1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Уик-энд

10.11.2001 Своё сердце я потерял в Гейдельберге

Ich hab mein Herz in Heidelberg verloren» - «Своё сердце я потерял в Гейдельберге»: поётся в одной давно ставшей народной немецкой песне. Почему именно в Гейдельберге? Почему обаяние именно этого года сладким ядом проникало и проникает в сердца тех, кому довелось здесь побывать? Это было и остаётся загадкой. Феномену Гейдельберга посвящена передача, подготовленная моей коллегой Оксаной Евдокимовой.

Некоторые, останавливавшиеся здесь на короткое время, становились гейдельбергцами в силу некого таинственного посвящения. Многие именно здесь открывали для себя живой огонь, распространяющий свои свет и тепло по всему миру.

Эти строки написал о Гейдельберге известный немецкий философ Карл Ясперс, представитель религиозного экзистенциализма и психиатр. Ясперс провел в Гейдельберге свои студенческие годы, получил степень доктора, руководил кафедрой философского факультета в здешнем университете. И пытался понять, почему этот город, словно магнит, притягивал к себе интеллектуалов со всего света. Попытаемся разгадать «тайну Гейдельберга» и мы...

Гейдельберг: Возраст - 805 лет. Административный центр федеральной земли Баден-Вюртемберг. Расположен на высоком берегу реки Неккар, среди поросших лесом холмов. Доминирующий архитектурный стиль – барокко. Население: 130 тысяч человек. Из них – 35 000 студенты. Ежегодно город посещают три миллиона туристов. Большинство из Соединенных Штатов Америки и Японии.

В Гейдельберге несколько церквей и музеев, два больших универмага, пять театров, одна филармония. Три моста перекинулись с одного берега реки на другой, один из них – в барочном стиле, - считается красивейшим в Германии.

Слово «самый» применимо и к ряду других достопримечательностей Гейдельберга: здесь имеется самая длинная в Германии пешеходная улица, самая большая в мире деревянная винная бочка – и, конечно, самый старинный университет страны.

В Гейдельберге жили поэты Иоганн Вольфганг Гёте, Фридрих Гёльдерлин и Осип Мандельштам, писатели Марк Твен и Виктор Гюго, философы Гегель, Бердяев и Ясперс, композиторы Шуман, Брамс, Бородин и Скрябин.

Практически на каждом доме весит мемориальная доска, а старые адресные книги Гейдельберга походят на справочник «Кто есть кто в духовном мире Германии 19 столетия».

Итак, я поднимаюсь к Неоготическому замку: это главная достопримечательность и своего рода символ Гейдельберга.

Со мной - Тон Доктер. Голландец по происхождению, он около тридцати лет работает в Гейдельберге экскурсоводом. Тон Доктер рассказывает, что замок существенно пострадал в ещё во время тридцатилетней войны.

Некоторые из его массивных башен и сегодня находятся в полуразрушенном состоянии. Архитекторы 19 века горячо спорили о том, стоит ли их восстанавливать. В итоге сошлись на том, что не стоит. Впрочем, и романтические развалины приходится беречь и реставрировать: за последние сорок лет на это было затрачено около сорока миллионов марок.

Я стою на смотровой площадке замка. Передо мной открывается чудесная панорама. Внизу простирается город, опоясанный бесшумным Неккаром. Берега реки соединяет роскошный мост. Вдали – лес, полный сочных красок осени. Холмы, поросшие виноградниками. Высоко – бесконечная голубизна. Этот – как сказал великий Гете, «идеальный», - вид очаровывал всех мыслителей, бывавших в Гейдельберге.

Карл Ясперс, анализируя этот феномен, заметил следующее:

    «Я часто спрашиваю себя: что есть дух Гейдельберга? Это нечто словно парит над землей».

    А веком раньше Иоганн Вольфганг Гете внес в свой дневник такую запись:

      «Мифы Гейдельберга обещают вечную молодость, волшебство всегда нового начала».

      А вот что говорит арабский писатель Салим Алафениш. В семидесятых годах он приехал из Израиля в Германию. Гейдельберг стал его родиной.

        - Иногда мне кажется, что слава о красоте этого города превосходит собственно его красоту. Везде толкуют о его необыкновенной красоте. И вдали от дома я делаю тоже самое. Мне приходится много путешествовать. И, находясь в том или ином уголке земного шара, я всегда звоню жене и говорю ей: «Боже мой, как здорово, что мы живем в Гейдельберге». Нет, я действительно счастлив, что живу именно здесь.

        Может быть, все дело, выражаясь современным языком, в «удачном позиционировании»? В хорошо поставленной рекламной компании, идущей уже не первый век?

        В городе находится один из старейших университетов, который всегда был и остаётся местом встречи интеллектуалов всего мира. Писатели, философы, поэты прогуливались приятными вечерами по улицам Гейдельберга, поднимались к замку и, наполненные романтичными чувствами, по сути, делали свою работу: писали. В результате рождались прекрасные стихи, песни, рисовались картины. Векам этой «многовековой рекламной кампании» могли бы превратить романтичный город на Неккаре в город-музей, прекрасный, но неживой.

        Поэтому сегодня, как никогда ранее, здесь старательно работают над имиджем города. Этим занимается не только специальный отдел по туризму в местной мэрии, но и экскурсоводы. Их задача – сочным языком повествовать о волшебстве и загадке Гейдельберга. От их мастерства зависит то, будут ли их рассказы передаваться из уст в уста, будет ли миф о Гейдельберге жить дальше.

        Я прогуливаюсь по территории замка с Тоном Доктером и с огромным удовольствием слушаю его истории, которые он, профессионал своего дела, может рассказывать без остановки. Иногда кажется, что он сочиняет их на ходу – а может быть, так оно и есть. Так, Тон Доктер останавливаясь перед фасадом замка, обращает мое внимание на отпечаток человеческой ступни в каменной плите. И каким только образом он здесь оказался? Ответ у Тона Доктера наготове:

          - Одному рыцарю нужно было как можно быстрее покинуть спальную комнату княгини, потому что ее супруг вернулся домой раньше, чем его ожидали. Во всех своих рыцарских доспехах неудачливый любовник выпрыгнул из окна. Но, как видите, его визит к знатной даме не остался «бесследным»...

          Словом, романтичный город Гейдельберг. И почему лишь Париж считается городом любви? Передо мной цитата из очерка Розы Мейер-Левин. Она покинула Россию в начале 20 века, приехала в Гейдельберг, чтобы выучить немецкий язык, после чего работала в Германии гувернанткой.

            «Меня особенно привлекало в Гейдельберге то, что его называли «старым Гейдельбергом». Здесь можно было погрузиться в иной мир: мир старины и романтики. Кроме того, здесь много и открыто говорили о так называемой «свободной любви». Девушка с прогрессивными взглядами на жизнь теперь не могла отказать пристававшему к ней молодому человеку без объяснения на то причины. В то время как провинциалы удовлетворялись простыми поцелуями, студенты из столиц не были скромны. От них не так было легко отделаться. «Фройляйн, неужели Вы так старомодны?»

            Ко всему, что касается любви – свободной или консервативной – в Гейдельберге и сегодня относятся весьма темпераментно. Я в очередной раз в этом убедилась, после того, как мой экскурсовод Тон Доктер преподнес мне неожиданный сюрприз.

              - Посмотрите мне в глаза.
              (Пауза)
              - Подойдите поближе.
              (Пауза)
              - Это был студенческий поцелуй.

              Вот так, по-студенчески, я поцеловалась с малознакомым мужчиной. Следует добавить, что студенческий поцелуй запрещает всяческое прикосновение и, кроме того, имеет порою материальное выражение. После совершения необычного ритуала, я получила от Тона Доктера круглую большую шоколадную конфету, завернутую в красную фольгу. «Студенческим поцелуем» может быть также и специально оформленная бутылочка вина. А продается такое удовольствие в кондитерских или сувенирных лавках Гейдельберга. Подробности об этой традиции я узнаю из вкладыша, вложенного в упаковку шоколадной конфеты. Итак, история гейдельбергского студенческого поцелуя.

              В самом центре старого города в 1863 году открылся первый в Гейдельберге кофейный дом. Скоро он стал любимым местом встречи почтенных граждан, профессоров и, конечно же, студентов. Сюда приходили и юные дамы в сопровождении строгих гувернанток из очень известного в то время пансионата. Им нравилось наблюдать, пусть и со стороны, за шумными и весёлыми студенческими кампаниями. И молодые люди в свою очередь бросали жгучие и многозначительные взгляды в сторону юных девиц. Все это происходило под внимательными взорами гувернанток.

              Владелец кафе, конечно, тоже не мог не заметить, что вечерами в его кафе устраиваются интенсивные обмены загадочными взглядами. Всем своим сердцем добродушный кондитер жаждал помочь юным девицам и кавалерам организовать свидание. Но при строгих гувернантках это казалось невозможным. Однако у кондитера была богатая фантазия и большое чувство юмора. В один прекрасный день он преподнес одной юной даме шоколадную конфету. Она называлась «студенческий поцелуй», и ее заказал для этой девушки сидевший за соседним столиком студент. С того самого дня юноши начали одаривать шоколадными поцелуями понравившихся им девушек. Запретить это строгие гувернантки не могли. Ведь поцелуи-то были по-студенчески невинны...

              Как видим, легендами и байками Гейдельберг полон. Всех не пересказать. При чем сложно установить, какая из них – правда, какая – небылица. Но Тону Доктору – моему спутнику – это не важно. Главное для него – работать так, чтобы его гостям, в данном случае мне, было жалко покидать чудесный Гейдельберг. Мой вывод: чтобы достичь этого, нужно быть не просто хорошим экскурсоводом, но еще и шоуменом.

              Тем временем, Тон Доктер поджидает меня на очередной станции нашего путешествия по Гейдельбергскому замку. Винный погреб. Итак, заходим. В глаза бросаются несколько огромных деревянных бочек.

                - Пфальцские курфюрсты славились тем, что любили выпить. Причём за один день потреблялось по две, а то и три тысячи литров вина. Вином крестьяне платили налоги, поэтому его всегда было достаточно.

                И, конечно же, эта жизнерадостная традиция нашла отражение в вокальном народном творчестве:

                  - И как только я добрался до дома? Фальдера. Кажется, опять напился до упаду. Фальдера.

                  Сегодня это студенческая песня.

                  Хорошо выпивали не только курфюрсты.

                    Гейдельберг, о Гейдельберг!
                    Прелестнейший уголок!
                    Здесь и я бывал студентом!
                    Моя матушка причитала:
                    «Йозеф, вернись домой
                    Ты уж совсем одичал
                    Там, со студентами.
                    Ты пьешь много, ты куришь много,
                    Ты совсем скатишься,
                    если не перестанешь быть студентом в Гейдельберге.

                    Заметил немецкий поэт Виктор фон Шеффель в стихотворении под названием «Лебединая песнь». Тема праздной жизни гейдельбергских студентов не оставила равнодушной и Марка Твена:

                      «В любое время суток на улицах Гейдельберга встречаешь студентов. При этом их так много, что поневоле начинаешь себя спрашивать: А учатся ли они вообще? Однако на самом деле, студентов, ведущих праздный образ жизни, не так уж и много. Из восьмисот студентов Гейдельберга я знаю в лицо, наверно, лишь человек пятьдесят. Зато их я вижу повсюду и ежедневно. Они бродят по улицам, по лесистым холмам, ездят на дрожках, катаются на лодках, по утрам пьют пиво, а по вечерам потягивают кофе в ресторане при замке. Многие очень стильно одеты и имеют хорошие манеры. Они ведут легкую, беззаботную и праздную жизнь».

                      А вот что писал немецкий искусствовед Вильгельм Пиндер своему другу детства Фридриху Ницше:

                        «Дружище!

                        Я тебе настоятельно рекомендую как можно скорее расправиться с последним семестром в этом отвратительном Пфорте и без промедления приехать сюда. Гейдельберг предлагает яркую картину жизни, чем любой другой университетский город. Несмотря на небольшое число обитателей, его можно с уверенностью назвать мировым городом. Сюда стекаются люди самых разных национальностей. Англичан и французов встречаешь на каждом шагу. Прогуливаясь по променаду, кругом слышишь иностранную речь, намного чаще, чем нашу родную. Поляки, греки, русские: их необыкновенно много. Даже негров мне довелось здесь встретить!»

                        Попрощавшись с моим экскурсоводом, я иду в университет. Треть всех его студентов приехали учиться из-за границы. С одной из них мне удалось поговорить. Лала Авдиева шесть лет назад приехала в Гейдельберг из Грозного. Она изучает физику и считает Гейдельберг своим домом.

                          - Меня особенно очаровывает в гейдельбергском университете то, что он является одним из самых старейших. Он как бы связывает нас с великими мира сего, которые здесь когда-то бывали. Ощущать контакт с ними – прекрасное чувство.

                          В дружный хор голосов, восхваляющих Гейдельберг, вмешивается лишь один критический. Он принадлежит знаменитой американской писательнице и феминистке Эрике Йонг. Впрочем, и эта критика звучит скорее как комплимент:

                            «Гейдельберг – унылый, необыкновенной красоты город, в котором десять месяцев в году идет дождь. В течение целого дня солнце пытается побороть заслоняющие его облака, светит, может быть, час и вновь исчезает. И мы живем в своего рода интеллектуальном тюрьме, духовном гетто, из которого нет выхода».

                            Гейдельберг: здесь каждый ищет и находит что-то своё. «Немецкое эльдорадо» - так назвал Гейдельберг профессор университета и автор многочисленных путеводителей Михаил Бузельмайер. «Может быть, Гейдельберг – это всего лишь литературная утопия, прекрасное отражение иного мира, которого нет?», - спрашивает Бузельмайер.

                            Уезжая из Гейдельберга, многие повторяют строчку из известной немецкой песни: «Свое сердце я оставил в Гейдельберге». Обаяние этого города, как сладкий яд, постепенно проникает в сердце, делая прощание с Гейдельбергом мучительно болезненным.

                            Как для немецкого писателя Вильгельма Будде, который, покидая Гейдельберг, написал:

                              «Сегодня я покинул Гейдельберг. Друзья мои, слышите? Я оставил Гейдельберг! Слезы хлынули из моих глаз. Само сердце кровоточит, и жизнь по капле вытекает из меня. Эта жизнь осталась там: в парадной и на улице, в церкви и на мосту. Эта жизнь - в Гейдельберге».