1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

18.01.2001 Сколько в Берлине Берлинов?

Берлин - столица объединённой Германии, так? А вот можно ли сам Берлин считать объединённым городом? Я, честно говоря, сомневаюсь. Каждый раз в разговорах с друзьями и знакомыми в Восточном Берлине конфликт между Востоком и Западом рано или поздно всплывает. Иногда в совершенно абсурдной форме. Ну, например, в прошлую субботу. Сидит человек за столом, жуёт помидорный салат и с полным ртом мямлит: «А вот во времена ГДР помидоры всё-таки были вкуснее...» Ну, что тут скажешь? Конечно, тепличные голландские помидоры - не фонтан. Вот только во времена ГДР никаких помидоров в январе и близко в продаже не было. А вот другой пример: коллега из заштатного Бонна переезжает в столицу. Ищет квартиру. Сидим вместе над картой города. Я тычу пальцев в Панкоу, мол, один из самых красивых и комфортабельных жилых районов. А он в ответ возмущается: «Крыша у тебя что ли поехала? Это же восточный Берлин!» Так что единого Берлина до сих пор нет. Но, может быть, это только у меня такое складывается впечатление, потому что я в Берлине бываю наездами? Может быть, сами берлинцы таких деталей давно не замечают? Наш берлинский корреспондент Марсель Фюрстенау опросил на эту тему социологов, политиков, журналистов, список профессий можно продолжить. И вот, к каким выводам он пришёл:

Берлинский сенат решил сэкономить деньги. И для этого взялся за укрупнение городских районов. С 1 января этого года их всего 12 вместо прежних 23. В результате, например, восточно-берлинский район Фридрихсхайн объединили с западным Кройцбергом. Это административно. А на деле? Профессор социологии гумбольдского университета Хартмут Хойсерманн демонстрирует перемены с помощью старых городских карт. На картах, изданных в ГДР, восточная часть Берлина изрезана линиями метро и «эсбан'а», то есть, городскими электричками. А Западный Берлин - сплошное белое пятно. В действительности вся транспортная сеть поделенного тогда города прекрасно состыковывалась. Вот только немцев восточных на запад не пускали. А сразу после падения стены в 1989 году десятки тысяч берлинцев с востока устремились на Запад. Но обратный поток был куда скромнее. Почему?

- Среди прочего, а скорее всего, именно потому, что в первые годы после падения Берлинской стены и объединения страны и города, рабочие места создавались на Западе. А в восточной части Берлина росла безработица. И квартиры там до сих пор намного дешевле. Вот восточные берлинцы и устремились на Запад. А жить остались на Востоке. Поэтому сегодня более 150.000 берлинцев ежедневно ездят с Востока на Запад. Тут не надо приплетать ни психологию, ни политику - простой трезвый расчёт.

Так что и профессор Хойсерманн признаёт, что одни лишь транспортные потоки не дают оснований судить о качестве контактов между людьми. Журналистка Яна Симон - как раз одна из тех, кто каждое утро по дороге на работу пересекает ныне чисто теоретическую границу между двумя частями города. Она родилась в Потсдаме, в бывшей ГДР. А сегодня работает репортёром в западной газете «Тагесшпигель»:

- Знаете, у меня вот такое чувство, что начинаешь разговор, но в какой-то момент ощущаешь, что вместо сближения нарастает отчуждение, что собеседник - по одну сторону я уж не знаю чего, а ты - по другую... Слова все понятны, а смысл не доходит.

Тут надо отметить, что Яне всего-то 28 лет. А ведь все надеялись, что если уж старики закоснели в своих предрассудках, то хотя бы молодые люди быстрее найдут общий язык, отбросят расхожие предубеждения. Социологи и психологи объясняют эти проблемы разным жизненным опытом или вот ещё, мудрёным словом «социализация». Давайте попробуем разобраться на конкретном примере, что это такое. По обе стороны берлинской стены в районе Нойкёльн были дачные колонии. В Германии издавна есть такая традиция: малюсенькие участочки с игрушечными дачками, зачастую прямо в черте города. Так вот, когда стену снесли, дачники западные и восточные и не подумали объединяться. Наоборот, с подозрительностью поглядывали друг на друга. Западники объясняли это так:

- С той стороны власти выдавали участки только самым проверенным кадрам, партийным и кагэбэшникам.

А восточные дачники жаловались:

- У нас тут возникла проблема после того, как границу открыли. Тут же начали дачи грабить. Раньше такого и в помине не было.

Самое смешное, что в чём-то и те и другие правы. Районы, прилегавшие к стене, считались в ГДР приграничной полосой и туда действительно допускали только проверенных людей. А то вдруг им захочется сбежать на Запад? Даже гости хозяев могли попасть туда только по специальному приглашению. И патрулировали эту полосу полицейские неусыпно, днём и ночью. Ясное дело, что никакой преступности там быть не могло. Правда, теперь конфликт между западом и востоком решается сам собой: земельные участки в Берлине такие дорогие, что рано или поздно дачки исчезнут и земля отойдёт под застройку. Или вот ещё курьёзный пример. Госпожа Пашке библиотекарь. Сразу после объединения Берлина начали объединяться и библиотеки. Практиковался и обмен сотрудниками, чтобы посмотреть, как организована работа у коллег. Недоразумения начались с междусобойчиков на работе:

- На востоке дни рождения праздновали так: все собираются, кто-то цветы принесёт, а кто не успел купить, так приходит. Именинник выставляет кофе там, пирожные, ну и всё такое, и празднуем. Вот мы так и собрались, а никто из наших западных коллег не явился. Оказывается у них принято по-другому: каждому личное приглашение. И приходят не каждый со своим цветочком, а скидываются и покупают роскошный букет или подарок. А именинник выставляет кофе, пирожные, ну и всё такое. Но мы-то об этом не знали! И вот после этого дня рождения все наши говорят: западники наглые, они, видите ли, выпить с нами брезгуют. А западники, оказывается, возмущались: восточники хамские, сами выпивают, а нас не пригласили!

Казалось бы, такие комичные недоразумения были возможны только в самые первые дни после объединения. А ничего подобного. Если верить опросам, предубеждения и предрассудки сохраняются и по сей день. Ещё один показатель - результаты выборов. В Западной части Берлина около 40 процентов голосов собирают христианские демократы, в восточной - лидирует ПДС - партия наследница гэдээровских коммунистов. Почему?

В своё время магистрат восточного Берлина и сенат западного объединились. Берлинцы тут же окрестили свою новую мэрию «магисенатом». Но постепенно профессиональные политики и чиновники с Запада вытеснили неопытных коллег с Востока. Депутат от партии «Зелёных» Сибилл-Анке Клотц говорит:

- Впечатление такое, что представители восточного Берлина просто никому не нужны, сами обойдёмся. Правящий бургомистр Берлина любит называть столицу «мастерской германского единства». А что осталось от этой красивой фразы? Городом правят западные элиты. Это скандал. А кто представляет в политической жизни города жителей восточного Берлина?

На эту роль претендует Партия демократического социализма. Её противники уверяют, что эта партия только и живёт за счёт «остальгии» - тоски по бывшей ГДР. Председатель фракции ПДС в берлинском парламенте Харальд Вольф такие упрёки возмущенно отвергает. Более того, он считает, что именно «демократические социалисты» больше других делают для интеграции в городе. Например, представители ПДС в последние годы регулярно принимают участие в торжествах в память о «воздушном мосте». В 48-49 годах советские войска блокировали западный Берлин. Но западные союзники наладили снабжение города по воздуху и отстояли его независимость. Для Сталина и коммунистов в ГДР это было жестокое поражение. Тем не менее, представители ПДС решили превозмочь себя:

- Мы участвуем в торжествах, хотя у многих в нашей партии отношение к этой дате очень неоднозначное. Но я считаю, что сейчас, когда прошло уже более 10 лет после объединения страны, надо уважать чувства наших политических противников. Для многих западных берлинцев «воздушный мост» - символ свободы. Даже если мы эту оценку не разделяем, уважать традицию надо. Хорошо бы и христианские демократы вместе с нами отмечали день памяти рабочих лидеров Розы Люксембург и Карла Либкнехта. Это - тоже история нашего города. И её тоже надо уважать.

Интересно отметить, что Харальд Вольф, председатель фракции ПДС , то есть, партии, которую выбирают только в восточной части Берлина, сам родом из западной Германии. Партия «Зелёных», напротив, в восточной части Берлина практически не представлена. А депутат «Зелёных» в парламенте города Сибилл-Анке Клотц - родом с Востока.

Так что же получается, всё почти по Киплингу: «Запад есть Запад, Восток есть Восток. И вместе им не сойтись». Нет, в Берлине они всё-таки сходятся, а именно, в районе «Митте», то есть «центр»:

Нигде в Берлине не было после падения стены такого массового переселения народов, как в районе «Митте», в самом центре Берлина. Большинство прежних жильцов отсюда уехало. Кто-то сам сбежал от шума и суеты, другие вынуждены были уехать, потому что цены на жилье здесь подскочили, как нигде в Берлине. Во времена ГДР большая часть жилых домов в районе выглядела как после бомбёжки. Сейчас почти все они отреставрированы. В районе сосредоточились посольства и правительственные учреждения. Здесь больше всего новоиспечённых берлинцев - тех, кто приехал в столицу из западной Германии. Здесь - самые модные рестораны, дискотеки и клубы столицы. Здесь встречаются молодые люди с Запада и Востока, такие, как журналистка газеты «Тагесшпигель» Яна Симон:

- Я своё поколение восточных немцев про себя называю ещё промежуточным поколением. Нет, не потерянным, а именно промежуточным. Мы уже не восточные немцы, но ещё и не западные. Мы уже уехали из бывшей ГДР, а в западную Германию ещё не прибыли. Мы - ни то, ни сё, ни рыба, ни мясо, мы где-то посередине.

Но примерно также, ни западными, ни восточными себя считают и многие другие жители района. Они просто граждане, - кто мира, кто Европы, а кто и просто республики имени себя, любимого. Может быть, немцам восточным и западным легче всего договориться между собой именно в районе «Митте», потому что это - самый интернациональный район Берлина. Сюда, как в Париж в 20 годы, съезжаются художники, писатели, музыканты со всего света. Сквозь вавилонское столпотворение языков на улицах чаще всего прорезаются немецкий, английский и ... русский. Дело в том, что до войны и холокоста в районе «Митте» проживало очень много евреев. Сейчас еврейская жизнь восстанавливается, в основном за счёт переселенцев из бывшего Советского Союза. Вокруг любовно отреставрированной синагоги возникли кошерные рестораны и магазины, клубы и художественные галереи. Профессор социологии гумбольдского университета Хартмут Хойсерманн описывает берлинский район «Митте» так:

- Есть старый западный Берлин. Его можно довольно точно ограничить. Там почти ничего не изменилось. Многие его жители практически никогда не бывают в восточной части города. И есть старый восточный Берлин, где примерно та же картина, причём чем дальше на Восток, тем ярче это выражено. Люди живут и работают, делают покупки и развлекаются в своём районе, как будто остального города для них просто не существует. И есть третий, новый Берлин - это район «Митте». Здесь для большинства это старое разделение на Запад и Восток давно утратило силу. Они действительно уже сегодня живут в объединённом Берлине.

Вот и всё на сегодня. Спасибо нашему автору Марселю Фюрстенау, спасибо Вам дорогие радиослушатели за то, что Вы настроились на НЕМЕЦКУЮ ВОЛНУ.