слова. «Успешно окончил среднюю школу» – и всё.

А в институте? «С каждым семестром Александр Лукашенко накапливал всё более глубокие и прочные знания». Но это ещё не всё. Он активно участвовал в общественной работе. В колхоз посылали, на картошку, и тут отличился. Однажды – цитирую – «забрал у девушки две увесистые корзины с бульбой и быстрым шагом понёс под временно сооружённый студентами навес».

Вообще, студенты на картошке в повести о Лукашенко – это просто песня. Тот, кто хоть раз в жизни был на картошке, может себе представить, насколько соответствует действительности такое вот описание трудовой деятельности студентов в колхозе, да ещё в проливные дожди:

    «Ребята трудились, как говорится, от всей души. Они ловили каждую минуту, когда в тучах образовывался хоть небольшой просвет и переставал идти дождь. ...К концу сентября весь картофель в колхозе был убран, пересортирован и уложен на солому в небольшие кучи. Правление колхоза устроило по этому поводу торжественное собрание, на котором студентам вручили памятные подарки и два мешка картошки».

    Из текста книги, правда, неясно, каждому по два или на всех – два. Но ясно, что самым ударным из всех ударников был, разумеется, Александр Григорьевич Лукашенко:

      «Александр Лукашенко, привыкший к более тяжёлому труду, видел, что многие городские парни и особенно девушки, простояв, согнувшись над бороздой, несколько часов, едва волочат ноги. По его предложению прямо возле костра однокурсники стали выполнять специальные физкультурные упражнения для тренировки позвоночника. Это помогало.
      «Вечером очень помогает массаж спины, – советовал Александр, –Делайте его друг другу».

      В 75–ом году Лукашенко окончил исторический факультет Могилёвского пединститута. Но учителем, судя по всему, становится не собирался. Его направили по распределению секретарём комитета комсомола одной из средних школ города Шклова. Место явно гиблое для карьеры. Впрочем, надолго задерживаться здесь Александр Григорьевич не собирался. Ему всё равно предстояло идти в армию – офицером, так как образование у него было высшее образование. И в армии (в Брестском погранотряде) он тоже пошёл по комсомольской линии. В документально-художественной повести Якутова читаем:

        «Александр Лукашенко читал доклады и лекции, беседовал как с большими группами солдат, так и с отдельными воинами. Иногда простой вопрос разрастался в содержательный и задушевный разговор».

        Автор приводит и образец такого «содержательного и задушевного разговора»:

          «Красивая у нас, ребята, природа?» – спросил Лукашенко. – «Очень», - ответил с акцентом коренастый узбек. Помолчал и добавил: «В Фергане деревья совсем иначе выглядят». – «Как это иначе?» – удивился Лукашенко. – «Они более светлые, и листья у них другой формы». Они просидели почти до отбоя. «Вы, ребята, - сказал на прощание Александр, - старайтесь привыкнуть к нашему немного прохладному и влажному климату».

          В общем, Александр Григорьевич внёс свой вклад в дело воспитания молодого поколения (это тоже не мои слова, а цитата из повести). И заодно укрепился в партийно-комсомольской номенклатуре. После года армейской службы он был назначен секретарём комитета комсомола горпродторга города Могилева. А через несколько месяцев его переводят инструктором одного из могилёвских райисполкомов. Карьера Лукашенко явно удаётся. Но через пять месяцев почему-то даёт сбой: Александра Григорьевича переводят из областного центра обратно в захолустный Шклов да ещё лектором общества «Знание». Автор сказания о Лукашенко довольно невнятно пишет о причинах. Мол, его старший сын в детстве часто болел, и поэтому врачи посоветовали жить в деревянном доме.

          Как будто в Могилёве нельзя было найти деревянный дом!.. Кроме того, никакой дом – ни деревянный, ни кирпичный – в Шклове семью Лукашенко, судя по всему, не ждал. Судя по рассказам жены президента Галины Родионовны, сначала снимали какие-то углы, потом поселились в общежитии. Как бы то ни было, но о трёх годах лекторской ссылки Александра Лукашенко в обществе «Знание» автор повести о нём упоминает лишь скороговоркой. Кроме того, вовсе не случайно Лукашенко в 80-м году снова решает пойти служить в армию. Армия уже один раз стала трамплином в его карьере. Может быть, повезёт СЕЙЧАС?

          Служить Лукашенко завербовался на два года и, естественно, опять замполитом – на сей раз замполитом роты. Глава об этом периоде его жизни называется «Труд во имя Родины». Особенно потрясла меня здесь цитата одного из его тогдашних сослуживцев: «К нему (то есть к Александру Григорьевичу), как ни к кому другому, подходило выражение «ротный – папа, замполит – мама».

          В августе 82-го года «маму Лукашенко» - простите, лейтенанта Лукашенко – мобилизовали. В 28 лет ему пришлось во второй раз штурмовать номенклатурные вершины и начинать снова с самого низа. Александр Григорьевич становится сначала заместителем председателя колхоза «Ударник» Шкловского района, затем его утверждают в должности замдиректора комбината стройматериалов, позже – секретарём парткома колхоза имени Ленина. Надолго он не задерживался нигде и нигде особой славы не снискал. Владимир Якутов, обычно описывающий свержения и достижения белорусского президента в восторженных тонах, здесь почему-то засмущался (цитирую):

            «Кое в чём дела в колхозе имени Ленина обстояли лучше, чем в других хозяйствах, но в целом положение нельзя было назвать благополучным. Александр Григорьевич без обиняков тянул трудную ношу... Старался как мог...»

            Средненьким был и совхоз «Городец», директором которого райком партии назначил Александра Лукашенко в марте 87-го года. Поднимать хозяйство он начал – а как же иначе! – с наведения трудовой дисциплины. За это и хвалили. В книге процитирована райкомовская характеристика:

              «А. Г. Лукашенко... активно работает по укреплению дисциплины, повышению персональной ответственности кадров за порученное дело, по мобилизации коммунистов, всего коллектива на выполнение планов и социалистических обязательств».

              Впрочем, сам Александр Григорьевич был не просто коммунистом, а коммунистом настоящим. Во всяком случае, так характеризует своего героя Владимир Якутов.

                «КПСС, - пишет он, - стала партией карьеристов, проходимцев и просто непорядочных людей. Эти думы витали в головах честных, болеющих за страну и её народ настоящих коммунистов. Именно таким был и Александр Лукашенко».

                Не щадя живота своего, стал Александр Григорьевич бороться в годы перестройки с аппаратом, одним из звеньев которого сам был ещё со студенческих времён. Директор рядового шкловского совхоза настолько смело (цитирую) «вскрывал главные язвы существующего порядка», что к нему, как совершенно серьёзно уверяет автор повести о Лукашенко, прислушивались аж в Кремле. Цитата:

                  «Одарённый умом, смекалкой и решительностью, Александр Лукашенко далеко смотрел вперёд, понимал ситуацию в экономике, точно оценивал социальное и политическое положение, не только в своём совхозе, районе, республике, но и в целом по стране. Сам главный реформатор Горбачёв прислушивался к его мнению».

                  О «стране» – то есть о Советском Союзе – автор повести об Александре Лукашенко пишет с ностальгической любовью. А любовь, как известно слепа. Наверное, сильно она ослепляла и ослепляет писателя Якутова, если он умудряется с каменной убежденностью заявлять следующее:

                    «Страшный день... Великое и могущественное государство – Союз Советских Социалистических Республик – было похоронено. Но в 91-ом году советская экономика не требовала подобного радикального шага. На всей огромной территории от Бреста до Владивостока, от Мурманска до Ташкента царили мир, согласие и спокойствие».

                    Помилуйте, товарищ Якутов! Это в Нагорном Карабахе царил мир?! И спокойствие в шахтёрских регионах Кузбасса?! И согласие в Сумгаите?! А что касается экономики пустых прилавков, которые были особенно пустыми именно в те годы, так тут даже примеры приводить не охота. Вспомню только один анекдот тех лет: «Мы живём в эпоху развитого социализма, то есть промежуточной стадии между социализмом и коммунизмом. А что такое промежуточная стадия? Это когда деньги ещё не отменили, но купить за них уже ничего нельзя».

                    Вообще говоря, именно в этой части книги память особенно часто изменяет автору официозной книги о Лукашенко. Я буквально глазам своим не поверил, когда прочёл, что на сессии Верховного Совета тогда ещё Белорусской ССР один единственный депутат – а именно Александр Григорьевич Лукашенко – «набрался смелости и сказал своё твёрдое нет позорным Беловежским соглашениям». Может, опечатка? Но через две страницы снова читаем: «Лукашенко нужно было набраться немалой смелости, чтобы... проголосовать против позорных соглашений». Это, извините, чистой воды ложь. Александр Лукашенко против Беловежских соглашений не голосовал. Против раздела СССР на сессии Верховного Совета Белоруссии действительно проголосовал один-единственный человек – депутат Валерий Тихиня. А Лукашенко, как и ещё 25 человек просто не принимал участия в голосовании. И всё это очень хорошо известно: стенограммы сессии давно опубликованы...

                    В общем, после того, как я дошёл до этого места в повести Владимира Якутова, мне, честно говоря, как-то расхотелось читать её дальше. Всё-таки всему есть предел. Корректности ради перечислю названия некоторых дальнейших глав книги, которые повествуют уже о Лукашенко-президенте: «С добром и любовью к народу», «Наставник молодёжи», «Объединитель славян»... Расхваливается ситуация в Беларуси. Поносится оппозиция, Белорусский народный фронт, цитируется газета «Завтра», фашистскими объявляются Эстония и Латвия. В Эстонии сельское хозяйство, оказывается, развалено (в отличие от Беларуси). «Эстония, - заявляет Александр Лукашенко, - стала придатком экономики западных монополий и банков. Её денежная валюта поддерживается... дешёвыми кредитами банков-вампиров».

                    Лихо сказано! Непонятно только, откуда Александр Григорьевич всё это знает. Когда это он в последний раз видел собственными глазами «развалившееся» сельское хозяйство Эстонии? И почему, если оно так развалено, почти все крупные европейские авиакомпании потчуют своих пассажиров именно эстонским маслом? А не белорусским...

                    Процитирую ещё раз – последний – Александра Лукашенко из документально-художественной повести о нём. Слова эти были сказаны во время первой его предвыборной президентской кампании: «Люди Беларуси!.. Не хочу лгать».

                    Правильно. Отличные слова. Не надо лгать.