1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа и европейцы

20.02.2001 О роли церкви в Европе

Тему сегодняшнего выпуска мне подсказала очередная распечатка из бухгалтерии «Немецкой волны» о начисленной в этом месяце зарплате и уплаченных налогах. Кроме подоходного налога, а также так называемого «налога солидарности» на подъём экономики новых федеральных земель в графе отчислений значится и церковный налог. Нет, не подумайте, что в Германии есть государственная религия. Дело в том, что в ФРГ церковь имеет право облагать верующих налогами, которые, как правило, взимаются государством. При этом государству возмещаются понесённые им расходы. Они составляют почти полмиллиарда марок в год. Около 55 из 82 миллионов жителей ФРГ считают себя приверженцами христианства. Число протестантов и католиков примерно одинаково.

Евангелическая и католическая церкви, а также другие религиозные общины имеют статус самостоятельных публично-правовых корпораций, а их отношения с государством строятся на базе партнёрства. Без этого сотрудничества трудно представить себе работу детских садов, школ, больниц и домов престарелых. Ведь они финансируются государством и религиозными организациями. О той роли, которую играет церковь в странах Европы и пойдёт речь в сегодняшнем выпуске нашего радиожурнала. Правда, отдавая себе отчёт в том, что тема эта довольно объёмная мы решили выделить лишь некоторые её аспекты.

В Германии в начале года поводом для дискуссии о роли церкви в общественной жизни страны стало решение католической церкви отказаться от участия в консультациях беременных, желающих сделать аборт. Дело в том, что в ФРГ искусственное прерывание беременности (если, конечно, это не медицинская необходимость) разрешено при выполнении нескольких условий. Так, аборт может быть сделан только в первые три месяца беременности врачом, имеющим на это лицензию, а также при наличие у женщины справки о том, что она прошла собеседование в специальной консультации.

Таких консультаций в Германии насчитывается более полутора тысяч, около трети из них до недавнего времени находились на церковном попечении. Цель консультаций - рассказать беременным о тех правах, которые имеют и которыми могут воспользоваться женщины, ждущие ребёнка, а также мать и дитя. Ведь беременность не всегда является желанным событием, а потому озадаченные им многие пытаются решить возникшую проблему абортом. Взвесить все «за» и «против» и, по возможности, отговорить женщину от необратимого поступка призваны специальные консультации. Как отмечает глава епископата католической церкви Германии Карл Леманн (фото):

«В этой связи возникает конфликт, в основе которого - более или менее твёрдое решение женщины сделать аборт. Для нерождённого ребёнка - это вопрос его жизни или смерти.»

По данным благотворительной организации «Каритас», за последние шесть лет каждый год в Германии на свет появлялись по меньшей мере пять тысяч малышей, чьи матери во время беременности посетили консультацию католической церкви и отказались после этого от принятого ранее решения делать аборт. Однако число тех, кто в силу различных обстоятельств всё-таки решил избавиться от нежеланного плода также велико.

Тем не менее до первого января нынешнего года консультации, находившиеся на попечении католической церкви, выдавали справки о том, что провели беседу с беременной. При наличии этого документа женщина могла сделать аборт. Именно справки и стали причиной затяжного нравственного конфликта, вспыхнувшего в католической церкви. По мнению консервативного крыла немецких епископов, участвуя в проведении консультаций, по окончании которых выдаётся документ, дающий право на аборт, церковь подписывает лицензию на убийство нерождённого ребёнка.

О несовместимости такого рода деятельности с религиозными канонами заявил и глава Римско-католической церкви Иоанн Павел второй. Три года назад он обратился к немецким епископам с письменным посланием. В нём Папа римский потребовал отказаться от практики выдачи церковью справок, дающих право на искусственное прерывание беременности. Полтора года духовные лидеры немецких католиков обсуждали это послание, но, в конце концов, вынуждены были покориться воле понтифика.

С этого года католическая церковь в Германии таких справок больше не выдаёт. В то же время отказываться от помощи беременным и матерям она не собирается. В конце прошлого года церковь начала кампанию, призванную привлечь внимание к тем католическим консультациям, которые должны помочь сохранить нерождённую жизнь. Одновременно по общенациональным каналам немецкого телевидения был показан рекламный ролик. В кадре - нагая женщина, принявшая позу эмбриона, а голос за кадром спрашивает: «Должна я или нет? Могу я или нет? Хочу ли я?» В конце двадцатисекундного фильма появляется надпись:
«А потому и в будущем мы помогаем и советуем. Католическая церковь. Консультации беременных.»

Рекламный ролик вызвал неоднозначную реакцию в стране. То, что церковь и впредь намерена оказывать психологическую, педагогическую и практическую помощь беременным и матерям из рекламы не ясно, - говорят критики. Кроме того, с так называемыми «консультациями без справки» конкурируют сейчас специальные бюро, открытые недавно организацией католиков «Donum Vitae», что в переводе означает «подарок жизни». «Donum Vitae» решила перенять эстафету у официальной церкви и закрыть образовавшеюся брешь. В консультациях этой организации беременные могут получить не только практические советы, но и справку, дающую право на аборт.

Как видно, отношения между светскими властями и духовенством не всегда складываются безоблачно. Не так давно яблоком раздора между ними в Германии стал рекламный плакат правящей коалиции социал-демократов и «зелёных», призывающий к эмансипации женщин. «Три «К» уже не в моде, современная женщина отдаёт предпочтение www!» Так примерно можно перевести текст плаката. Дело в том, что с буквы «К» в немецком языке начинаются слова «дети», «кухня», «церковь», на а «www» является обозначением для всемирной компьютерной сети. Плакат вызвал резкую критику представителей различных конфессий, обратившихся к правительству с весьма ироничным, и этом надо отдать должное, посланием. Авторы письма вопрошали: «Неужели вы хотите обновления Германии без детей, без кухонь и без церкви?». Пресс-секретарю немецкого правительства пришлось использовать весь свой дар красноречия, чтобы загладить конфликт. Однако это недоразумение не испортило в общем-то гармонично развивающихся отношений между представителями политической и церковной элиты в Германии.

По-другому сложились эти отношения в Югославии. В конце правления Слободана Милошевича сербская православная церковь встала на сторону демократической оппозиции, оказав ей тем самым значительную поддержку в свержении авторитарного режима. О роли церкви в политической жизни Сербии рассказывает наша корреспондентка по странам Центральной и Южной Европы Татьяна Шарая:

Самый большой в мире православный храм, собор Святого Савы в Белграде - один из архитектурных памятников эпохи Слободана Милошевича. Впервые на эту грандиозную стройплощадку я попала зимой 97-го года - в Белграде тогда проходили массовые антиправительственные манифестации. Высоченный, мрачный, серый храм выглядел угрожающе. При Милошевиче амбициозный проект так и не завершили - не хватило денег, и в храме продолжаются отделочные работы.

Сам Слободан Милошевич, нейтрально относящийся к религии, эту духовную святыню посещал нечасто. Когда два года назад с визитом в Белград приехал патриарх Московский и Всея Руси Алексий П, на торжественной церемонии на паперти у храма Милошевич демонстративно повернулся спиной к патриарху Cербской православной церкви Павле. Тут же был сделан вывод: отношения между светской и духовной властью испорчены.

Сербский национализм, ставший одной из главных причин недавних балканских войн, во многом основан на религиозной традиции. Пропаганда Милошевича умело использовала древние легенды о богоизбранности сербского народа, о его единой земле и крови, о сербских духовных святынях. Вспоминаю один из популярных политических плакатов середины девяностых годов: белый ангел, символ сербской духовности, сидит за решеткой, ключи от которой сжимает окровавленная рука с перстнем в виде американского флага на пальце.

Формально Сербская православная церковь всегда заявляла о своем неучастии в политике, однако многим православным попам еще только предстоит замаливать грехи перед Господом. Известно, что в начале девяностых годов формировались так называемые православные партизанские отряды, что некоторые сербские священники участвовали в боях в Боснии с оружием в руках. Самый известный такой персонаж - поп Жуча из Грбавицы, публично призывавший к суровой расправе с иноверцами. Да и вообще сербские отряды - четы - во многом черпали боевое вдохновение в событиях второй мировой войны. Тогда антикоммунистические действия сербского националистического (четнического) движения напрямую благословляла православная церковь. Не зря в последние годы в Белграде вспомнили попа Иована Джуича, кровавого сербского полевого командира времен Второй мировой войны. В социалистический период югославские власти обвинили Джуича в совершении военных преступлений, но под суд он так и не попал, поскольку бежал в эмиграцию. Джуич умер года полтора назад, в очень преклонном возрасте - успев благословить соотечественников на борьбу за великосербские идеи.

Отношения между Сербской православной церковью и белградскими властями стали портиться в середине девяностых годов, когда войны уже были проиграны, и идеалы - утрачены. В 1998 году Синод Сербской православной церкви в специальном заявлении сообщил о том, что намеревается «остаться с народом» и не разделяет идейных ценностей Слободана Милошевича. «Прозрение» священников случилось примерено одновременно с прозрением всего сербского народа - поэтому авторитет духовенства в обществе остается довольно высоким.

В отличие от Милошевича, нынешний президент Югославии Воислав Коштуница много, часто и охотно говорит о церкви и религии. Он - ревностный православный, а потому накануне выборов обещал в случае победы поклониться святыням на горе Афон в Греции, где расположен комплекс сербских православных монастырей. Визит Коштуницы в монастырь Хиландар, молебны, в которых участвовали многие министры и партийные функционеры, был воспринят неоднозначно. В Белграде в последние месяцы ведутся активные дискуссий о включении богословия в обязательный курс школьной программы, о том, какое место в современном обществе должна занимать церковь. Кстати, мало кто сомневается в том, что теперь-то собор Святого Савы быстро достроят.

За последнее десятилетие сфера влияния Сербской православной церкви заметно сократилась. Ее влияние резко ослабло в Хорватии и Македонии, где возникла собственная православная церковь. Разделились симпатии верующих и в Черногории, где, наряду с Сербской православной церковью, сейчас действует и Черногорская православная церковь. Ни Константинополем, ни Москвой эти новые церковные организации не признаны. Споры между патриархом Павле и представителями новых конфессий часто выходят за рамки богословских дискуссий. Впрочем, церквей много - а Господь один, и потому прихожане, наученные горьким опытом последних лет, стараются на такие дебаты не обращать внимания. Они ждут открытия храма Святого Савы - самого большого в православном мире, под сводами которого особенно торжественно прозвучит лозунг «Бог хранит сербов».

В Польше церковь также сыграла значительную роль в политике, в частности, в процессе ломки коммунистического строя. Почти три десятилетия католическая церковь в стране боролась за то, чтобы в школах было введено преподавание религии. В 1990-ом году Закон Божий стал обязательным предметом в школьной программе. Тогда польское правительство даже не стало дожидаться одобрения соответствующего решения сеймом. То был большой успех для католической церкви, ведь основной религией страны является католицизм.

Однако, как сообщает корреспондентка немецкой радиостанции «Deutschlandfunk» Ева Грещук, за прошедшее десятилетие отношение к католической церкви в Польше, прежде всего, со стороны молодёжи значительно изменилось:

До недавней смены общественного строя в Польше католическая церковь в стране была святыней, в её авторитете мало кто сомневался. Сегодня же священнослужителям приходится прилагать немало усилий для того, чтобы привить молодёжи религиозные ценности. Законы рыночной экономики проникли под церковные своды, - сетуют некоторые пастыри и говорят о том, что теперь религиозные заповеди нужно преподносить в яркой упаковке, призванной привлечь внимание детей и подростков. Без шуток и практических советов, таких, например, как, стоит ли молиться перед выпускным экзаменом, трудно представить себе современный урок религии. Священник Павел Буня отмечает:

«Молодёжь сегодня другая, и за её внимание нужно бороться. Во время занятий школьники не боятся задавать каверзные вопросы. Они готовы слушать, если тема их интересует. Если нет, то во время уроков религии делают домашнее задание по другим предметам.»

В то время как форма подачи материала на занятиях религии значительно обновилась, содержание уроков не меняется уже на протяжении столетий. Так, одно из главных правил гласит: слово Папы Римского - закон. Однако беспрекословно подчиняться этому правилу готовы лишь священники. Молодые люди не собираются отказываться от своего права на собственное мнение. Всё, что навязывается извне, вызывает неприятие, - считает школьница и убеждённая католичка Юстина Долинска:

    «Суждения о мире у моего последнего преподавателя религии полностью соответствовали церковному учению. Принимая его таким, какое оно есть, мой духовный наставник даже не пытался вникнуть в частные моральные проблемы. В гимназии всё немного по-другому. Да, конечно, преподавателю не всегда разрешено говорить то, что он хотел бы сказать. Так бывает довольно часто. Однако он не против дискуссий во время занятий, в конце концов, только таким образом можно сохранить нормальные отношения с учениками.»

    Во время таких дискуссий молодые люди всю чаще критикуют свойственное польскому католицизму нетерпимое отношение к другим религиям. Юстина Долинска приводит следующий пример:

      «Наш преподаватель не проявляет особой терпимости к другим религиям. По его убеждению, католицизм - это единственно истинная вера. Однажды во время занятий, когда речь зашла о буддизме, он не очень лестно отозвался о мантрах. Я не думаю, что он был вправе делать это. Ведь мантры - это своего рода молитвы.»

      Всё больше молодых людей в Польше высказываются за свободу вероисповедания. Это право закреплено законом, однако из-за доминирующей роли католической церкви существует оно зачастую только на бумаге. Возьмём для примера урок религии. По закону, преподавание должно вестись на равных и для приверженцев других конфессий. Однако несмотря на это, в конце каждого учебного года протестанты или представители других религий вынуждены вести настоящую борьбу со школьным руководством за признание своих оценок. По мнению евангелического пастора Петра Гончаровского:

        «Самое скверное в этой ситуации, что в школе происходит разделение учеников по религиозному принципу. И мне остаётся только надеяться на то, что молодые люди не будет стыдиться или скрывать своей принадлежности к протестантской церкви.»

        В Польше, где основной религией является католицизм, сегодня только пять процентов детей не посещают уроки религии. Между тем, с ведением обязательного преподавания Закона Божьего в школе, католическая церковь хотя и получила большие возможности для расширения своего влияния, однако, похоже, не сумела воспользоваться этим должным образом.