1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Суть дела

13.12.2001 Об усилении мер безопасности в Германии и США

Немецкие журналисты, работающие в США не устают удивляться тому, как быстро и как резко их американские коллеги забыли о традиционном для США плюрализме, о своём праве на свободу слова и добровольно стали рассматривать себя рупором правительства. Немецкие журналисты, описывая ситуацию, сложившуюся в средствах массовой информации и общественной жизни США, используют даже слово "Gleichschaltung". Понятие "Gleichschaltung" возникло при нацистах и означало только одно - отсутствие каких-либо других мнений, кроме официального. То же самое было и в СССР. Но послушаем материалы корреспондентов Дойчландфунк и Баварского радио.

Прежде чем переходить к основной теме сегодняшней программы, хочу ответить на постоянно приходящие вопросы от тех, кого прямо затрагивает проблема выплаты компенсаций за принудительный труд во время войны: срок подачи заявлений в национальные фонды "Взаимопонимание и примирение" истекает. Не тратьте время на поиски документов, не пишите сейчас писем нам - заявления от тех, кто считает, что им полагаются компенсации, должны быть в фондах до 31 декабря, причём собирать доказательства можно будет позже. Сейчас не может быть ситуации, что у вас не принимают заявления. Хотя это и не значит, что вы наверняка получите деньги. Торопитесь - у вас есть ещё максимум дней десять.

"Терракты 11 сентября перевернули мир" - это выражение уже стало не только справедливым, но и банальным. Привычным настолько, что мы даже не задумываемся о том, насколько же радикально страх меняет и нас самих, и политиков, которых мы выбрали, и их политику, в частности политику внутреннюю, определяющую меры безопасности. Немецкие журналисты, работающие в США не устают удивляться тому, как быстро и как резко их американские коллеги забыли о традиционном для США плюрализме, о своём праве на свободу слова и добровольно стали рассматривать себя рупором правительства. Немецкие журналисты, описывая ситуацию, сложившуюся в средствах массовой информации и общественной жизни США, используют даже слово "Gleichschaltung". Понятие "Gleichschaltung" возникло при нацистах и означало только одно - отсутствие каких-либо других мнений, кроме официального. То же самое было и в СССР. Но послушаем материалы корреспондентов Дойчландфунк и Баварского радио.

После 11 сентября Америка изменилась. Она пытается преодолеть шок, избавиться от страха. Волна патриотизма в стране прежде всего коснулась средств массовой информации, которые всегда следовали великим принципам американской журналистики, таким как объективность и внепартийность. В то время, как за пределами США спорили о целесообразности войны в Афганистане, внутри Соединённых Штатов были абсолютно исключены всякие споры -- никакой оппозиции в парламенте, никакой критики в средствах массовой информации. Война против Афганистана была воспринята как внутриполитическое событие.

Отсутствие альтернативных мнений в маленьких изданиях или во влиятельной газете "Нью-Йорк Таймс", единодушная поддержка правительственных лозунгов стало актом самоцензуры. Такое превращение прессы, скорее, достойно внимания социологов и психологов. Добровольный отказ от критики в пользу патриотизма характерен и для могущественного Голливуда.

Влиятельные представители Голливуда, боссы больших студий и телекорпораций, лидеры актерских и писательских гильдий, встретились с высокопоставленным чиновником президентской администрации. За закрытыми дверьми обсуждались возможности участия киноиндустрии в антитеррористической кампании. Фактически голливудские чиновники были приглашены для получения приказа. Они же продемонстрировали готовность этот приказ исполнить.

"Чудесный, согревающий сердца опыт", -- так комментирует Джек Валенти, глава Motion Picture Association встречу с Карлом Роувом, советником президента США по психологическому ведению войны.

Голливуд как правительственное учреждение "паблик рэлейшенс" должен поставлять миру американский взгляд на вещи, причем этот взгляд исключает альтернативную точку зрения. Глобальная атака на цивилизацию требует глобального ответа. Кстати, во время вьетнамской войны Голливуд выпускал фильмы, которые должны были укреплять мораль войск, помогать солдатам и их семьям, объяснять миру разницу между добром и злом. Такая же патриотическая обязанность была у киноиндустрии и во время второй мировой войны.

"Распространять за границей представление о хороших, готовых помочь американцах," - так Джек Валенси формулирует задачу Голливуда. Критика правительства, войны и ее значительных внутриполитических последствий предосудительна. Это сразу заметят и используют конкуренты.

"Это борьба против зла, против людей, которые хотят подорвать основы свободного мира", - так объяснил ситуацию Карл Роув производителям фильмов в Голливуде. Такой же лозунг выдвинул президент Джордж Буш сразу после 11 сентября и добился того, что он стал правилом для регулирования высказываний в американских СМИ. Злые люди находятся в Афганистане и других нецивилизованных странах, а добрые - в Америке размахивают звездным флагом.

Такая атмосфера в обществе позволила властям США осуществить политические и конституционные изменения, при этом удалось избежать критики со стороны прессы. Прежде всего это касается антитеррористического закона под необычным названием --"Патриотический акт", который был принят американским конгрессом на той же всеобщей патриотической волне.

Предлагая его ратифицировать министр юстиции Джон Эшкрофт призвал конгрессменов "сделать так, чтобы мы могли усилить нашу борьбу со злом, где бы оно не находилось". "Патриотический акт" был принят, хотя его некоторые положения типичны для тоталитарного государства. Министр юстиции так объяснил суть нововведений:

" Иностранные террористы, которые совершают преступления против Соединенных Штатов, на мой взгляд, не имеют права на защиту американской конституции и не заслуживают его".

После 11 сентября власти США задержали около тысячи человек по подозрению в причастности к терактам. Белый дом отказывается сообщить имена задержанных. Министерство юстиции планирует допросить тысячи человек, подозреваемых только на том основании, что они являются выходцами из стран Близкого или Среднего Востока. Иммиграционные власти получили право держать за решеткой иностранца даже в том случае, если судья предписал его освободить. Согласно новому законодательству, власти также имеют право прослушивать разговоры адвоката с его подзащитным. И еще более одиозным выглядит решение президента Буша рассматривать дела пойманных террористов не только в гражданских судах, но и в оперативных военных трибуналах. Эти, так называемые «суды кенгуру» создают возможности для нарушения прав обвиняемых. "Трибуналы Буша" заседают за закрытыми дверьми и вполне могут использовать слухи в качестве обвинительного материала и даже выносить смертные приговоры простым большинством голосов. Обжалование приговора невозможно. Уже ощутимы последствия этих изменений. Например, Испания собирается высылать в США многих подозреваемых в терроризме, чтобы разобраться с ними с помощью таких быстрых судов.

Говорится в материале, прозвучавшем на радиостанции Дойчландфунк. Беспрецедентным является и то, о чём идёт речь в материале корреспондента Баварского радио.

Теперь ЦРУ, которое работает за рубежом, и федеральная полиция, ФБР кооперируются, им разрешено также обмениваться материалами. В деятельности спецслужб есть новые особенности. Теперь в США можно встретить, например, пенсионеров, которые собирают информацию для ФБР. Это своего рода соседи -- дружинники, которые ранее охраняли свои жилища от воров или бомжей.

«Всемирный торговый центр в Нью-Йорке показал, как уязвимы наши города. У нас маленький городок и мы не имеем представления о терроризме, поэтому мы записались в эту программу», - говорит 72-летний Джордж. Речь идет о программе под названием «Кошачьи глаза». Ее участники, простые граждане теперь помогают тайной полиции и сообщают ей о подозрительных лицах. Вызвать подозрение может, например, человек, который сфотографировал здание мэрии.

Эксперты согласны, события 11 сентября показали, что ФБР не справилось со своей задачей, так как не располагало информацией о готовящихся терактах. Бывший агент, который 27 лет работал на американскую разведслужбу в Сомали, Саудовской Аравии и Никарагуа, а затем возглавлял отдел по борьбе с терроризмом в ЦРУ рассказал, чего не хватает американцам.

«Я думаю, что американцы слишком полагаются на технологию, -- говорит бывший топ-агент. – У нас есть сателиты, электронные приборы, и это хорошо. Это дорого, но вместе с тем абсолютно чисто и безопасно. Но к этому нам нужны еще агенты, чтобы узнать о планах террористов. Это также означает, что мы имеем дело с последними подонками, у которых руки в крови. Это неприятно, но абсолютно необходимо».

Завербовать новых агентов спецслужбы пытаются даже в мечети. Правда, не всегда успешно. В одну из мечетей, представители ФБР вошли не сняв обувь, в разгар молитвы, и сразу же попытались разговаривать с верующими. Естественно, это вызвало возмущение. Вербовка новых сотрудников идет на биржах и в университетах страны.

«Имеешь ли ты то, что нам нужно -- интеллект, здравый рассудок, патриотизм и мужество?» - можно прочитать на рекламном стенде тайной полиции. Одному из начинающих агентов не более двадцати лет. Все ли разрешено американскому агенту?

- У нас война, а это означает, мы можем делать то, что в нормальной обстановке неприемлемо. Вещи, о которых в мирное время ты не мог и думать. Это сложный вопрос.

Теперь этот вопрос рассматривается в ЦРУ или в ФБР. Итак, если подозреваемые упорно молчат, можно ли переходить к допросам с пристрастием?

«Эта старая проблема западных демократий. Мы не можем применять такие принудительные методы, это любят делать в странах третьего мира. Но мы живем в демократической стране и наши законы не позволяют вырывать ногти и так далее», - говорит бывший агент ЦРУ. Все же эту диллему решить совсем не сложно. И самый простой выход – на определенных условиях выдать подозреваемого стране третьего мира, той же Саудовской Аравии или Иордании. Там уже с помощью легализованных брутальных методов можно получить нужную дополнительную информацию. Итак, для защиты демократии можно использовать двойную мораль?

- Тут есть двойная мораль. Но речь идет о том, чтобы спасти жизнь людей.

Демократия в США переживает сложный период. Сможет ли она защитить себя и остаться идеалом для других стран. Спрашивает немецкая журналистка. Её американский коллега Чарлз Кротхэммер, журнал «Тайм», видит всё иначе:

Конечно, введённые Бушем меры - это нарушение законов. Но как предотвратить будущие преступления? Представьте себе, где-то в Нью-Йорке заложена атомная бомба, и она взорвётся через полчаса. Вы поймали террориста, который знает, где она заложена. Допустимо ли подвергнуть его пыткам, не говоря уже о нарушении его гражданских прав? Только моральный урод ответит «нет». Пока до этого дело ещё не дошло. Но нам угрожает смертельная опасность. «Нью-Йорк Таймс» назвала трибуналы «извращением правосудия». Газета считает, что эта идея потому-то и опасна, что крайне соблазнительна. Я согласен, она соблазнительна. Хотя бы уже потому, что избавляет нас от безумной перспективы суда над бен Ладеном в Нью-Йорке или Гааге. Представьте себе эту сцену. Это был бы самый большой журналистский шабаш за всю историю человечества. Этот суд предоставил бы трибуну для пропаганды человеконенавистнической идеологии. Во времена Веймарской республики именно открытый суд над Гитлером после пивного путча положил начало карьере фюрера.

Напоминает Чарлз Кротхэммер в американском журнале «Тайм». Вот иное мнение - швейцарский комментатор пишет:

«Чего ж тут беспокоиться, речь идёт всего лишь о Конституции», – так отреагировал один из конгрессменов на принятие антитеррористических законов в США. За сарказмом скрывается полная растерянность. Белый дом вынудил парламентариев в спешном порядке принять целый пакет новых законов, не дав им даже времени с ними ознакомиться. Речь идёт о небывалом расширении полномочий исполнительной власти за счёт парламента и судов. Новые антитеррористические законы получили воистину орвелловское название «Американский патриот». Они значительно расширяют возможности для подслушивания, наделяют федеральных прокуроров дополнительными полномочиями и даже разрешают тайные обыски помещений для сбора улик. Нормальная судебная процедура отменяется. Если Америка не сумеет сохранить гражданские права, то террористы уже победили.

Индийская писательница Арундати Рой видит иные аспекты:

«Террористы, ответственные за трагедию 11 сентября, должны быть наказаны. Но обязательно ли сжигать стог сена, чтобы найти в нем иголку? Сколько подозрительных можно выследить, сколько счетов заморозить, сколько разговоров подслушать, сколько E-mail‘ов перехватить, сколько писем распечатать? Где предел? Уже до 11 сентября ЦРУ собрало больше материала, чем его сотрудники были бы в состоянии обработать за всю жизнь. Сам по себе объем необходимого наблюдения станет этическим, гражданско-правовым и территориальным кошмаром и свобода станет его первой жертвой. Уже сейчас она тяжело ранена».

Правительства всего мира цинично используют царящую паранойю в собственных целях, освобождая при этом целый арсенал непредсказуемых политических сил. Например, в Индии были арестованы члены «Всеиндийского Форума Сопротивления» за распространение в Дели антивоенных и антиамериканских памфлетов. Правительство правого толка, поддерживающее экстремистские индуистские группировки, запретило «Студенческое исламское движение Индии» и попыталось заново провести закон о борьбе с терроризмом, который был до этого отменен по требованию Комиссии по правам человека.

В Германии споры о закручивании гаек достигают своего апогея, соответствующие законы находятся сейчас в законодательных органах, но об этом в другой раз, а пока - мнение лауреата нобелевской премии немецкого писателя Гюнтера Грасса:

«В тот самый момент, когда мы начинаем ограничивать наши свободы, задача террористов упрощается. Ужесточение контроля за всеми нами, введение растровой системы поиска преступников, например –это бессмысленные меры. Однажды мы уже допустили такую ошибку, когда решили таким образом победить левый терроризм в Германии. Но ведь РАФ (фракция красной армии – наиболее известная группировка, терроризировавшая ФРГ в 70-90 годы) удалось обезвредить не благодаря растровой системе, а из-за ошибок, совершённых террористами. Такие неоправданно радикальные меры - следствие недостатка уверенности в собственных силах и чрезмерного доверия к правовым основам государства. Нами самими были созданы предпосылки для возникновения терроризма еще до терактов. Огромное количество людей, не совершивших противоправных действий, содержится в предварительном заключении. Мы живем в условиях, когда конституция нарушается нами самими ежедневно».

К слову, часть террористических актов РАФ так и осталась нераскрытой, несмотря на все небывалые меры властей. Но об этом, как и о мерах безопасности в Германии, в другой раз.