1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Страницы истории

25.12.2001 Памяти Стефана Гейма

Наш герой – самый известный на западе писатель с немецкого Востока и, наверное, самый бескомпромиссный социалист в истории ГДР.

СТЕФАН ГЕЙМ:

- Социализм – не сталинский, а настоящий, который мы, наконец-то, хотим построить, немыслим без демократии. А демократия в переводе с греческого – народоправство. Друзья! Сограждане! Так перейдем же к этой форме правления!

С такими словами Стефан Гейм обратился 4 ноября 1989 года к толпе на Александрплатц в Берлине. До 1995 года Стефан Гейм был депутатом бундестага от Партии демократического социализма, до 1989 года – самым известным в Западной Германии писателем-диссидентом из ГДР, до 1951 года эмигрантом-антифашистом и американским писателем, до 1933 года – берлинским студентом, до 1932 – гимназистом в городе Хемнице.

Гельмут Флиг родился в этом городе на востоке Германии 10 апреля 1913 года. После прихода к власти нацистов начинающий публицист Гельмут Флиг (Helmut Flieg), дабы уберечь семью от неприятностей, взял псевдоним – Стефан Гейм. Псевдоним стал именем.

Сухое изложение биографии Стефана Гейма писателя едва ли возможно. В 18 лет его прогоняют из гимназии за антивоенные стихи. Всё ещё Флиг переезжает в Берлин, где по окончании гимназии поступает в университет и начинает сотрудничать в издаваемом Карлом фон Осецким (Carl von Ossietzky) журнале "Вельтбюне" ("Weltbühne").

После прихода к власти Гитлера Стефан Гейм уезжает в Чехословакию, в Прагу, где два года сотрудничает в немецкоязычных изданиях. Но после самоубийства отца в 1935 он бежит еще дальше – в Америку. Оставшиеся дома члены семьи погибнут в нацистских лагерях уничтожения. Стефан Гейм узнает об этом много позже. Он учится в Чикаго и становится американским писателем и публицистом. Дипломную работу "Об иронии у Генриха Гейне" защищает в 1936 году. Пишет по-английски свой первый роман ("Hostages" / "Заложники", 1942) и сам переводит его на немецкий язык ("Дело Глазенаппа"). В 1943 году, уже будучи американским гражданином, вступает в ряды американской армии и в звании сержанта психологической службы высаживается в 1944 в Нормандии.

В 1945 году Гейм основывает в Мюнхене газету "Новое время". За "прокоммунистические настроения" его отзывают в США и увольняют из армии. В 1948 году Стефан Гейм публикует роман "Крестоносцы", ставший бестселлером. В 1951 году в знак протеста против войны в Корее Стефан Гейм возвращает правительству США все свои награды и покидает приютившую его страну.

Через Варшаву и Прагу он, вместе с женой-американкой, возвращается в Германию и селится в Восточном Берлине в 1952 году. С 1953 по 1956 работает колумнистом в газете "Берлинер Цайтунг". Выступает, по собственным словам Гейма, не как "противник", а как "критик режима", постепенно вступая во всё более глубокий конфликт с властями ГДР. К началу 70-х годов его книги печатаются только на Западе. Он протестует против высылки из страны Вольфа Бирмана в 1976. Окончательный разрыв Стефана Гейма с официозом наступает после публикации его книги "Пять дней в июне" – о рабочем восстании в ГДР 17 июня 1953 года. Гейма исключают из союза писателей ГДР. Как пенсионер он имеет право выезжать на Запад, где в 1984 году он публикует предложение о конфедерации ФРГ и ГДР. Официоз ГДР считает Стефана Гейма опасным ревизионистом, на Западе его готовы принимать только как критика режима СЕПГ.

Вернувшись из Америки в Германию в 1952 году – за десять лет до строительства стены и за год до берлинского восстания против СЕПГ, Гейм был одним из тех, кто на протяжении всей дальнейшей жизни в ГДР думал о формах и способах возвращения Германии – страны, убившей всю его семью, к нормальности. Частью такой нормальности он считал воссоединение этой страны. Сейчас легко говорить о недальновидности тех политиков в Германии, кто полагал, что после «холодной войны» должно пройти определенное время, прежде чем оба германских государства приспособятся и привыкнут друг к другу в составе новой республики. К числу таких политиков можно отнести, между прочим, и нынешних руководителей Германии, которые тогда, в конце 1980-х годов, находясь в оппозиции, проглядели исторический шанс, который был получен Германией от союзников по антигитлеровской коалиции и недавних противников в «холодной войне». Гельмут Коль осуществил воссоединение страны по самому радикальному сценарию показал, что социал-демократы были в начале 1990-х годов партией без политического полета, и по меньшей мере на четыре года продлил срок своего пребывания на посту канцлера немецкого единства. Но одно дело – ошибка в политической тактике и совсем другое – действительно свободная политическая мысль, не связанная партийными обязательствами.

Диссидент с Запада, лауреат нобелевской премии по литературе 1999 года Гюнтер Грасс, рассказывая о своих конфликтах с западногерманским государством, вспоминает:

- Дело дошло до того, что, когда мы в середине 1980-х годов в Брюсселе, мой коллега из тогдашней ГДР Стефан Гейм и я, обсуждали возможное воссоединение обоих германских государств, а там сидел кто-то из посольства ФРГ и всё старательно за нами записывал. Потом на основании этой записи составили отчет для МИДа и всё это попало на стол к господину Штраусу, который направил запрос в бундестаг о допустимости привлечения меня, Гюнтера Грасса, этого не ценящего своей страны злопыхателя, сотрудничать с институтом имени Гёте, представляющим лицо Германии в мире. Эти времена прошли.

Для писателя жившего на Западе, неизмеримо легче было проявлять своё несогласие с теми или иными сторонами окружающей их действительности в подчеркнуто аполитичной форме, как это могли себе позволить Бёлль или Грасс. Устройство демократического общества может сделать писателя маргиналом, оно может сделать его смешным, но оно не в состоянии да и не хочет заткнуть ему рот. В отличие от этого, СТЕФАН ГЕЙМ:

- Так называемый реально существующий социализм тоже порождал конфликты между людьми, конфликты, которые всегда были и буду возникать впредь, но – в гораздо более обостренной форме. Поэтому в ГДР можно было быстрее и легче понять, что именно происходит с человеком как таковым. В этом смысле, общественные отношения в ГДР оказались плодотворны для меня как писателя.

Вытолкнутый на обочину политической жизни в 1970-1980-х годах, Стефан Гейм до самых последних дней повторял:

- Приходится признать, что на Западе я, - ну, по крайней мере, какое-то время, имел репутацию гэдээровского диссидента. Но мне-то этого вовсе не хотелось, о чем я всегда и говорил. Мне всегда хотелось, чтобы оценку давали не мне самому, а тому, что я пишу.

В объединенной Германии достичь этой цели Гейму так и не удалось. Гейм попал в двусмысленное положение: его литературная продуктивность оставалась чрезвычайно высокой, но круг читателей не расширялся. Гейм впервые в жизни получил доступ к политической борьбе по правилам демократии. Привычка идти против течения привела его к политическому союзу с Партией демократического социализма. В дискуссии о процедурах объединения Германии Гейм примкнул к аутсайдерам. Этого ему не могли простить и те, кто поддерживали его самого и других диссидентов во время «холодной войны».

Стефан Гейм отвергал то, что называли "социализмом" в ГДР, но не готов был принять и капитализма в той форме, в какой с этим новым строем предложено было иметь дело жителям новых восточных земель. В 1994 году наступил самый крутой поворот в карьере писателя: не становясь членом Партии демократического социализма, Гейм выставил свою кандидатуру на выборах в бундестаг по спискам ПДС и взял верх в центральном районе Берлина Пренцлауэр Берг над кандидатом социал-демократов Вольфгангом Тирзе (ныне – председатель бундестага). Как старейший депутат именно Стефан Гейм, хоть он и представлял самую малочисленную парламентскую фракцию, открывает заседание бундестага созыва 1994 года. Правящая партия воздерживается от традиционных аплодисментов: из членов ХДС ему хлопает только тогдашняя председательница бундестага Рита Зюсмут.

В сентябре 1995 году в знак протеста против повышения депутатского денежного довольствия, Стефан Гейм отказался от своего мандата, но не прекратил ни политической деятельности, ни литературной работы. В 1995 году он публикует, в частности, роман "Радек" – о немецком революционере Карле Радеке, изгнанном из Берлина в 1919 году и ставшем сначала одним из идеологов социалистического строительства в сталинском СССР, а потом и одной из жертв и им самим разбуженного террора.

Карл-Маркс-Штадту, городу, где Гейм появился на свет в 1913 году, в 1989 году вернули прежнее имя – Хемниц. Двенадцать лет спустя, в октябре 2001, Стефану Гейму была вручена грамота почетного жителя города, откуда писатель семь десятилетий назад бежал – сперва в Берлин, а потом – в Прагу, города, где застрелился его отец, откуда оставшихся членов семьи Гейма увезли в лагерь уничтожения.

СТЕФАН ГЕЙМ:

- О это слово, возмещение! Учитывая то, что часть моей семьи уничтожили в газовых камерах, я хочу услышать, что люди к этому отнеслись всерьез, что они больше не допустят ничего подобного. Мое отношение к Хемнитцу не очень сентиментально, и очень критично. Но люди – это люди, а я люблю людей.

ГОРОЖАНЕ:

- Мы не пропускаем ни одного его выступления и считаем, что давно пора было сделать это.

- Это вручение премии почетного гражданина запоздало, но не опоздало. Я считаю, что мы все можем радоваться тому, что город Хемнитц таким образом оказывает честь самому себе.

Нужно сказать, что в одном отношении решение это всё же опоздало.

Привязанность Гейма к английскому языку и, чего греха таить, всё-таки некоторое недоверие к исторической родине, побудили его передать весь собранный за долгую жизнь литературный архив библиотеке Кембриджского университета в Англии. Вот что рассказывает об этом архиве сотрудница университета:

- Материал для архива Гейм начал собирать довольно рано: первая рукопись, вошедшая в архив, сохранилась со времени краткого пребывания писателя в Праге после бегства из Германии. Архив позволит изучить не только творческую деятельность Cтефана Гейма, но и историю и культурную жизнь бывшей ГДР. Кроме опубликованных книг в оригинале и в переводах, в состав архива входит 300 коробок c рукописями писателя, включая наброски сюжетов и исследований, наряду с некоторыми неопубликованными произведениями. К тому же, в архиве находится 75 коробок с перепиской Гейма (допуск к этим документам ограничен) , примерно 40 коробок с вырезками из газет, 400 аудиокассет и 70 видеокассет, а также другие материалы, например, фотографии и листовки времен войны, которые он писал, находясь на службе в американской армии.

Еще в 1993 году Стефан Гейм стал первым немецким писателем-лауреатом Иерусалимской литературной премии за вклад в борьбу против расизма и ксенофобии. На этот раз он приехал в Иерусалим, чтобы выступить на конференции, приуроченной ко дню рождения великого немецкого поэта Генриха Гейне (1797-1856). Стефан Гейм "подвел" организаторов конференции. Вместо объявленной в программе темы Стефан Гейм заговорил не вообще о Генрихе Гейне, немце, еврее, парижанине, гражданине мира, который навсегда покинул Германию в 1831 году, а об иронии, пронизывающей творчество великого поэта.

- Вместо сообщения хочу прочитать вам доклад, который я впервые произнес в 1950 году перед рабочими в Чикаго, где я тогда учился. Я просто хочу, чтоб вы увидели, как стар тот человек, что выступает сейчас перед вами.

15 декабря 2001 года, два дня спустя после дня рождения Гейне, которому была посвящена иерусалимская конференция, войдет в историю немецкой литературы как день смерти писателя Стефана Гейма. Гейм случайно глотнул соленой воды Мертвого моря, это вызвало сердечный приступ, не сразу появившийся врач констатировал смерть.

По словам Вольфа Бирмана, вкусив от жизни сполна, Стефан Гейм и уйти ухитрился на высокой юмористической ноте, приняв смерть у Мёртвого моря.