1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

09.08.2001 Гуманитарная помощь Германии российским тюрьмам

Недавно из города Вупперталь в федеральной земле Северный Рейн-Вестфалия в российский город Владимир направился необычный груз: полторы тонны тюремной одежды, лекарства, пять подержанных автобусов и грузовиков для перевозки заключенных. По словам министра юстиции Северного Рейна-Вестфалии Йохена Дикманна, эта помощь призвана оказать России хотя бы небольшое содействие в деле «гуманизации» исправительных учреждений. О встрече с Йохеном Дикманном, а также с работником министерства юстиции Северного Рейна-Вестфалии Эберхардом Лёмером, сопровождавшим конвой с гуманитарной помощью рассказывает моя коллега Наталия Королева:

Находящийся в двухстах километрах от Москвы Владимир отличает не только то, что он относится к российским городам с богатейшими культурными и историческими традициями и входит в знаменитое «Золотое кольцо». Через камеры Владимирской тюрьмы, которой вот уже 250 лет, прошли все самые знаменитые уголовники царских времен, революционеры и диссиденты нового времени. Камеры Владимирки – это как бы коды истории государства российского. Сегодня они переполнены, как никогда. Подавляющая часть заключенных – это люди, оказавшиеся в тюрьме из-за нужды, безработицы, оставшиеся без источника дохода или крыши над головой. По словам недавно побывавшего там работника министерства юстиции Северного Рейна-Вестфалии Эберхарда Лёмера, условия содержания заключенных просто катастрофические.

    - Мы видели помещения, в которых располагалось до ста коек. Так живут там заключенные. Трудно представить себе, как можно нормально спать и вообще отдыхать после работы в подобной обстановке. Разумеется, в такой тесноте не обходится без конфликтов, которые нередко заканчиваются поножовщиной. Хотя российские коллеги заверили нас, что ситуация постоянно находится под контролем. Страшно и то, что в переполненных тюрьмах возникают большие проблемы со здоровьем заключенных. Например, сильно распространен туберкулез и его неизлечимая лекарственно-устойчивая форма, более ужасная, чем СПИД и рак.

    Россия занимает первое место в мире по количеству заключенных. Каждый четвертый взрослый мужчина - житель России – бывший арестант. Тысячи из заключенных ежегодно погибают от голода, туберкулеза и других болезней. В российских колониях, тюрьмах и СИЗО не хватает продуктов, лекарств, одежды, простого мыла. На питание одного заключенного из госбюджета выделяется 4-6 рублей в день. Две тысячи арестантов умирают, не дождавшись судебного приговора. А те, кто выходит на свободу, часто оказываются «за чертой». Чтобы изменить такое положение, на Западе было принято решение о сотрудничестве пенитенциарных систем разных стран и об организации помощи российским исправительным учреждениям. Как же осуществляется такая поддержка? С этим вопросом я обратилась к министру юстиции земли Северный Рейн-Вестфалия Йохену Дикманну.

      - Она осуществляется в рамках проекта, разработанного по инициативе Совета Европы. Проект охватывает страны Центральной и Восточной Европы. Он определяет стратегию взаимодействия пенитенциарных систем разных государств и направлен на укрепление разносторонних контактов между ними. Прежде всего, это помощь в организации административной работы пенитенциарных учреждений восточноевропейского блока и в развитии процесса демократизации в них.

      Проект был принят в Страсбурге в 1998 году. В нем участвует 41 страна. Так, мы, немецкая сторона, совместно с Великобританией и Норвегией, оказываем поддержку тюрьмам России и, в частности, Владимирской области. Финансирование проекта в значительной мере осуществляет Совет Европы. Но определенный вклад в этом смысле вносит и непосредственно земля Северный Рейн-Вестфалия.

      Исправительные учреждения Северного Рейна-Вестфалии сотрудничают с тюрьмами Владимира. Нередко немецкие коллеги оказывают россиянам и материальную поддержку. Йохен Дикманн рассказывает о последней акции помощи владимирским тюрьмам:

        - Наши сотрудники, побывавшие во Владимире, пришли к выводу, что условия транспортировки заключенных владимирской тюрьмы не мешало бы улучшить. Как правило, российских заключенных перевозят на обычном грузовике с деревянными скамьями. А ведь во всем цивилизованном мире используется специальный транспорт для перевозки арестантов на работу, для доставки в суд. Вот мы и воспользовались возможностью передать во Владимир пять подержанных, но в очень хорошем состоянии машин. Это большой автобус, два микроавтобуса и два автомобиля. Эти транспортные средства были доставлены на пароме до Хельсинки, а потом перегнаны во Владимир. На них мы отправили полторы тонны груза – медикаментов, а также добротной одежды для заключенных.

        Партнерство немцев и россиян выражается и в обмене теорией работы. Так налажены тесные связи между преподавателями высшей юридической школы в Вуппертале и соответствующим специальным учебным заведением во Владимире. А еще немецкие и российские тюрьмы вот уже на протяжении двух лет обмениваются специалистами. Регулярно идет такой обмен между тюрьмами Владимира и Бохума. Юношеская колония в Хайнсберге (это рядом с Аахеном) поддерживает постоянные связи с владимирской молодежной исправительно-трудовой колонией. Как же это выглядит на практике? Скажем, что конкретно предстоит сотруднику российской тюрьмы по приезде в Северный Рейн-Вестфалию? Министр юстиции Йохен Дикманн поясняет:

          - Он несет службу вместе со своим немецким коллегой. Ведь только так он может собственными глазами увидеть, как организована работа наших исправительных учреждений. Российского специалиста всюду берут с собой, от него абсолютно ничего не скрывают. Мы стараемся обратить его внимание на наиболее важные моменты нашей работы. Например, на то, что у нас заключенный не только несет наказание. Мы должны сделать все возможное, чтобы социализировать его. Иначе он потеряет себя как личность.

          В соответствии с нашими законами, выйдя на свободу, заключенный должен получить возможность интегрироваться в обществе. Поэтому с арестантами у нас проводится большая социальная работа, как со стороны персонала тюрьмы, так и со стороны благотворительных и общественных организаций, находящихся за ее пределами. Для заключенных-наркоманов создана специальная консультация. Церкви организуют семинары для родственников тех, кто отбывает срок наказания. Для российских коллег это очень важный аспект.

          А могут ли что-то почерпнуть для себя в России работники немецких пенитенциарных учреждений? На этот вопрос я попросила ответить Эберхарда Лёмера, который сопровождал конвой с гуманитарной помощью для владимирских тюрем.

            - Нас впечатлили так называемые исправительно-трудовые колонии. У нас в Германии такого нет. Они отличаются тем, что на большой площади этих комплексов лагерного типа размещаются как тюрьма, так и производственные цеха. С внешней стороны лагеря бдительно охраняются, но по их внутренней территории заключенные могут перемещаться абсолютно свободно. Обстановка там не такая давящая, как в обычных тюрьмах. А еще меня поразило то, что родственникам заключенных позволены длительные визиты. Они могут приехать в тюрьму на три дня. Причем, им бесплатно предоставляется отдельная комната, где все это время может пребывать и заключенный. Его даже на этот срок освобождают от работы. Это очень гуманно.

            - В чем принципиальное отличие российских пенитенциарных учреждений от немецких?

              - Конечно, разница между западными и российскими тюрьмами огромная. Прежде всего, чисто внешне. Тюремные здания в России находятся в плачевном состоянии, на ремонт средств нет. Хотя Совет Европы намерен приложить в этом направлении все усилия, дабы довести уровень российских исправительных учреждений до западного стандарта. Но, думаю, процесс этот будет очень долгим. Впрочем, намного важнее то, чтобы перестройка произошла в умах руководства российских тюрем. Ведь исправительные учреждения России раньше были организованы по военной системе. Они и административно относились к министерству внутренних дел. Со временем они, как и в Германии, стали подчиняться министерству юстиции. Но все равно обстановка в наших тюрьмах имеет более гражданский характер.

              В России охранники до сих пор носят военные мундиры. Заключенные ходят в униформе. А ведь тюрьма – это не воинское подразделение, не подавляющая структура. Работа в ней должна вестись не против заключенных, а совместно с ними. Стереотип «Заключенный – враг общества» ушел в цивилизованном мире в прошлое. Собственно, наше сотрудничество и основано на том, чтобы российские коллеги получили представление, как перестроиться в этом смысле.

              Главное, утверждает Эберхард Лёмер, то, что сами работники российских тюрем заинтересованы в осуществлении перестройки пенитенциарной системы в своей стране. При посещении Германии они внимательно изучают методы работы здешних исправительных учреждений, в которых нет атмосферы конфронтации между администрацией и заключенными. Ведь в условиях перманентной «холодной войны» говорить о возможности конструктивной работы по исправлению заключенных или даже нормального функционирования тюрем и лагерей очень трудно. Министр юстиции земли Северный Рейн-Вестфалия Йохен Дикманн и его коллеги с интересом присматриваются к тому, как идет процесс становления российских пенитенциарных учреждений.

                Естественно, для нас, немецкой стороны, это очень инструктивно – наблюдать, как меняется то или иное исправительное учреждение в России. Впрочем, в этом смысле у нас хороший опыт и внутри Германии. После объединения страны мы начали интенсивную совместную работу с пенитенциарными учреждениями «новых» земель, положение которых также оставляло желать лучшего. Шаг за шагом, отношения «шефы и подшефные» переросли в сотрудничество, в дружественные связи. Так, партнеры земли Северный Рейн-Вестфалия – исправительные учреждения Бранденбурга, за прошедшие после объединения 10 лет окончательно встали на ноги, в корне изменили методы работы с заключенными и в помощи не нуждаются. Они работают самостоятельно. Для нас это больше не подопечные, а именно равноправные партнеры – как Бавария или Нижняя Саксония.

                В местах лишения свободы федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия отбывают наказание приблизительно сто заключенных – граждан Российской Федерации. До недавнего времени они замыкались в отдельных группах, не расставаясь ни в столовой, ни во время прогулок или занятий спортом, ни в церкви. Теперь положение меняется к лучшему. Вот что говорит министр юстиции Йохен Дикманн:

                  - Дело в том, что мы стали предоставлять больше рабочих мест в наших исправительных учреждениях бывшим гражданам России, переселившимся в Германию. Они стали как бы связующим звеном между русскоговорящими заключенными и администрацией. Ведь они не только говорят на языке российских арестантов, но и хорошо понимают их ментальность. И это принесло свои плоды. Ситуация с русскоговорящими заключенными намного улучшилась. Барьеры в работе с ними преодолеваются.

                  Несмотря на все положительные результаты сотрудничества исправительных учреждение России и Германии, в нынешнем году Совет Европы пошел на значительное сокращение финансовых дотаций по дальнейшему развитию проекта. Поводом для этого стала милитаристская политика России в Чечне. Не прервутся ли из-за этого столь удачно развивающиеся связи Северного Рейна-Вестфалии и Владимира? Однозначно ответить на этот вопрос пока трудно. Как бы то ни было, осенью к немецким специалистам «за опытом» приедут российские коллеги. А в следующем году министерство юстиции Северной –Рейн Вестфалии планирует отправку во Владимир еще одного конвоя автобусов для транспортировки заключенных с медикаментами для лечения туберкулеза. Отношения немецких специалистов с российскими партнерами отнюдь не напоминают улицу с односторонним движением.