1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

19.04.2001 Профессор Завацкий о состоянии немецкого движения в Украине

В предыдущих выпусках программы «Мосты» я знакомил вас с ассоциацией немцев - предпринимателей Донецка «Дойчес Хайм». В ситуации, когда общественное движение немцев Украины расколото, ассоциация предпринимателей играет немаловажную роль в консолидации немцев Украины. Двадцать семь фирм, объединивших свои усилия под одной крышей, пытаются построить мост между украинскими и германскими предпринимателями.

Как подчеркивает член –корреспондент национальной академии наук Украины, доктор физико-математических наук, профессор Эдвальд Абрамович Завацкий, усилия украинских предпринимателей немецкого происхождения, плодотворно влияют на общее состояние общественного движения немцев Украины в целом. Эдвальд Завацкий является для украинских немцев таким же символом мудрости и компетентности, каким был для немцев России умерший недавно академик Борис Раушенбах. С Эдвальдом Завацким я и встретился в Донецке и попросил его ответить на некоторые вопросы относительно ситуации в немецком общественном движении Украины. Предлагаю вашему внимание запись этого интервью.

Господин Завадский, что Вы можете сказать об общественном национальном движении немцев на Украине? Как вы его охарактеризуете на сегодняшний день?

Мне кажется, что это очень хорошее движение. Оно отображает чаяния наших людей. С этим движением связаны надежды. Более всего обеспокоены, конечно, люди тем, что будет завтра. Более десяти лет я активно участвую в этом движении, и мне кажется, в этом движении есть некоторые черты неприятного рода. Это связано с тем, что в начале была у движения одна цель – создать республику на Волге и только на Волге. И бескомпромиссно рассматривалось только такое движение. Потом появилась волна: надо переехать в Германию, быстрее, быстрее надо поехать в Германию. Это ошибка. Есть еще одна причина, которая ухудшает результативность немецкого движения. Она связана с нашим менталитетом. И ни куда не денешься - менталитет у нас русский. Тут мы испытывали какие-то трудности. Я прошел через все эти трудности, которые испытывали российские немцы, совершенно прекрасно понимаю, что тут вроде бы не все хорошо, как мне хотелось бы. Но с другой стороны я хорошо понимаю, что и там, в Германии меня вовсе не ждут.

Но Вас-то, как раз таки, господин Завадский, ждут! Вы же являетесь профессором-гостем во многих университетах Германии.

    У меня есть тесные связи с Гёттингенским университетом. С профессором Бёрнером я взаимодействую больше десяти лет. Он тоже физик. Мы с ним работаем вместе, у нас есть печатная работа, сейчас мы пишем монографию вместе с ним. Ну, и я получаю приглашения из Гёттингенского университета, для того, чтобы приехать, чтобы совместную работу провести, провести там семинары по моей специальности. Я физик. И это такие совершенно деловые отношения. Я с удовольствием еду туда. В июне в Киеве проходила Европейская научная конференция по магнетизму. Более десяти человек из моих знакомых в Германии приезжали сюда в Киев на эту конференцию, несколько дней потом ещё оставались для того, чтобы мы устроили встречу друзей. Десять дней там пробыли одиннадцать человек, которые приехали сюда, в общем-то, для того, чтобы мы тут поговорили, ну и познакомились с Киевом и так далее. У нас очень хорошие отношения. Так вот, этот вопрос надо чтоб каждый решал серьёзно и для себя, как ему лучше. Я знаю немцев, российских немцев, которые активно работали, достигли там очень многого и в итоге переехали в Германию. Это были руководители крупных предприятий. Я спрашивал их перед отъездом: «Ради чего вы туда едите?» Они говорят: „Ну ладно, с нами допустим, будет плохо, но детям будет хорошо». Через несколько лет мы случайно встретились в Москве. Я спрашиваю, как же он. Он сам работает в Москве представителем какой- то фирмы. Хорошо. «А как с сыном, с семьёй сына?» - «Они вернулись назад». Потому, что не прижились там. Потому, что менталитет этого не позволял. Удивляет то, что, в общем, мы унаследовали не лучшие черты наших предков. И среди немцев, конечно же, слишком много людей, которые занимают иждивенческое какое-то положение. Страшно мало людей говорят на немецком языке среди немцев. Это совершенно не желательное явление. Хотя сам то я должен был бы сказать, что казалась бы у меня какая-то счастливая жизнь, если так можно сказать. Что пережил тяжести, эти все испытания. У меня было одно стремление – учиться. И, в конце концов, я многого добился. В основном за счет экстерна, заочного, еще каким-то образом. В нормальной школе я учился 7 лет. Окончил и получил высшее образование. Затем поступил в аспирантуру, в академию наук СССР, защитил кандидатскую диссертацию, затем позже докторскую диссертацию. Переехал в Донецк, когда тут создавалась донецкое отделение наук Украины. И тут я в физико-техническом институте прошёл через все ступени от руководителя лаборатории до директора академического института, большого физико-технического института национальной академии наук, где 60 профессоров, 200 кандидатов наук, конструкторское бюро – 500 инженеров, завод и так далее. На протяжении десяти лет я был директором этого института. 9 лет первым заместителем до этого, а сейчас являюсь советником дирекции. Я член национальной академии наук, уже в 78-м году я избран туда.

    Скажите господин Завадский, ваше национальное происхождение вам не мешало вам делать такую головокружительную карьеру?

      После того, как тогда в 55-м году ограничения были сняты, я никогда не встречал никаких трудностей, которые были бы связаны с моей национальностью. С другой стороны, я это тоже хотел бы сказать, у меня не было колебаний, я никогда не хотел уезжать в Германию, потому, что я считал, что моё место здесь. Я считал, что это моя обязанность, потому, что в тяжёлые годы испытаний было всегда много людей рядом со мной, которые мне помогали. Я считаю, что теперь, когда я чего-то достиг, я должен передавать эти знания. Я исключаю возможность поездки туда навсегда. Я езжу туда каждый год с научными целями, докладами. Я знаю Германию. Я люблю Германию, но я люблю свой народ.

      Вы же в Германии читаете лекции на немецком языке. Как вам удалось сохранить свой родной язык? Практически у вас два родных языка – русский и немецкий.

        Я из интеллигентной семьи. Когда-то мои дедушки со стороны отца и матери кончали берлинский университет, до революции. Дома мы говорили на немецком языке. Русский язык я начал учить, рано меня начали учить чтению, литературе с 3-5 лет, и когда я уже владел немецким языком я начал изучать русский язык. Но потом, конечно, был русский в школе и так далее. Но язык я знал всё время.

        У вас семья немецкая?

          У меня жена украинка, но она тоже доктор физико-математических наук, профессор и работает в университете. Я в физико-техническом институте академии наук, а она работает в университете. Сын военный.

          Сыну с немецкой фамилией, с немецким происхождением военным быть можно на Украине?

            Сейчас конечно можно. Он подполковник...

            И тоже не собирается в Германию.

              Нет, конечно. Но фамилия у него тоже Завадский, это вовсе не немецкая фамилия. В Польше есть река Завада, и все Завадские значит оттуда.

              А что вы ожидаете от всеукраинского съезда немцев?

                Сейчас я горько сознаю, что это немецкое движение показало себя с плохой стороны. Мы очень легко ссоримся. Почвы для этого нет. Мы очень мало осваиваем немецкую культуру. В течение этого времени идёт какая-то война, борьба мнений.

                Что, по вашему мнению, не могут поделить функционеры немецкого движения?

                  Они слишком недовольны многим. Например, языковые курсы. Это возмутительно. И все начинают, по-русски говоря, качать права. Я не могу этого понять. Кроме этого, трудности связанные с визами и так далее, в общем, они вызывают неудовольствие.

                  Цель у многих функционеров - упростить выезд украинских немцев в Германию.

                    Конечно.

                    То есть не сохранить немецкий этнос, немецкое меньшинство на Украине, а призвать его выезд.

                      Нет, я как раз выступаю за то, чтобы сохранить немецкое общество здесь. Здесь всё-таки Родина. Но вот упростить поездку туда - вот это я поддерживаю.

                      То есть не насовсем, а в гости.

                        Да в гости, для кратковременной работы, допустим, это конечно надо. Для ознакомления с культурой.

                        Чтобы у людей был выбор – ехать им или нет. Чтобы они знали, куда они поедут.

                          Конечно, и это действительно так. Но единства нет. И это очень жалко.

                          Как вы думаете, какую роль в этом сыграл Генрих Кроут.

                            Он, конечно, не удержал единства и в этом я его укоряю. Он обязан был удержать это единство. Он не имел права допускать такого раскола, который есть. Это отрицательная сторона.

                            Вы слушали интервью с членом –корреспондентом национальной академии наук Украины, доктором физико-математических наук, профессором Абрамовичем Завацким. Мудрости этого человека нельзя не восхищаться. Дай Бог, чтобы лидеры немецкого общественного движения Украины внимательнее прислушивались к мыслям и высказываниям академика Завацкого. Время нашей передачи подошло к концу. Мне, Виктору Вайцу, осталось только попрощаться с вами, дорогие друзья, и пожелать всего самого доброго. До встречи в это же время на тех же волнах ровно через неделю.