1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Дополнительный урок немецкого 2

10.06.2001 DX- рубрика

Сегодня я снова возвращаюсь к теме "Маркони - Попов". Как же могло случиться, что несмотря на фактическое признание первенства в изобретении радио за русским учёным, для европейского обывателя "отцом" радиосвязи продолжает оставаться Маркони? Несправедливо распорядилась судьба по отношению к российскому изобретателю, отдав все лавры славы итальянцу. Биография Александра Степановича Попова один к одному напоминает рассказы Чехова о жизни русской интеллигенции. Жертвенность, трагизм, обречённость, конечная несостоятельность - её основные черты. А, может быть, просто под несчастливой звездой родился 16 марта русский физик? Прежде чем делать окончательные выводы, я решила сравнить условия, в которых довелось жить и работать обоим изобретателям.

Попов родился в многодетной семье сельского священника. Из-за отсутствия средств его отдали в духовное училище, затем семинарию, где обучение было бесплатным. Но страсть к точным наукам привела его в Петербургский университет. В свободное от учёбы время Попов зарабатывал на жизнь. Его блестящая дипломная работа была на уровне кандидатской диссертации. Университет сразу предложил ему подготовку к профессорскому званию, но выхлопотать стипендию не удалось. Вечное безденежье вынудило отказаться от учёной карьеры и искать работу. Попов устроился преподавателем в Минный офицерский класс. Звание профессора он получит, но уже под конец своей недолгой жизни.

А что же Маркони? Его детство и юность прошли в других условиях. Родившись в семье богатого землевладельца, он нужды ни в чём не знал. Не заботясь о хлебе насущном, ему было проще заниматься увлекательными экспериментами: и время, и место, и средства были в избытке. Он даже и студентом настоящим никогда не был - всего лишь вольнослушателем тех лекций, которые ему были интересны.

Не секрет, что воспитание и условия жизни не просто откладывают отпечаток, но и формируют личность. Скромность, повышенное чувство долга, непритязательность к себе, забота о других, поразительная трудоспособность характеризовали сына священника. Богатого итальянского юношу отличали другие качества - напористость, уверенность в себе, самолюбие, тщеславие и определённая беспринципность. Если русский изобретатель был по духу учёным, то итальянский, в первую очередь, предпринимателем. Помните, как в борьбе с конкуренцией, вопреки безопасности на море, компания "Маркони" запретила судам, оснащённым её аппаратурой, вести связь со станциями других радиотелеграфных компаний, даже если речь шла о гибели. А самовольное введение сигнала бедствия? Подобное мог себе позволить лишь тот, кто пользовался непререкаемым авторитетом.

Судьба благоволила к итальянцу. У него с самого начала были влиятельные покровители, пусть не в Италии, так в Англии, и щедрое финансирование со стороны британского правительства.

В консервативной же России в конце 19 века к новинкам техники относились с недоверием. Первую финансовую поддержку - всего 900 рублей - Попов получил лишь после того, как пресса, не только зарубежная, но и российская, с восторгом заговорила об изобретении итальянского самоучки. Когда стало ясно, что речь идёт об искусном плагиате, Попов опубликовал в "Новом времени" от 22 июля письмо, в котором он практически подарил своё изобретение итальянцу: "Если мы охотно пользуемся преимуществами от чужих изобретений, то мы должны быть рады судьбе послужить и другим своим изобретением, и сделать это должны великодушно и бескорыстно".

Популярность Маркони принесла и созданная им компания "Беспроволочного телеграфа". Аппаратура под его именем сразу стала известной. А в России к концу века своей радиопромышленности не было. Было несколько мастерских, но нужды флота удовлетворить они никак не могли. Поэтому чертежи и статьи Попова были переданы иностранным фирмам: профессору Слаби и графу Арко - владельцам Германской всеобщей компании электричества (AEG) и инженеру Дюкрете - хозяину одноимённой французской радиофирмы. Дюкрете осенью 97 года на Парижской выставке представил выполненный по чертежам русского изобретателя аппарат, а в Германии и того проще - профессор Слаби сам был экспертом Патентного бюро. Вот поэтому, когда Маркони предъявил права на патент Германии и Франции, обе эти страны его приоритета не признали, как, впрочем, и США. Самое удивительное в этой истории - английское законодательство о привилегиях на изобретения от 20 мая 1896 года. Оказывается, чтобы тогда получить патент в британском королевстве, совершенно не требовалось устанавливать и доказывать мировую новизну заявленого изобретения. Подобное в комментариях, на мой взгляд, не нуждается.

Русский учёный скончался 31 декабря 1905 года, на 47 году жизни. А Маркони к этому времени уже добился головокружительного успеха. Продукция его фирмы заполонила европейский рынок. Реклама более усовершенствованной аппаратуры постепеннно вытеснила с рынка радиостанции системы "Попов-Дюкрете", а это привело к тому, что и имя Попова, как изобретателя телеграфа без проводов, стало упоминаться всё реже и реже. Кто знает, как сложилась бы судьба изобретения, если бы в 1909 Александр Степанович был ещё жив. Ведь Маркони получил Нобелевскую премию не за изобретение, а за вклад в создание беспроволочной телеграфии. Я уверена, что если бы не преждевременная смерть, Попов стал бы лауреатом Нобелевской премии за открытие нового средства связи, но премия эта, увы, посмертно не даётся.