1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

08.11.2001 Хотят ли немцы воевать?

Значит, так: где-то месяц назад я начал передачу с того, что вот, мол, я нахожусь в состоянии коллективной обороны. То есть, Соединённые Штаты подверглись нападению и обратились к партнёрам по НАТО, в том числе и к Германии, за помощью. А поскольку подобный случай предусмотрен союзническим договором, канцлер Германии Герхард Шрёдер тут же заявил о безоговорочной солидарности и поддержке. Вот с тех самых пор все поголовно жители Германии - немцы и иностранцы, христиане имусульмане - оказались в состоянии обороны.

Тогда это воспринималось, как некая курьёзная формальность. Но вот спрошлого вторника стало не до шуток. Я теперь нахожусь в состоянии не то повышенной боеготовности, не то уже и вовсе войны.

То есть, Соединённые Штаты запросили у правительства Германии реальной военной поддержки. А поскольку канцлер Германии Герхард Шрёдер обещал безоговорочную солидарность, 3900 военнослужащих Бундесвера откомандированы для участия в антитеррористической операции. Мы уже рассказывали, что это за части. Вот как описывает их канцлер Германии Герхард Шрёдер:

    «США запросили Германию о поддержке по следующим пяти пунктам.Во-первых, требуются бронетранспортёры-лаборатории типа «Фукс», которые будут обслуживать примерно 800 специалистов по защите от оружия массового поражения. Во-вторых, медсанчасть и 250 солдат для эвакуации раненых. В-третьих, 100 спецназовцев, в-четвёртых, до 500 служащих военно-транспортных подразделений и, наконец, примерно 1800 моряков для обеспечения безопасности перевозок стратегически важных грузов морским путём. В общей сложности, потребуются не более 3900 человек».

    Потенциальные места дислокации немецких военнослужащих - Аравийский полуостров, Северная и Восточная Африка, республики Средней Азии. Не исключается и участие немецких солдат в боевых действиях и спасательных операциях в самом Афганистане. Однако ни о каком длительном присутствие немецких войск на территории Афганистана не можетбыть и речи, подчеркивает министр обороны Германии Рудольф Шарпинг. Остальные детали он предпочитает не раскрывать:

      «Я прошу Вас отнестись с пониманием к тому, что мы оказались в своего рода шпагате между требованием и правом общественности на возможно полную информацию с одной стороны и интересами безопасностинаших солдат и успеха антитеррористических операций с другой".

      Стоимость этих операций оценивается в 500 миллионов марок на ближайший год. Однако окончательно утвердить участие немецких военнослужащих в действиях антитеррористической коалиции должен Бундестаг - парламент Германии. Заседание по этому вопросу состоится на будущей неделе. Но это политики. А что же думают по этому поводу рядовые немецкие граждане?

      Несколько социологических институтов уже провели опросы общественного мнения. Данные расходятся лишь незначительно.

      А если вывести средние цифры, то получается как раз поровну: половина немцев «за» участие немецких солдат в антитеррористических операциях, половина - «против». Мы тоже провели небольшой опрос. Он, конечно, ни на какую научность и репрезентативность не претендует. Просто практикантки нашей редакции Александра Маклакова и Елена Косухина отправились с микрофонами в центр Кёльна.

      Мы решили никакого отбора не делать, а просто задавать всем прохожим подряд один и тот же вопрос: как Вы считаете, должны немецкие солдаты участвовать в антитеррористических операциях в Афганистане или нет? Имён мы ни у кого не спрашивали, только профессии. И ещё на глазок определяли возраст. Вот результаты нашего опроса. Первой взяла микрофон женщина средних лет, по профессии аптекарь:

        «Ну, пока-то ничего не ясно. Но если их туда действительно отправят, если они действительно должны воевать там, в стране, в этом Афганистане, то я против. Вот и всё, больше мне нечего сказать».

        Против и пожилой господин. Он приехал из маленького городка в федеральной земле Гессен в гости к родственникам. Как он относится к возможной отправке немецких солдат в Афганистан?

          «Плохо отношусь. Наших генералов, которых тоже отправили на войну,они повесили. А я в плену сидел. У меня сын профессиональный военный. Вот если американцы войну проиграют, его объявят военным преступником. Ему в лицо плевать будут на улице. А если выиграют - то он тоже победитель. В ту войну простые солдаты, их тоже на войну насильногнали, а сегодня выставки показывают и убийцами называют. А причёмздесь простой солдат? Так и сейчас будет».

          Следующий наш собеседник, смуглый молодой человек, очень вежливои на безукоризненном немецком языке объяснил нам, что он только вчера прилетел из Джакарты, новостей не слушал и не смотрел, поэтому сказать что-то затрудняется. И церемонно откланялся. Рядом молодые ребята-строители жуют бутерброды, запивают, кто пивом, кто кофе из термоса. Для них вопрос ясен:

            «Я считаю, правильно, что их туда отправляют, потому что надо с этим кончать. Надо как-то разгребать всё это дерьмо. Надо с этим кончать. Чем больше парней там будет, тем быстрей разберутся».

            А вот темнокожий хозяин ресторанчика придерживается совсем иного мнения:

              «Я считаю, что всё это неправильно. И нечего немцам давать себя втягивать в эту американскую войну, когда никто не понимает, зачем эта война. Это - дело американцев. Что у них, своих солдат не хватает, что ли? Они там бросают бомбы на какие-то горы, никаких талибов там нет, только мирные жители. Глупость какая-то. Американцы вон своих гангстеровловят, наркоторговцев всяких. Полиция их ловит, а не военные. Пусть и бен Ладена своего так же ловят, а других не трогают. Это моё такое мнение».

              Следующая наша собеседница неожиданно заговорила по-русски. Зовут её Евгения, она учится в кёльнском университете:

                «Я всегда думала, что после второй мировой войны немецкое правительство - народ, это уже другое дело, - а немецкое правительство как бы пацифистами стали. Но по ходу дела Шрёдер не из их числа, и, считаю, что ужасно на самом деле».

                И по-немецки добавляет ругательное слово, которое мы переводить не будем. «Против» и пожилой господин. Только он сначала спросил, что, собственно говоря, произошло, а потом заявил:

                  «Я, само собой разумеется, категорически против. Я против того, чтобынемецкие части вмешивались. А по-моему, это вмешательство. Вы сами по возрасту видите, что я - из военного поколения. Я после той войны стал пацифистом. Я не политик и не могу Вам всё это гладко объяснить. Но моё личное мнение такое: немцам никогда больше нельзя ни в какуювойну ввязываться. Передайте привет слушателям «Немецкой волны» в России».

                  Очень поучительно проводить такие опросы. Знакомишься с самыми неожиданными людьми. Вот господин Франке (он сам тут же представился) оказался пресвитером Церкви Иисуса Христа. Так официально называют себя мормоны:

                    «Надо ли посылать туда немецких солдат или нет? Я считаю, это доброедело. Вообще-то я, конечно, против войны и против насилия. Я миссионер Церкви Иисуса Христа последних дней, мы здесь, в Германии, проповедуем любовь к ближнему и всепрощение. Мы занимаемся миссионерской деятельностью. Но после того, что случилось в Америке... Эти террористы попирают все заповеди Господни и человеческие. И мы должны помочь нашим американским братьям в борьбе против этого зла. Я, правда, не уверен, что мы добьёмся успеха. Боюсь, что начнётся эффект домино... Но что-то надо делать».

                    А вот ещё одно мнение «за». Его высказывает дама средних лет, служащая городского управления:

                      «Я считаю, что это необходимо, и нам от этого не отвертеться. Мы ж неможем всегда оставаться в стороне. Германия - член НАТО, значит, надо впрягаться в упряжку. Кому же хочется войны? Американцы её не хотели. Мы её не хотели. Но нам её навязали террористы. И если ничего против них не делать, я боюсь, мы тогда все лишимся нашей свободы. Мы хорошо живём, а нас хотят лишить нашей жизни».

                      Студент-турок счёл нужным сообщить, что у него давно уже есть возможность получить немецкое гражданство, но он этого делать не собирается. А как его мнение насчёт участия немецких солдат в операциях против террористов?

                        «Ну что тут скажешь? Да ничего хорошего. Вообще, что касается войны,то пусть сначала политики разберутся. А что немцы туда своих солдат посылают, ничего хорошего. Война ничего не даёт».

                        Однозначно против и молодая медсестра из Кёльна:

                          «Я вообще считаю, что насилие порождает только ответное насилие, такчто это не решение проблемы. Нечего там солдатам делать, надо искатьдругие пути. У меня, правда, тоже нет готового решения, я не знаю, как это сделать».

                          Нет готового решения и у продавщицы из Кёльна. Сначала она отмахивается, мол, только не задавайте мне таких вопросов, а потом всё-таки берёт микрофон:

                            «Я Вам честно скажу, я где-то на перепутье. Частично я «за», частично «против», частично просто боюсь, чем всё это кончится. Я в начале октября была в отпуске. Полетела только потому, что билеты уже были заказаны, чтобы неустойку не платить. Весь отпуск только и ждала, когда домой вернусь. То, что теперь наших солдат воевать отправляют, чего же тут хорошего? Но я вам так скажу, если бы у нас это случилось, если бы террористы напали, то американцы бы нас в беде не бросили. После того, что случилось в Америке, надо им помочь. Даже если бы это в России случилось, всё равно надо помочь. Страшно, конечно, но мы обязаны помочь. Вы ещё записываете? Тогда я желаю всего лучшего нашим солдатам, и американцам тоже, чтобы всё хорошо кончилось, чтобы все вернулись домой. Чтобы вообще как можно меньше людей пострадало. Хоть бы дети не погибали. Они всегда самые первые жертвы. Нет, я больше ничего говорить не буду, а то я тут разревусь».

                            Над передачей работали: Елена Косухина и Александра Маклакова

                            Редактор: Александр Варкентин