1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Cool

13.05.2001 47-й Международный фестиваль короткометражного кино в Оберхаузене/Германия

«Фильмы для нетерпеливых» - таков девиз 47-го фестиваля в Оберхаузене. Формулировка, однако, не совсем удачная. Ведь короткометражное кино не просто короткое, оно, как правило, нарушает классическую повествовательную структуру. Короткометражный фильм сродни анекдоту, притче, лирической зарисовке, или прибегая к дискурсу современных медиа - электронному письму или текстовому сообщению, посланному с одного мобильного телефона на другой. В последние два года о короткометражном кино часто говорят именно в контексте развития компьютерных технологий: из кинозалов короткометражный фильм перемещается на мониторы домашних компьютеров. Для молодых авторов это наиболее дешёвый и доступный способ проката, и охотников смотреть короткометражки и видеоролики в сети находится немало. Оберхаузенский фестиваль обладает крупнейшим архивом короткометражного кино последних пяти десятилетий и выступает в качестве дистрибьютора и пропагандиста короткометражки. Рассказывает член жюри в категории «Немецкое кино» Николай Никитин (издатель журнала о кино "Schnitt").

- Это старейший в мире фестиваль короткометражных фильмов, с богатой традицией. На конкурс принимаются фильмы не длиннее 35 минут, исключения делаются редко. Зато в отношении жанров и форматов жёстких рамок не существует. В конкурсной программе - игровые, документальные, анимационные фильмы и музыкальные клипы. Призы вручаются в категориях международного, немецкого, детского кино, а с 1999 года премируются и музыкальные видео-клипы. В 1998 году руководство фестивалем принял Ларс Хендрик Гасс. Он сразу заявил: "Я знаю, что такое короткометражный фильм", и это действительно так. Фильмы демонстрируются теперь в настоящих кинотеатрах, тогда как раньше показ состоялся в конгресс-зале. Появились интересные ретроспективы. В этом году особенно мне хотелось бы выделить спецпоказ ранних фильмов известного немецкого режиссёра Роберта ван Акерена. Это короткометражные игровые ленты 1965-72 годов - "Да и нет", «На все века», "Поцелуй меня, чужой" - необычайно красивые и поэтичные, которые до сих пор почти никто не видел. Впрочем, количество мероприятий даже немного пугает - оно достигло в этом году критической отметки, и в какой-то момент просто теряешь ориентацию. Но фестиваль становится всё более современным и профессиональным. Это не может не радовать. На мой взгляд, также замечательно удалась кураторам Робину Кёртису и Лауре Маркс специальная программа "Аут оф тайм". Фильмы разных лет на тему того, как познаётся и переживается время. Быть "аут оф тайм" значит, что время бежит от нас. С одной стороны, это означает стресс и спешку, а с другой, желание сделать остановку, расслабиться, ощутить "вневременность".

В рамках "Аут оф тайм" состоялся ряд тематических киносеансов: "Город неистовствует, деревня дремлет", "Тик-так, тик-так" или "Приостановленная анимация". В разделе "Скорость и города", по идее куратора Яна-Кристофер Горака, британские и американские фильмы начала прошлого века про автомобили, поезда и мегаполисы перемежались классическим французским авангардом 20-х годов. Это "Антракт" Рене Клера (1924 года), своего рода киноманифест раннего сюрреализма с участием Дюшана, Дали, Мэна Рея, а также известная работа Анри Шометта (1925 года) "Игра отражений и быстроты". Представление о импрессионистическом взгляде в короткометражном кино можно было почерпнуть на ретроспективе Джема Коэна. Пластиковый пакетик, лирично танцующий на ветру в «Красоте по-американски», - цитата из раннего фильма Коэна про Нью-Йорк.

В Оберхаузенском фестивале, и это уже стало традицией, наряду с кинематографистами участвую художники, работающие с видео и экспериментальным кино. В программке значились имена таких "звёзд", как Йон Йост, Билл Вайола, Дуг Эйткен, Збигнев Рыбчински, который считается изобретателем инновативного визуального языка в видеоклипе и экспериментальном фильме. Правда, в конкурсной программе ни "Летающие развалины" Дуга Эйткена (апокалиптические размышления о разрушительном действии времени), ни «Песня воды-1» (лиричный анализ свойств морской воды и прибоя методами авангардного кино) Йона Йоста не удостоились внимания жюри. Видеоклипы - наиболее сложные и дорогостоящие продукции в жанре короткометражного кино. (Если, конечно, допустить, что видеоклип - это тоже короткометражка.) Невзирая на отсутствие бюджетов, сравнимых с ассигнованиями на съёмку очередного клипа Мадонны, немецкие режиссёры добиваются вполне приличных результатов.

В этом году лучшим немецким видеоклипом жюри признало ролик к песне «Why» кёльнского дуэта Donna Regina. Второе место занял видеоклип «Do Dekor» берлинского музыканта Яна Елинека (Jan Jelinek), а третье - «Kontra» дуэта Microstoria. Мне лично больше всего понравились «До Декор», «Контра», а также клип «Сумма составных частей» гамбургской рок-группы "Die Kante", который жюри не понравился, но зато был отмечен респондентами фестивального опроса в Интернете.

Наблюдая всё это стилевое и жанровое разнообразие в программе фестиваля, возникает резонный вопрос: «Какова сумма составных частей?», то есть не грозит ли эта произвольность обернуться полным хаосом и размыванием границ? Ведь далеко не всякая короткометражка художественна, и не всякому выплеску из арт-среды место на киноэкране... Николай Никитин поясняет:

- Я полагаю, что в Оберхаузене речь идёт о расширении классического понятия «короткометражный фильм». Принято считать, что этот фильм должен быть повествовательным, снятым на 35-милимметровой плёнке, точно так же, как и классическое представление о экспериментальном фильме предполагает деструктивное обращение с материалом, «царапание» целлулоида, его обработку едкими растворами. Сегодня, напротив, наиболее интересными предстают фильмы, которые не ограничиваются только повествованием или только экспериментами с формой. По-моему, жёсткое разделение программы по признаку жанра и формы сегодня не вполне уместно, и поэтому оберхаузенский подход мне как раз нравится, в нём заложен потенциал для развития.

Именно такой "пограничный" фильм и получил главный приз фестиваля. Это «Путь в нирвану» Майка Лааса из Эстонии. Душа молодого человека отправляется в сюрреальное эзотерическое путешествие, пересекая при этом границы форматов, жанров и смыслов.

Другой эстонский фильм - "Нейлоновая луна» Киллу Сукмит и Мари Ланеметс - рассказывает историю о швее, которая не может больше работать по специальности и впадает в глубокую депрессию. У неё появляется желание истязать себя, она втыкает в тело иголки и прошивает поверхность ладони красной нитью. В инсценировке прослеживаются черты брутального акционистского перформанса и отголоски фольклора - народная вышивка красным по белому... Однако в «Нейлоновой луне» рукоделие, к которому обычно прибегают с целью снять напряжение или, чтобы сосредоточиться и подумать, оборачивается автосадизмом.

Фильм «Мехико» (режиссёр Кристиане Лиге), получил первый приз в категории немецкого кино, убедив жюри искренностью героев и безупречно выстроенной композицией. В течение пяти минут зритель становится свидетелем довольно откровенных размышлений эмансипированной и уверенной в себе девушки, этакой «планетарной кочевницы».

Не это ли та самая «новая искренность» в искусстве, о которой так много говорят? Возращение к поиску смысла и духовности под прикрытием лукавой саморефлексии? Швейцарская лента «Энгадинское чудо» - история двух самоубийц, рассказанная с «того света», затрагивает ту же тематику. На фоне голубого неба и звёзд две "говорящие головы", мужская и женская, параллельно вспоминают последний день своей жизни, что немного утомляет, зато финал - трогательный. Случайно встретившись на горнолыжном курорте, размышляя о смерти, герои влюбляются, знакомятся, но трагически гибнут ... Вместе... Но об этом мы подозреваем уже в начале фильма. "Переживательное" и немного печальное кино нередко встречалось у кинематографистов и художников из Восточной Европы. Это, например, отмеченный наградой на прошлой «Берлинале» «Тир» Тараса Томенко из Украины - история бездомного подростка, для которого стрелковый тир становится единственным прибежищем от жизненных невзгод. Пример «глобализовавшейся творческой личности» - талантливый режиссёр и видео-художник из Киева Оксана Чепелык. Её видеоработа "Introduction" - «Инструкция», была отснята в Рио-де-Жанейро, а демонстрировалась в категории «Немецкое кино», поскольку продюсером выступил Фонд «Баухауз».

- История фильма такова. Мы поехали в Бразилию с группой из Фонда «Баухауз» из города Дессау реализовывать проект, который назывался «Виртуальная башня». Это проект из долгосрочной программы фонда с выездами в различные города и страны. Основная тема - городская среда. Город Рио-де-Жанейро и Фонд "Баухауз" заключили контракт на разработку концепции по развитию фавелы Жакаризинья, крупнейшей в городе. Сегодня около 80 процентов из 6 миллионов жителей Рио-де-Жанейро живут в фавелах. Жакаризинья - это небольшой городок с населением порядка 60 тысяч. В проекте «Баухауза» по развитию фавелы на ближайшие 10 лет значились крупные события с привлечением международного капитала. Предполагалось создать инфраструктуру, чтобы жители получили работу. Всё это напомнило мне «проект Нью-Васюков», описанный Ильфом и Петровым.

Видеофильм «Инструкция» - побочный продукт сотрудничества Оксаны Чепелык с «Баухаузом». Речь идёт о инструкции для иностранцев. На фоне отлично смонтированных картин повседневной жизни обитателей трущоб автор зачитыает по -английски рекомендации иностранцам, как вести себя в фавеле, чтобы остаться целыми и невредимыми (см. интервью в приложении). Лента не иллюстративна, видео - и аудиоряд идут параллельно, и режиссёр не стремится подловить ситуации, подтверждающие положения «Инструкции». В немецкой программе участвовал продукт кооперации молодых грузинских кинематографистов и берлинской продюсерской фирмы под названием «Какашка». В виду имелся след жизнедеятельности птицы на лобовом стекле автомобиля, на который обращают внимание в заключительной сцене (ведущие весьма абстрактную закадровую беседу) авторы. «Салонная олигофрения» молодой культурной элиты» - поясняет идею «Какашки» фестивальный каталог. О последствиях глобализации для короткометражного кино рассказывает Николай Никитин:

- Я не могу судить о всей программе фестиваля, поскольку я участвовал в жюри немецкой секции и у меня просто не было времени за всем следить. Но на вопрос о том, что такое сегодня «национальное кино», действительно трудно дать однозначный ответ. В эпоху глобализации поддерживать национальный характер фестиваля и рассуждать о «немецком» кино очень нелегко. И не всегда понятно, зачем это нужно. Всё больше режиссёров, сценаристов, продюсеров - родом не из Германии, всё больше фильмов снимается совместно. Критерии, позволяющие говорить о «немецком», или вообще о "национальном" кино, становятся всё более размытыми, это вполне объективное развитие. Но это не должно означать, что отборочная комиссия может работать спустя рукава. Работы, представленные в «немецкой категории», должны отвечать нашим стандартам.

Тяжёлое финансовое положение киностудий постсоветского пространства, отсутствие материальной базы, госзаказов и спонсоров стало уже притчей во языцех. И тем не менее, и тут происходят позитивные сдвиги. У Ерлана Нурмухамбетова из Алма-Аты в Оберхаузене состоялась премьера 13-минутного видеофильма «Воскресенье».

- Мне хотелось показать не приближение к реальности, а будто это мой сон о том, как люди проводят воскресенье. К счастью, мне удалось найти спонсора. Но положение казахского кино понемногу стабилизируется, с этого года государство, наконец, стало давать заказы. Существует план по финансированию отечественного кино на 2001-2005 гг. Прогресс есть, что отрадно. Молодым кинематографистам тоже будут давать деньги. До недавних пор в год снимали не более 2-3 фильмов, в будущем, благодаря госзаказу, будут снимать около 5 картин. Все остальные проекты могут быть реализованы в рамках совместной продукции, если найдутся спонсоры - свои или из-за рубежа.

Фильм «Мама» Оксаны Аурушкявичене из Вильнюса был отмечен жюри министерства культуры федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия. Особой заслугой режиссёра критики назвали «очень точное наблюдение за жизнью семьи в экстремальных условиях, преисполненное уважения к персонажам».

- Мой фильм "Мама" - чёрно-белый, снят на видео, "Бета". К сожалению, у видеолент жизнь более короткая, и возможностей меньше: прокатчика найти нелегко. «Мама» - это история одной асоциальной семьи. Фильм о детях, об их одиночестве, какие у них игры, о том, как они пытаются изменить свою жизнь.

Впервые приняли участие в фестивале художники из Москвы Владимир Сальников и Нина Котёл.

- Я очень рада, что мы приехали на такой фестиваль. Мы не знали из чего состоит программа и что это за фестиваль, но уже здесь узнали, что это была "левацкая идея". Ещё в годы «холодной войны» здесь, в Оберхаузене, демонстрировались интересные и острые ленты из Германии и других стран. Разброс и в темах, и в том, что касается уровня работ - очень велик. Особенно привлекательно то, что в конкурсную программу берут все форматы. Ведь обычно кино и современное искусство, видео-арт довольно строго разделены, поэтому особенно приятно то, что в Оберхаузенском фестивале участвуют не только кинематографисты, но и художники. Мы с Вовой занимаемся видео-артом, снимаем для видео-инсталляций, и не так давно стали делать короткие фильмы, посылать их на различные фестивали. И вот мы впервые участвуем в международном конкурсе.

Фильм Нины Котёл и Владимира Сальникова называется «Танцующий Шива и его адепт».

- Наша короткометражка состоит из комбинации двух съёмок. Первая состоялась на Дне рождения одной московской художницы в Институте современного искусства, в бывшей мастерской Ильи Кабакова. Вторая съёмка - это кадры горящей Останкинской телебашни. Всё это происходило примерно одновременно, прошлым летом. Стояла страшная жара. Ситуация на Дне рождения тоже довольно удивительная, поскольку меня пригласил туда известный художник Андрей Монастырский танцевать. Это странно, хотя бы уже потому, что этот обычай не характерен для европейской культуры, он существует в Китае и некоторых других восточно-азиатских странах. Например, начальник может пригласить подчинённого, если хочет его поощрить, подчинённый может пригласить начальника, чтобы показать ему свою привязанность. Танцы шли под индийскую музыку, я изображал индийского бога Шиву, а Монастырский - моего адепта. Поверхностный смысл этой ленты - «пир во время чумы». Ведь прошлое лето было очень несчастливым: потонула подводная лодка «Курск», загорелась телебашня в Останкино. Потом шли долгие разговоры о том, что Путин ведёт себя не правильно, не как «отец народов». После чего он стал себя вести, как «отец народов». В общем, вся смонтированная ситуация довольно интересно обыгрывается и со звуком, с одной стороны, индийская музыка, а с другой, во время пожара в Останкино вдруг раздаётся колокольный звон... Там неподалёку православный храм. И всё это обрамляет музыка московского композитора Сергея Загния, которая состоит из повторяющихся серий. Получилась комичная ситуация, обрамлённая чёрным юмором.

Ещё один российский участник фестиваля - Александр Поздняков, продюсер, ведущий телепередачи «Большой экран» на петербургском телевидении, привёз в Оберхаузен картину «Болдинская осень», которую в России все очень ругали, а оберхаузенское жюри, напротив, отметило как «фильм особенно пригодный для демонстрации в кинотеатрах». С виду довольно аскетичный фильм, тем не менее сильно воздействует на зрителя, не в последнюю очередь за счёт вербальной агрессии героев. Александр Поздняков подводит итоги фестиваля:

- Главное достоинство этого фестиваля, это то, что здесь можно почерпнуть новые идеи. В короткометражке можно увидеть какой-то интересный монтажный стык, неожиданный ракурс, неожиданную идею. Всё это щедрою рукой разбрасывается авторами. На мой взгляд, те люди, которые умеют воспринимать идеи, в частности, продюсеры, они ухватывают тенденции и новые направления, рассеянные по этим маленьким картинам.