1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

19.07.2001 Ислам как образ вселенской угрозы

Может ли работать учительницей в общеобразовательной школе мусульманка, если она постоянно носит головной платок как символ своей религиозной принадлежности? Почему у многих на Западе и в Германии в частности само понятие «Ислам» невольно вызывает ощущение какой-то подспудной угрозы? Вот об этом мы сегодня и поговорим. Но сначала - немного статистики.

Точных данных о том, сколько жителей Германии исповедуют ислам, не существует. Приходится довольствоваться оценками. Так, федеральное правительство исходит из цифры в 3 миллиона. Из них от 370.000 до полумиллиона - граждане Германии, то есть этнические немцы, принявшие ислам или иммигранты, принявшие немецкое гражданство. Нет точных данных и о количестве молельных домов и мечетей. Проблема в том, что мусульмане в Германии разобщены, их интересы представляют более 1.000 различных религиозных и общественных объединений и организаций. Сильно упрощая, можно сказать, что подавляющее число мусульман в Германии - сунниты и лишь немногим более 100.000 - шииты. Конституция Германии гарантирует свободу вероисповедания, церковь отделена от государства, поэтому власти не вмешиваются в дела религиозных общин. Однако около 20 исламских организаций находятся под постоянным контролем федерального ведомства по охране Конституции. Продиктована эта мера не религиозными, а политическими мотивами. Дело в том, что эти фундаменталистские группировки не только призывают к свержению светских правительств своих стран, например, Турции, но и провозглашают своей конечной целью построение исламского государства в Германии. А это противоречит Конституции страны. Число активных членов таких фундаменталистских организаций ведомство по охране Конституции оценивает в 31.000 человек. Нетрудно подсчитать, что это чуть более одного процента всех проживающих в Германии мусульман.

Дискуссия о роли ислама в современном западном обществе и вообще в современном мире идёт уже давно. Зачастую поводом для нового всплеска эмоций служат пустячные, казалось бы, поводы. Как, например, решение административного суда в Маннгейме по иску учительницы Фарешты Лудин против федеральной земли Баден-Вюрттемберг. Ульрике Тилль подготовила сообщение об этом деле.

Фарешта Лудин родом из Афганистана. Ей было 14 лет, когда её родители получили политическое убежище в Германии. В 1995 году она приняла немецкое гражданство. После окончания университета госпожа Лудин подала заявление на место учительницы общеобразовательной школы. Однако препятствием на пути к карьере стал... головной платок. Дело в том, что госпожа Лудин - правоверная мусульманка и считает этот платок неотъемлемой частью своего образа жизни и символом своей приверженности исламу. Тут надо ещё отметить, что в Германии учителя государственных школ имеют статус государственных чиновников. Школьное управление отказало госпоже Лудин в приёме на работу, указав на то, что учителя по своему статусу обязаны занимать нейтральную позицию в вопросах мировоззрения и вероисповедания. Госпожа Лудин в судебном порядке обжаловала этот отказ. И вот теперь суд, уже во второй инстанции, вынес решение, которое средства массовой информации тут же окрестили «приговором головному платку». Вот, как расценивает это решение представитель федеральной земли Баден-Вюрттемберг Штефан Райб:

    - Мы считаем, что суд подтвердил нашу позицию в этом юридическом споре. Он отдал приоритет принципу нейтральности государства, беспристрастности преподавателей в религиозных вопросах. Госпожа Лудин может исповедовать любую религию и носить любую одежду в свободной от работы время. Это её личное дело. Но в школе она должна соблюдать общие для всех правила. Ведь учитель - пример для учеников. И если он, то есть, в данном случае госпожа Лудин, во время занятий демонстративно носит головной платок как символ принадлежности к исламу, это нарушает принципы светской школы. Никакой дискриминации ислама я в этом не вижу. Вспомните решение суда в Баварии, где подавляющее большинство населения католики. Там суд постановил убрать из школьного класса распятие, чтобы не оскорблять религиозных чувств учеников других конфессий.

    Казалось бы, что такое головной платок? Кусок ткани и не более. Однако в Германии, не нашлось, пожалуй, ни одной газеты, которая не прокомментировала бы это судебное решение. Основной тон комментариев: религиозное воспитание детей - частное дело родителей. Они вправе выбирать, что изучать их детям: библию или коран. А школу необходимо оградить от попыток религиозной индоктринации. Она должна оставаться светской. Напомнили газеты и о том, что в лаицистских, то есть в светских государствах, например, в Турции, где подавляющее большинство населения исповедует ислам, пресловутый головной платок считается символом религиозного фундаментализма и дискриминации женщин. А вот в таких исламских государствах, как Афганистан, талибы заставляют женщин носить не только головной платок, но и паранджу и лишают их элементарных человеческих прав. Хуже того, талибы намерены по примеру нацистов заставить всех иноверцев носить специальные опознавательные знаки на одежде. А что же главная героиня всех этих газетных баталий? Фарешта Лудин уверена, что она подвергается дискриминации по религиозным мотивам. Пресловутый головной платок она носит вполне добровольно и вообще является ярой поборницей равноправия и толерантности:

      - Я очень часто сталкиваюсь с непониманием. У меня такое чувство, что мой головной платок многие воспринимают как вызов, как сознательное желание раздуть конфликт. Я не хочу никакого конфликта. Но я - мусульманка и считаю своим религиозным долгом показывать это всем окружающим.

      Представительница центрального совета мусульман Германии Ассийе Кёлер расценивает решение суда, как «запрет на профессию»:

        - Запрет на профессию для женщин-мусульманок - это настоящая катастрофа. Нам нужны учителя, которые действительно понимают менталитет и образ жизни мусульман. В школах Германии учатся 750.000 детей из мусульманских семей - как обеспечить им нормальное образование? Наоборот, в школе должно быть как можно больше учителей, которые и думают и выглядят иначе, чем большинство. Иначе все рассуждения о религиозной терпимости - пустая болтовня.

        Поддержку Фарешта Лудин получила и с совершенно неожиданной стороны. Официальный представитель раввината Германии Джоэль Бергер называет «приговор головному платку» грубейшим нарушением прав человека. По его словам, еврейская община до сих пор не столкнулась с подобными проблемами только потому, что до сих пор ни один ортодоксальный еврей ещё не пытался устроиться на работу учителем в государственной школе. Иначе за «приговором головному платку» последовал бы и «приговор кипе». С другой стороны, опасения Джоэля Бергера представляются преувеличенными. Германия - федеративная страна. И в таких федеральных землях, как Северный Рейн-Вестфалия или Нижняя Саксония ни головной платок, ни, тем более кипа препятствием для работы в государственной школе не считаются. Могла бы получить там место учительницы и Фарешта Лудин. Но переезжать она не собирается. Вместо этого она намерена отстаивать свои права в Конституционном суде Германии.

        Честно говоря, судьям не позавидуешь. Ведь им приходится решать, по сути, богословские вопросы. Ведь если одни течения в исламе настоятельно предписывают женщинам носить головной платок или даже паранджу, а другие нет, то как немецким судьям разобраться во всех этих тонкостях? Однако вся дискуссия поставила и другой вопрос: почему у многих на Западе и в Германии в частности само понятие «ислам» невольно вызывает ощущение какой-то подспудной угрозы? Не создаёт ли себе так называемый «западный мир» искусственный «образ врага»?

        Об этом наш автор Ханс-Юрген Майер поговорил с политологом Йохеном Хипплером.

        По мнению политолога Йохена Хипплера ислам в качестве образа врага возник после окончания холодной войны. С исчезновением коммунистической угрозы исчезло и связующее звено между ведущими странами запада. Тут же начались поиски замены. Сначала на роль врага западной цивилизации пробовалась наркомафия, потом - государства-изгои. Но всё это было мелковато. И вот довольно быстро на смену «красной опасности» пришла «угроза исламского фундаментализма». Йохен Хипплер объясняет, как действует этот механизм:

          - Ислам как образ врага возникает тогда, когда мы не просто рассматриваем и анализируем проблемы, возникающие в странах Ближнего Востока, например, или вообще в мусульманском мире. Сходные проблемы можно найти и в Африке, и в Европе, и где угодно. А вот образ врага возникает тогда, когда мы начинаем лепить из этого идеологию, то есть, подходить к туркам, арабам, иранцам, вообще ко всем мусульманам с иными мерками, приписывать им какие-то особые черты характера или политические цели только потому, что они исповедуют ислам.

          Но за этим стоит не только страх перед всем чужим, но и вполне конкретные политические интересы. Ислам как образ врага помогает одерживать победы на выборах и выбивать деньги для военной промышленности:

            - Конечно, за этим стоят политические интересы. Во внутренней политике велик соблазн использовать в собственных целях неприязнь к туркам, например, или страх перед так называемыми «фундаменталистами». Поскольку никто не может толком сказать, кто это такие, им можно приписывать любые, самые абсурдные злодейские устремления. Они как бы исключаются из цивилизованного мира, поэтому и бороться с ними можно любыми, даже нецивилизованными методами. Ну, а во внешней политике исламский фактор тоже используется в качестве оправдания. Создаётся этакий стереотип: запад действует сдержанно и разумно, а мусульманский мир - иррационально и фанатично.

            Застрельщиками в создании нового образа врага выступают, по мнению Йохена Хипплера, США. Однако реальная политика зачастую выглядит иначе. Например, во время советской оккупации Афганистана США поддерживали даже самые экстремистские группы сопротивления. Так что вину за возникновение абсурдного режима талибов, по мнению Йохена Хипплера, могут поделить между собой бывший Советский Союз и США. Ещё один пример - Саудовская Аравия. Реакционный режим открыто практикует в стране публичные наказания по законам шариата, однако Саудовская Аравия - один из основных поставщиков нефти и стратегический партнёр запада, поэтому критика в её адрес нежелательна. Средства массовой информации в погоне за сенсациями охотно освещают все кровавые и будоражащие воображения события в исламском мире. Разобраться в их истинной политической или социальной подоплёке они зачастую просто не в состоянии. Гораздо проще свалить всё на так называемый исламский фактор. Как же выбраться из этого замкнутого круга? Йохен Хипплер даёт поразительно простой совет:

              - Я полагаю, что вполне достаточно просто подходить ко всем с одной меркой. Когда мы, например, говорим о том, что женщины в западных странах ещё не добились реального равноправия, что надо улучшить их шансы на рынке труда, мы ведь не пытаемся все проблемы свести к так называемому «христианскому фактору». Нет, мы говорим об экономических интересах, о несовершенстве законов. Но как только речь заходит о дискриминации женщин в мусульманской стране, все тут же превращаются в самозванных теологов.

              Вот и всё на сегодня. Спасибо нашим авторам Ульрике Тилль и Хансу-Юргену Майеру, спасибо Вам, дорогие радиослушатели за то, что вы настроились на «Немецкую волну».