1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

22.11.2001 Войны между культурами нет, но диалога тоже

Политики всех стран после терактов в Америке наперебой уверяют нас, что никакой войны культур или религий нет. А давайте посмотрим, есть ли между ними диалог? И кто скорее способен к такому диалогу, взрослые или дети?

Сегодня наша тема - диалог культур и религий в Германии. Политики всех западных стран наперебой уверяют нас, что никакой войны культур или, тем более, религий нет и быть не может. Но есть ли диалог или хотя бы попытки такого диалога между религиями? Одну из них предпринял кёльнский издатель Альфред Невен Дюмон. Он пригласил на публичную дискуссию представителей ислама, иудаизма и основных христианских конфессий в Германии. За дискуссией следила наш корреспондент Кирстен Зеруп Билфельдт:

Чтобы по возможности избежать округлых, политически корректных формулировок, темы дискуссии были заданы устроителями достаточно жестко: как трактуют иудаизм, ислам и христианство вопросы насилия? Не заложен ли уже в самих претензиях каждой из этих религий на абсолютную истину прямой или косвенный призыв к насилию? Где шансы и где границы подобного межконфессионального диалога? И вообще, какова роль религий в либеральном светском обществе? Но в свете трагических событий в Нью-Йорке и Вашингтоне на первый план, конечно же, вышел вопрос: действительно ли террористы-самоубийцы руководствовались исключительно религиозными мотивами, как это утверждают многие эксперты? Председатель центрального совета мусульман в Германии Надим Элиас такую трактовку отвергает:

«Многие исходят из того, что это были исламские экстремисты, что у них были исключительно религиозные мотивы, и они пошли на самоубийство с целью уничтожить при этом как можно больше других людей. Но для нас здесь возникают существенные неувязки, особенно если учесть их образ жизни, который недостоин истинно верующего мусульманина. Возьмите тех, которые жили в Гамбурге - у них были внебрачные половые связи, они даже употребляли алкоголь. Известно, что в Америке, перед террористическим актом, они пользовались услугами падших женщин. Ислам не может служить оправданием для их поступка.»

Однако, тут же напомнили Надиму Элиасу, в Коране тема насилия освещается довольно противоречиво. В частности, в нём содержатся откровенные призывы к насилию против неверных. В некоторых цитатах, правда, даётся оговорка, что эти призывы направлены не против «детей книги», то есть иудеев и христиан, а только против язычников. В других местах подобное разграничение отсутствует. Как же вообще современный ислам трактует тему насилия? На этот вопрос Председатель центрального совета мусульман в Германии Надим Элиас отвечает:

«Если читать и изучать различные цитаты в соответствующем контексте, то никаких противоречий Вы в Коране не обнаружите.»

По мнению Надима Элиаса, и авторитарные режимы в исламских государствах не имеют права ссылаться на Коран. В публике такое заявление вызвало некоторое замешательство. Профессор Клаус Энгельхардт, бывший председатель совета евангелической церкви Германии напомнил, что проблема, возможно, в том, что в исламе огромное количество различных течений. Соответственно, и толкований и интерпретаций тоже существует множество. Поэтому по многим вопросам представители ислама не могут выступать с такой же определённостью, как представители христианских конфессий. Во всяком случае, на все острые вопросы, например, о нарушениях прав человека в исламских странах Председатель центрального совета мусульман в Германии Надим Элиас отвечал односложно, мол, всё это «не имеет отношения к истинному исламу». На это директор Потсдамского Центра еврейских исследований имени Мозеса Мендельсона Юлиус Шёпс достаточно эмоционально возражал:

«Нет, нет, это имеет такое же отношение к исламу, как христианству, как к иудаизму. В каждой религии есть разные стороны, есть светлые и есть тёмные. И мы должны признать это.»

С тем, что ни одна конфессия не застрахована от злоупотреблений в политических целях согласился и католический епископ Аахенский Генрих Муссингхоф. Он напомнил, что и христианские конфессии прошли долгий и трагический путь к пониманию того, что религия не может служить оправданием насилия. Но даже сегодня, в, казалось бы, просвещённом и светском обществе возможны рецидивы. Достаточно привести пример Северной Ирландии, где кровавый террор и в наши дни прикрывается религиозными мотивами:

«Давайте возьмём центральное послание Библии: Нагорную проповедь. Вот её ключевые слова: блаженны миротворцы, ибо они будут наречены Сынами Божьими, блаженны кроткие... Вот это и есть сама суть христианства. Но в истории всё зачастую выглядело иначе. Я думаю, что все злоупотребления религией возникают там, где религия объединяется с властью.»

Пора подводить итог: в общем и целом, дискуссия свелась скорее к политкорректным заверениям во взаимном уважении. Благонамеренных призывов к взаимопониманию и толерантности было больше, чем ясных ответов. Например, на такой вопрос: могут ли вообще ислам, христианство и иудаизм найти общую платформу для диалога, общие ответы на вызовы так быстро меняющегося мира? Ведь каждая из конфессий претендует на единственно правильное понимание мира. Как сказал директор Потсдамского Центра еврейских исследований имени Мозеса Мендельсона Юлиус Шёпс:

«У Вас, возможно, есть Ваша истина. У других истины другие.»

Всего на дискуссии присутствовало около 200 человек. Но это была только первая встреча такого рода в Кёльне. Межконфессиональный диалог решено продолжить.

А теперь хватит теоретических дискуссий. Давайте-ка мы с Вами лучше отправимся в одну из кёльнских школ и посмотрим, как там поставлено преподавание ислама. Репортаж об этом подготовила Аня фон Чижевски:

«Магомет был самым великим. Он из Турции, да. Все его любили», говорит Али. Перемена кончилась, ученики пятых классов средней школы ждут своего учителя Ахмеда Акгюна. Он преподаёт детям из мусульманских семей «Уроки ислама». Особенность в том, что преподаёт он их на немецком языке. Вообще в Германии вопросы образования находятся в ведении правительств федеральных земель. Поэтому и религиозное образование в школах организовано по-разному. В основном, уроки ислама для детей-мусульман по пожеланию родителей проводятся на турецком языке в рамках дополнительных занятий. Учителя зачастую даже не говорят по-немецки, назначают их различные исламские организации. Они произвольно определяют и методику и содержание уроков. Но вот в Кёльне уже три года действует другая модель. Во многих школах «Уроки ислама» проходят на немецком языке. Учитель Ахмед Акгюн говорит:

«Уже три года я веду «уроки ислама», и я должен сказать, что дети хорошо учат свою религию на немецком языке. Главное, что они с другими учениками могут говорить о своей религии, о других религиях. Раньше ведь мы говорили об исламе только по-турецки. Когда какие-нибудь мусульманские праздники были, наши дети даже не могли объяснить другим ученикам, что мы вообще празднуем. Из-за этого было много споров и даже драк.»

Директор школы имени Коперника Рита Вольгемут тоже довольна. Из 470 учеников в её школе - треть иностранцы. Но и среди детей-мусульман есть представители самых разных национальностей - турки, курды, арабы, албанцы. Поэтому единственным выходом было организовать «Уроки ислама» на общем для всех немецком языке. Но вернёмся в класс. Сегодня Ахмед Акгюн выбрал тему «ссоры и примирения». Господин Акгюн знакомит учеников с местами из Корана на эту тему, а ребята - кстати, классы, в отличие от школ Корана, смешанные - рассказывают конкретные случаи. Мальчик из Ирана подрался на школьном дворе. У девочки-турчанки дома поссорились братья. Ахмед Акгюн цитирует по- немецки суру, в которой пророк Магомет призывает к миролюбию и сдержанности. Одиннадцатилетняя Фелек поняла её по-своему:

«Ну, я поняла, что драться - это плохо. Можно ругаться или обзываться, а драться нельзя.»

Учитель Ахмед Акгюн уже 20 лет живёт в Германии. На своих уроках он старается дать детям общее представление об Исламе. Дело в том, что в семьях его учеников исповедуют самые различные религиозные течения, есть здесь и сунниты и шииты. Кроме того, одни семьи и в быту строго придерживаются исламских норм и традиций, другие ведут более светский образ жизни. Это видно даже внешне: три девочки в классе сидят в головных платках, четыре - с открытыми волосами. Турчанка Сама, например, ещё никогда не была в мечети и о священной книге ислама имеет лишь самое смутное представление:

«Я только знаю, что у нас есть Коран, но я его не читала, потому что там всё написано по-арабски, а я по-арабски читать не умею.»

А вот у Фелек дома много говорят о религии. Она гордо заявляет:

«Мой отец ведь из Ирака, он может читать Коран. Я тоже могу. Мой отец меня много учит. Моя мама в этом году поедет с отцом в Мекку, потому что у него операция на сердце. Может быть, они и меня с собой возьмут.»

В школе Коран читают по-немецки. В этом Ахмед Акгюн видит важное преимущество:

«В школах Корана преподавание идёт на арабском, а многие дети не понимают арабского языка. Они учат всё наизусть. Они знают наизусть слова, но не понимают их смысла. Они весь Коран знают наизусть, но не понимают. Многим, правда, в семьях объясняют, как должен вести себя в жизни настоящий мусульманин, какие у нас правила. Они знают, что запрещено, что можно делать, а что нельзя. Я когда спрашиваю, они всё правильно отвечают. Но это же дети. Так что одно дело - слова, а другое дело - жизнь. Нужна этика, нужна мораль.»

Школа имени Коперника расположена в не самом благополучном районе Кёльна. Вот и в самой школе, даже на уроках нередко случаются перебранки и драки. Поэтому главной своей задачей Ахмед Акгюн считает помочь ученикам найти своё место в немецком обществе, оставаясь при этом мусульманами. Например, после терактов в Америке во многих школах в Кёльне резко испортились отношения между учениками-мусульманами и немецкими детьми. Доходило даже до потасовок и открытой вражды. В школе имени Коперника эту тему долго и горячо обсуждали, но никакой вражды она не вызвала.

Вот и всё на сегодня. Спасибо нашим авторам Кирстен Зеруп Билфельдт и Антону фон Чижевски, спасибо Вам, дорогие радиослушатели за то, что Вы настроились на «Немецкую волну».