1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Еуропа и Беларусь

14.05.2001 FDP: Немецкие либералы намерены стать самостоятельной третьей политической силой

В Дюссельдорфе прошел съезд Свободной демократической партии Германии. Шестьсот шестьдесят делегатов избрали новое руководство партии – её председателем стал Гидо Вестервелле - и поставили перед собой цель собрать на следующих общефедеральных выборах, которые пройдут осенью следующего года, восемнадцать процентов голосов избирателей. При этом либералы решили не выставлять собственного кандидата в канцлеры – им это всё равно не грозит – и не делать заявления о том, с какой из двух крупных общенародных немецких партий они предпочли бы сформировать правительственную коалицию. Вот, собственно, и все итоги либерального съезда. И тем не менее, не исключено, что съезд этот войдет в анналы истории как исторический, ознаменовавший собой начало коренного изменения не только СвДП, но и всего партийного ландшафта Германии.

На протяжении всей послевоенной истории Германии СвДП служила своего рода маленькой гирькой, которая обеспечивала правительсвенный перевес то социал-демократам, то демократам христианским. Особо преданными и принципиальными либералы не были, они легко шли на разрыв коалиции, если чувствовали, что чаша весов склоняется к оппозиции. Так, в восемьдесят втором году они вышли из правительства социал-демократа Гельмута Шмидта, чем обеспечили приход к власти Гельмута Коля. А после его поражения три года назад, очень быстро отвернулись от ХДС, с которым правили шестнадцать лет подряд. Увы, место маленькой гирьки, довеска для СДПГ оказалось занятым – «зелеными», которых раньше вообще не было. Да и вся система партийных весов уже не та. Кроме «зеленых» в бундестаге теперь стабильно представлена и Партия демократического социализма, наследница гедеэровской СЕПГ, которая имеет неплохие шансы укрепиться и на общефедеральном уровне. В этих условиях либералы решили отказаться от роли довеска и выступили с претензией стать в Германии третьей общенародной партией. Завоевать восемнадцать процентов голосов на следующих выборах – цель более чем тщеславная и явно завышенная. Ведь на прошлых выборах СвДП едва собрала шесть процентов голосов, а в одиннадцати из шестнадцати земельных парламентов она вообще не представлена, не сумела преодолеть пятипроцентный барьер. Но ведь, ставя перед собой такую задачу, партийные стратеги что-то проссчитывали? Не просто же с потолка взяли цифру?

До сих пор СвДП сознательно играла роль нишевой партии. Представляла интересы наиболее обеспеченных слоев населения: врачи, адвокаты, издатели, люди свободных профессий, крупные менеджеры и предприниматели, интеллектуалы и артисты. Мы, мол, не для плебса, мы партия для избранных, мал золотник, да дорог. И, надо признать, такая тактика сорок лет приносила дивиденты в виде участия во власти. Принятое на съезде решение о новой ориентации партии – на широкие слои избирателей – требует и новой идеологии, и новой предвыборной стратегии. Новая либеральная идеология – это полная деидеологизаци. А проще говоря – изысканный популизм. В паспарту под названием «Свобода» либералы умудряются разместить даже взаимоисключающие лозунги. Они, например, призывают увеличить государственные расходы на образование. Но откуда возьмутся деньги, если одновременно СвДП требует снизить налоговые отчисления в казну. Партия обещает позаботиться о молодых людях, ищущих на немецких фирмах места для профобучения, и в то же время о фирмачах, переводящих свои производства, а с ними и учебные места, за рубеж – где ниже налоги и дешевле рабочая сила. Что же касается предвыборной стратегии и тактики, то либералы целиком и полностью делают ставку на средства массовой информации. Партийный лидер должен быть телезвездой. И Гидо Вестервелле усердно над этой задачей работает, не брезгуя выступлениями даже в весьма сомнительных телешоу. И съезд в Дюссельдорфе – при всей своей исторической значимости – был по сути дела маркетинговым мероприятием, на котором вырабатывалась рекламная медиа-стратегия.

Критиковать немецких либералов за идеологическую бесхребетность и медиа-ориентацию – это ханжество. В том же направлении – разве что не так быстро – движутся и обе общенародные партии ФРГ. Социал-демократический тезис «Стабильность в переменах» – это что, идеология? А на какие христианские ценности ориентирован лозунг ХДС «Мы в центре жизни»? Идеологии здесь не больше, чем в либеральной программе «18 процентов». Процесс деидеологизации начался с падением берлинской стены и преодолением конфликта между Востоком и Западом, и он ускорился под прессом глобализации и роста нового электорального центра, который охватывает весьма широкий спектр избирателей – от служащего и рабочего до имеющих примерно такой же уровень жизни предпринимателей средней руки и еще безусых программистов из «нью экономи». Это – абсолютное большинство населения ФРГ и от его симпатий зависят успехи респектабельных политиков. Вот и получается, что партии в Германии всё больше превращаются в рекламно-избирательные штабы, раскручивающие каждый своего кандидата через средства массовой информации. И предвыборные программы для них скоро будут писать не партийные философы, а специалисты по маркетингу и демоскопы, изучающие общественные настроения.

  • В ФРГ будет легализована проституция – она признается одной из профессий в сфере услуг

    Каждый пятый мужчина в Германии регулярно ходит к проституткам. Ежедневно к их услугам прибегают миллион двести тысяч клиентов. Самих проституток – примерно четыреста тысяч. То есть каждая в среднем обслуживает в день троих. Платный секс – весьма заметная отрасль народного хозяйства Германии. По некоторым оценкам, оборот здесь составляет до двеннадцати с половиной миллиарда марок в год. И тем не менее до сих пор проституция остается в ФРГ полукриминальной, или, по крайней мере, теневой стороной бизнеса. Сама проституция, правда, не запрещена. Уголовно наказуемо только сутенерство и поощрение проституции. Нарушает закон, например, и тот, кто содержит бордель и сдаёт жрицам любви номера, но и тот, кто, скажем, раскладывает в этих номерах презервативы или ремонтирует джакузи. То есть, фактически, создает более или менее приличные условия для проституток и их клиентов. Вот почему, офицальных публичных домов в Германии нет, на самом деле – их сотни, если не тысячи. Но все замаскированы под бары, клубы, массажные салоны, порнокинотеатры с, как пишут в газетных объявлениях, «очаровательными билетершами». Власти о существовании борделей, разумеется, знают, но как правило закрывают глаза и устраивают полицейские облавы только в том случае, если возникает подозрение в совершении других преступлений – торговле людьми или наркотиками.

    К проституции в ФРГ можно относиться по разному – терпимо, ханжески, безразлично, сетовать или возмущаться. Нельзя только отрицать её наличие и тот факт, что платный секс стал элементом общественной жизни Германии, нравы в которой давно уже стали весьма вольные. Это в пятидесятые годы чиновников увольняли с государственной службы за супружескую измену и осудили одну мамашу к тюремному заключению за сводничество: она разрешила своей взрослой дочери переночевать дома с женихом. Тем не менее до самого последнего времени определяющим было решение кайзеровского суда, который ровно сто лет назад, в тысяча девятьсот первом году, квалифицировал проституцию как аморальное явление. Вот и выходит, что обязанности у проституток есть – они как и все остальные труженики платят налоги, а прав никаких – ни медицинской страховки, ни пенсионной, ни пособия по инвалидности или безработице.

    Полтора года назад одна из самых известных в Германии проституток, постоянный гость всевозможных телешоу Феличита Вайгман сама того не желая возглавила движение за легализацию проституции. В Берлине у ней был свой бордель – «Кафе пссст». Проституки у неё трудились, что называется, независимые. Без сутенеров. У стойки бара девушки знакомились с клиентами, а продолжение следовало в одной из комнат в заднем флигеле. Приходили сюда и пары, просто потанцевать. Ни наркотиками не торговали, ни девушек, завезенных из стран Восточной Европы по туристической визе здесь не было. Тем не менее власти бордель закрыли. Феличита Вайгманн обратилась в суд. И в отличие от многих других аналогичных процессов, она не пыталась отрийцать, что её заведение – это бордель. Она настаивала на том, что проституция – это такая же профессия как и все другие и ничего зазорного и аморального в том, что она создает нормальные условия для работы девушек, нет. И впервые в истории Германии её аргументы убедили судей. Суд решил, что проституция не является аморальным явлением, что она – часть общественной жизни, в том случае, разумеется, если женщины занимаются ей добровольно, без принуждения сутенеров. В итоге «Кафе пссст» Феличиты Вайгманн стало первым законно действующим в ФРГ борделем, а сама история послужила толчком для пересмотря отношения к проституции на государоственном уровне.

    В прошлую пятницу германский бундестаг обсуждал в первом чтении законопроект правящей красно-«зеленой» коалиции, который предусматривает фактическую легализацию проституции в Германии. Если проект приобретет силу закона, говорят, еще до летних парламентских каникул, то уже со следующего года проституция будет считаться одной из обычных профессий сферы услуг. Со всеми вытекающими для путан последствиями. Они смогут через суд добиваться оплаты своего труда, если паче чаяния клиент отказывается платить, они смогут на общих основаниях заключать медицинские страховки, их примут в пенсионный фонд, в государственную кассу страхования на случай безработицы. Не будет противозаконным и содержать бордели. Если, конечно, речь не идет о принуждении к проституции, использовании нелегальных иммигрантов и прочем криминале. Эксперт по правовым вопросам «зеленой» фракции в Бундестаге Фолькер Бек не исключает и возможносьти появления в Германии новых форм организации платного секса. Например, публичных домов, организованных самими проститутками на коллективных началах, или борделей с четко установленным восьмичасовым рабочим днём и фиксированной зарплатой, отпусками, выходными и больничными листами.

    А теперь еще одна страничка радиожурнала «Столичная студия»

  • Новости «Русского Берлина»

    Открылся судебный процесс по делу о предполагаемом убийстве русскоязычного предпринимателя Александра Галюса. Галюс был похищен из своего компьютерного магазина в районе Тиргартен в июне 1997 года. Позднее его семья получила от преступников магнитофонную пленку, на которой Галюс просил выплатить миллион марок за свое освобождение. Передача денег не состоялась. С тех пор Галюс бесследно исчез. Предполагается, что его похитили и убили два выходца из бывшего СССР, Вячеслав Орлов и Сергей Серов. Сейчас они отбывают в столичной тюрьме Тегель четырнадцатилетний срок заключения за другое похищение, закончившееся смертью жертвы. Серов с Орловым спрятали сына владельца ресторана Маттиаса Хинце в подземный тайник, где он задохнулся. Ввиду схожести ряда обстоятельств в делах Хинце и Галюса, прокуратура не сомневается в виновности подсудимых. Те, однако, настаивают на своей непричастности к похищению Галюса...

    Новый председатель еврейской общины Берлина Александр Бреннер намерен уделять больше внимания интеграции в жизнь общины еврейских эмигрантов из бывшего СССР. С этой целью предусмотрено, в частности, создание специальных курсов иврита, идиш, основ иудаизма и истории еврейского народа. Берлинская община - крупнейшая в Германии. Среди 12 тысяч ее членов около 75% - выходцы из бывшего СССР. Бреннер, который провел свою юность в Алтайском крае и хорошо говорит по-русски, смог победить на выборах председателя в первую очередь за счет голосов русскоязычных членов общины...

    Почти половина зданий, некогда использовавшихся советскими, а затем российскими военными в восточноберлинском районе Карлсхорст, сейчас пустует. Речь идет о более чем тысяче квартир в особняках и многоэтажных домах. Большинство из них находились в 1994 году, к моменту вывода российской Западной группы войск на родину, в аварийном состоянии и с тех пор так и не были отремонтированы. Инвесторы оказались не готовы к покупке этих домов ввиду высоких затрат на их санацию и отсутствия поблизости необходимой инфраструктуры. План федерального правительства по созданию здесь жилых кварталов для государственных чиновников, переехавших из Бонна в Берлин, также не был осуществлен...

    Вот и всё на сегодня из «Столичной студии» «Немецкой волны». Я, Никита Жолквер, прощаюсь с вами до следующего понедельника в это же время. Кстати, если хотите, то текст этой передачи Вы можете прочитать на нашей страничке в интернете. Адрес: три даблю, точка, двелле, то есть сокращение от «Дойче Велле», точка, д, е. Можете еще через слэши добавить «russian», «Berlin», точка и аш тэ эм эл. Тогда сразу попадете в «Столичную студию». Всего вам доброго, где бы вы ни слушали нашу радиостанцию.