1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Глобус

15.08.2001 50 долларов за беглого раба / Азиатская экзотика: ночные рынки на городских улицах

Рабы, работорговля, невольники - все эти слова в представлении большинства из нас относятся к давней истории человечества. Тем больший шок вызывают сообщения, время от времени поступающие из некоторых государств африканского континента и недвусмысленно указывающие на то, что рабы там есть еще и сегодня.

Правительства этих государств, как правило, решительно опровергают подобные сообщения, но сотрудники гуманитарных организаций и журналисты находят всё новые доказательства существования рабства в начале 21 века. Вот два примера: Мавритания и Судан.

За последние 100 лет власти Мавритании уже три раза официально запрещали рабовладение. Появится ли четвертый подобный указ, сказать трудно, но можно предположить, что особого воздействия на ход жизни в этой стране он всё равно не окажет – так же, как и все предшествующие официальные запреты. Как считают представители гуманитарных организаций, такая устойчивость рабства в Мавритании объясняется целым комплексом причин: укоренившимся в стране образом жизни, традициями, экономическими и социальными факторами, наконец, – и это вызывает наибольшее возмущение на Западе – отсутствием у мавританского руководства серьезного желания что-либо поменять. Вот, например, мнение правозащитника из Мавритании Джемаля Уд-Еса:

    - Многие рабовладельцы говорят своим рабам, что если те не останутся у хозяина и не продолжат работать для него, то в загробной жизни их ожидает наказание. Для неграмотных людей, придерживающихся традиционных верований, это довольно страшная угроза. Есть и экономические факторы. Раб, ушедший от хозяина, не имеет средств к существованию, ему буквально нечего есть. Поэтому многие решают остаться у рабовладельца.

    Сложно сказать, какие причины – религиозные или экономические – играют более значительную роль. Но если верования и традиции – дело спорное, то вне всяких сомнений можно утверждать, что никакой серьезной помощи от общества ушедший от хозяина раб в Мавритании не получит. Так что неудивительно, что мало кто из невольников самостоятельно решает порвать с судьбой своих предков и просто уйти на свободу – без образования, без денег, без крыши над головой.

    В Судане причины рабства иные. Резкое увеличение числа невольников здесь было зафиксировано с начала девяностых годов, когда разгорелась гражданская война между мусульманским Севером и населенными христианами и язычниками южными районами страны.

    Север ничего не желает слышать о требованиях предоставить Югу автономию и лишь направляет туда вооруженные отряды арабов, которые уничтожают всё на своем пути, а местных жителей угоняют в рабство. Вооруженные конные отряды во время каждого нападения захватывают по 200 - 300 человек пленных. Некоторых из них боевики "забирают" себе в качестве "живого трофея". Остальных отправляют в лагеря, цинично называемые "Лагерями мира" - "Peace Camps". Там недавно еще свободные жители Южного Судана дожидаются своих будущих рабовладельцев. Продажа и покупка выглядят так же, как в былые времена: раба осматривают со всех сторон, заглядывают в рот - все ли зубы в порядке, иногда бьют, проверяя на стойкость.

    В последние годы некоторые западные гуманитарные организации нашли новый способ помочь оказавшимся в неволе людям. Например, швейцарская организация "Международная христианская солидарность" просто покупает в Судане рабов, чтобы затем предоставить им свободу.

    О том, как это происходит, рассказывает один из создателей организации Гуннар Вибальк:

      - Мы не приобретаем рабов на каком-то из рынков. Ведь для нас речь идет не о том, чтобы выбрать "товар" получше. Мы освобождаем людей не поодиночке, а большими группами - по 300 - 400 человек. Для этого приходится вести переговоры с особыми работорговцами - перекупщиками. Это арабы, которые скупают рабов на Севере у их хозяев и перепродают нам. Достают "живой товар" торговцы по-разному: одни отыскивают и выкупают рабов, трудом которых не довольны хозяева, другие ловят беглых рабов. Кроме того жены многих арабов ревнуют своих мужей к красивым чернокожим рабыням, а потому самостоятельно разыскивают торговцев и отдают им ненавистных южанок почти даром. Перепродавать рабов - большой риск. Официально власти не признают существование купли-продажи людей в Судане, хотя негласно всячески ее поощряют. Узнай они, что тот или иной араб продает рабов нашей организации, его бы точно расстреляли. Но, несмотря на опасность, торговцы продолжают с нами сотрудничать, некоторые из гуманных соображений, большая часть, конечно, из-за денег.

      Как же выглядят сегодня работорговцы? Ничего необычного в них нет, рассказывают очевидцы, кроме, может быть, непременных часов "Касио" и кожаных ботинок. Непосредственного отношения к их занятиям это не имеет: просто часы и ботинки являются в Судане своего рода доказательством богатства и процветания. Рабы же далеки от подобных излишеств, говорит Гуннар Вибальк:

        - После длительного пребывания в рабстве эти люди запуганы. Они не знают, что ждет их дальше, и боятся всего. На их телах - ничего кроме лохмотьев. Многие получили увечья во время бесконечных побоев. Большинство женщин и девочек были не раз изнасилованы своими хозяевами. Среди невольников очень много детей самого разного возраста, начиная от 2 лет! На Севере рабы исполняли самую тяжелую работу, за малейшие провинности их могли не просто избить, но и засечь до смерти, причем это распространялось и на детей. Попытки побега арабы карают очень жестоко: беглецу перерезают горло, а другие рабы должны это наблюдать и таким образом учиться быть прилежными.

        В ЮНИСЕФ - Детском фонде ООН - покупку и освобождение рабов в Судане швейцарцами резко критикуют. В Организации объединенных наций считают, что такие гуманитарные акции способствуют лишь дальнейшему развитию работорговли в Судане. А деньги, уплаченные за невольников, по мнению ЮНИСЕФ, пойдут на приобретение боеприпасов и военной техники. Кроме того, никто не может гарантировать, что освобожденный невольник не будет повторно продан в рабство. Сотрудники "Международной христианской солидарности" опровергают подобные обвинения:

          - Теоретически, конечно, возможно, что кого-то продадут в рабство во второй раз, ведь конные отряды нападают и на те деревни, где живут уже освобожденные нами люди. Но мы будем продолжать нашу деятельность. Где вы встречали врача, который бы прекратил лечить инфекционное заболевание потому, что больной все равно еще когда-нибудь им заразится? Если бы наша инициатива провоцировала дальнейшее развитие работорговли, то старейшины южно-суданских племен, с которыми мы сотрудничаем, попросили бы ее прекратить. Этого не происходит, так как на данный момент деятельность нашей организации - единственная возможность освобождать людей.

          А теперь давайте обратимся к более веселой теме – и для этого перенесемся из Африки в Азию. Рынок, базар, ярмарка – все эти слова, каждое из которых пусть и имеет свои стилистические и смысловые оттенки, означают для нас некое массовое действо, проходящее в специально отведённом для этого месте – и, как правило, днем. Совсем другие традиции в странах Азии, где издавна прямо на городских улицах устраиваются так называемые «ночные рынки». Рассказывает наш корреспондент на Тайване Роман Покровский.

          Азиатская экзотика: ночные рынки на городских улицах «Ночные рынки» являются, пожалуй, одним из самых колоритных зрелищ в странах Азии. Понятие это присутствует во всех восточных языках. Впрочем, может быть, точнее стоило бы называть их «ночными ярмарками», где торгуют всевозможным ширпотребом, обильно и вкусно едят и развлекаются. Открываются азиатские рынки с наступлением темноты. Сделано это из-за жары, одолевающей жителей стран региона в течение всего дня.

          Для жителей Тайваня прогулка по ночному рынку – не только хозяйственная необходимость, но и просто приятное времяпрепровождение. В одном лишь Тайбэе их не менее десятка. Каждый вечер на торговых улицах больших и малых городов острова, словно по мановению волшебной палочки, возникает вереница прилавков. Они заполняют собой всё свободное пространство на улицах, а из-за наплыва посетителей на рынке бывает и вовсе не протолкнуться. Товар предлагают с тележек, с лотков, просто с рук. Иные торговцы выкладывают свой скарб прямо на асфальт, посреди улицы, так что толпе приходится обходить множество препятствий - и преодолевать множество соблазнов! А по сторонам улицы заманивают ярко освещенные маленькие магазины. В них можно спокойно покопаться в ворохе уцененной одежды, наслаждаясь прохладой вентилятора или кондиционера.

          Ночной рынок со всех сторон обрушивает на вас сложную какофонию звуков и запахов. Здесь вы мигом оказываетесь во власти азиатской экзотики.

          На все лады надрываются зазывалы. От прилавков со съестным веет неповторимыми запахами восточной еды. Масса посетителей медленно продвигается от одного лотка к другому, осматривая или пробуя весь ассортимент. Хаотичность происходящего то и дело усугубляет какой-нибудь мотоциклист, решивший проехать через толпу в соседний переулок. Над всей этой стихией вразнобой гремит поп-музыка, несущаяся из вывешенных над каждым прилавком динамиков.

          Продавцы на тайваньском ночном рынке вовсю стараются завладеть вниманием покупателя. Звук играет в этом ведущую роль. Почти все торговцы что-то ритмично выкрикивают, на все лады, рифмуя низкие цены с отменным качеством своего товара. Одни помогают себе, прихлопывая в ладоши. Другие гудят клаксонами или прибегают к услугам громкоговорителя. Покупатели оживленно торгуются.

          Что же продается на тайваньском ночном рынке? Все что угодно, главное - чтобы товар не слишком дорого стоил. Ассортимент предложений крайне широк – от щенков с котятами до мобильных телефонов или снадобий китайской медицины. Попадаются сувениры, книги, звукозаписи, видеоигры. Но больше всего торгуют молодежной одеждой, дешевой электроникой и всевозможными игрушками.

          Впрочем, на ночном рынке вовсе необязательно что-то покупать. Тайваньцы всех возрастов приходят сюда еще и за впечатлениями. Ощущение толпы и суматохи в китайской культуре выступает как важнейшее развлечение - особенно если оно включает в себя торговлю, а также еду.

          А что съестного предлагают на ночном рынке? Если вы не хотите отрываться от толпы в центре улицы, то можете прямо на ходу купить у лоточника что-нибудь аппетитное. Например, кусочки остро пахнущего соевого творога «тофу», поджаренные на углях. А на десерт купите себе пакетик уже нарезанных дольками фруктов - манго, ананаса или гуавы.

          Если же вы проголодались основательно, добро пожаловать в один из боковых переулков. Там расставлены столики, а в глубине строений сооружены импровизированные кухни. В адской жаре повара орудуют у плиты. На раскаленном листе пузырится тайваньский деликатес – омлет из устриц.

          Пряную еду с ночного рынка обязательно нужно запить чем-нибудь прохладительным. Напиток должен помочь и от тайваньской жары, не отступающей даже вечером. Ваш корреспондент сквозь толпу пробился к прилавку, торгующему фруктовыми коктейлями. Кто-то как раз заказал взбитые сливки с папайей. Ароматная прохлада этого напитка тотчас была взбита в миксере с добавлением изрядной порции льда.

          Странный стрекочущий звук издаёт переносной дизельный движок. Он стоит практически под каждым прилавком и вырабатывает электричество для больших ярких ламп, освещающих выставленные на обозрение покупателям товары. Все это оборудование не только усиливает окружающий шум, но также прибавляет запахов на ночном рынке – а, вдобавок, сгущает и без того невыносимую жару.

          Одним словом, тайваньские ночные рынки – это занятие для выносливых. И, тем не менее, жители острова частенько окунаются в эту кутерьму, – чтобы прикупить модную вещь, вкусно поесть или просто поглазеть. Ночной рынок – это экзотическое и сугубо восточное массовое действо, которое каждый вечер разыгрывается на улицах азиатских городов.