1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа и европейцы

07.08.2001 Резиденции европейских премьер-министров:

Зачем вообще нужны президентам и премьер-министрам собственные резиденции? Один из возможных ответов на этот вопрос дал Стэнли Болдуин, британский премьер 20-х – 30-х годов. Он как-то сказал, что «есть три категории живых организмов, нуждающихся в надежном прибежище больше всех других: это птицы, полевые цветы и премьер-министры». О том, как выглядит «надежное прибежище» британского премьера, рассказывает наш корреспондент Джерри Миллер:


Даунинг-стрит 10 Даунинг-стрит, это узкая тупиковая улочка, отходящая от проспекта правительственных зданий, символа британской политики – Уайт холла. Она зажата между двумя массивными зданиями Форин-офиса (МИДа Великобритании) с одной стороны, и Секретариата кабинета министров с другой. В наши дни Даунинг-стрит закрыта для публики, отгорожена от Уайт холла массивной чугунной решеткой.

За решеткой всегда стоят вооруженные до зубов полицейские, так что резиденцию премьер-министра модно увидеть лишь издалека. Улица была полностью закрыта для публики в 1990 году, во времена правления Маргарет Тэтчер, из опасений терактов ирландской республиканской армии. До этого любой мог подойти к дому из темно-красного кирпича с высокими окнами и сфотографироваться на фоне знаменитой черной двери металлической десяткой и элегантным дверным молоточком в форме льва. Уинстон Черчиль как-то назвал эту дверь «самой демократичной дверью в стране» – у премьер-министра по традиции нет ключей от собственной резиденции, да они ему не нужны, поскольку за дверью круглосуточно кто-нибудь дежурит.

Дом 10, как и прилегающий к нему номер 11, построил в конце 17 века член британского парламента и крупный земельный спекулянт Джордж Даунинг. Позднее дом 10 перешел в собственность монархии и в 1732 году король Георг Второй решил подарить его самому первому британскому премьер-министру Роберту Волполу. Волпол отказался принять дом в личный дар, но согласился получить его в качестве резиденции Первого лорда казначейств – это до наших дней официальный титул британского премьер-министра. И с этого момента дом 10 по Даунинг-стрит стал официальной лондонской резиденцией главы правительства.

Есть у британских премьер-министров и официальная загородная резиденция – это поместье «Чекерс» в графстве Бакингхэмшир к северу от Лондона. Надо сказать, что несколько последовавших за Волполом премьер-министров отказывались селиться на Даунинг-стрит, предпочитая свои просторные загородные усадьбы. Они либо сдавали лондонскую резиденцию в аренду, либо селили там других членов правительства – совсем как Тони Блер в наши дни.

Давайте представим себе, что британский премьер-министр пригласил нас в гости. Что увидим мы за знаменитой черной дверью? За компактным четырехэтажным фасадом прячется огромный комплекс приемных залов, офисов, частных квартир, лестниц, и даже внутренний сад. Точный план этого комплекса в целях безопасности держится в тайне. Дом 10 соединен внутренними коридорами и с номером 11, и с окружающими правительственными зданиями. Квартира премьер-министра действительно невелика и расположена на верхнем этаже. Кухня там крошечная – существует известная фотография – Маргарет Тэтчер возится у плиты на этой самой кухне.

Но сразу за дверью начинается парадная лестница, стены которой украшены портретами и фотографиями 50 предшественников Тони Блэра, начиная с Роберта Волпола. Много картин и в других помещениях. Некоторые из них висят здесь уже многие годы – среди прочего картины английских классических художников Уильяма Тёрнера и Джона Констебла. Но многие картины въезжают сюда с очередным обитателем. Дело в том, что премьер-министр на срок своего пребывания у власти имеет право позаимствовать любую картину из Правительственной коллекции изобразительного искусства и повесить у себя в резиденции на стену. Так Джон Мэйджор развесил на стенах дома 10 по Даунинг-стрит несметное число картин с изображением сцен игры в его любимую игру крикет – английскую лапту. Все ожидали, что Тони Блер, заядлый футбольный болельщик, завесит стены сценами футбольных баталий. Но не тут-то было. Вопрос о том, чему висеть на стенах, решала его жена Шери. И она отобрала в основном картины британских художников-авангардистов 50-60 годов.

Традиционно премьер-министр выступает с заявлениями для прессы перед черной дверью своей резиденции. Внутрь дома журналистов не пускают. Однако примерно 400 представителей других профессий проходят в черную дверь каждый день: это полицейские, президенты, послы, молочники, министры, повара, и т. д. Маргарет Тэтчер любила водить по дому группы школьников. Вместе с тем на практике в доме 10 по Даунинг-стрит живет только семья премьер-министра, все остальные ходят сюда на работу и только.

Впрочем, тут следует вспомнить еще одного долголетнего обитателя этого дома, отбывшего отсюда на пенсию четыре года назад. Это был кот по кличке Хамфри. Он появился здесь в 1989 году, при Маргарет Тэтчер, просто пришел с улицы, прижился, стал ловить мышей. Когда в мае 1997 года семейство Блеров вселилось на Даунинг-стрит, Шери Блер сразу заявила, что не переносит кошек и что у нее на них аллергия. И через несколько месяцев Хамфри куда-то исчез. Бульварная пресса немедленно взялась за расследование этого дела. Сначала в газетах появились фотографии, демонстрирующие, как Шери играется с котом. Однако многие сразу еж засомневались, действительно ли это Хамфри, или это его двойник. Зазвучали предположения, что все специально подстроено, с целью убедить публику, что с Хамфри все в порядке. Наконец представители правительства официально сообщили прессе, что Хамфри забрала к себе домой одна из сотрудниц правительственного аппарата, чтобы, как было сказано, кот мог в спокойной обстановке провести последние годы жизни. Газетчики разведали адрес этой сотрудницы на юге Лондона и послали туда комиссию «экспертов», так сказать лично знакомых с Хамфри, среди них также фотографа, который неоднократно снимал кота в прошлом. «Эксперты» вроде бы опознали Хамфри, и на этом скандал поутих.

Если в Лондоне дом на «Даунинг-стрит 10» можно отнести к категории памятников архитектуры, то в германской столице глава правительства недавно отпраздновал новоселье. В Берлине после длившегося четыре года строительства было открыто новое здание ведомства федерального канцлера ФРГ. Однако, канцлеру не понравилась новая резиденция. Почему? Это вы узнаете из репортажа Ефима Шумана:


Здание ведомства федерального канцлера ФРГ Заказанный еще предшественником Шредера на посту канцлера Гельмутом Колем, проект нового ведомства в излучине реки Шпрее обошелся немецким налогоплательщикам в 465 миллионов марок – рекордная стоимость для административного здания!

Футуристическое по форме строение насчитывает 370 служебных помещений и является одной из крупнейших в мире правительственных резиденций. Белый дом в Вашингтоне кажется по сравнению с угловатым берлинским колоссом невзрачным, хотя и очень элегантным карликом.

Церемония открытия здания ведомства федерального канцлера официально завершила процесс переезда парламента и правительства объединенной Германии из Бонна в Берлин. Так, по крайней мере, считает канцлер Шредер, и об этом он заявил, выступая во внутреннем дворике ведомства перед немногочисленными гостями торжественной церемонии.

Кстати, в этом дворе канцлер будет теперь принимать высокопоставленных зарубежных гостей: двор спроектирован так, что в нем можно свободно выстроить шеренгу почетного караула с оркестром, и остается достаточно простора для представительских лимузинов.

Наблюдатели не преминули заметить, что в своей речи Шредер дал весьма осторожную и холодную оценку плоду трудов архитекторов Акселя Шультеса и Шарлоты Франк. В конце концов, резиденция главы правительства и не должна выглядеть подобно замкам «Сан-Суси» или «Нойшванштайн», сказал канцлер: «Ведь мы здесь собираемся не править, а управлять».

При этом правда, Шредер не удержался от обидного для архитекторов замечания о том, что он неохотно переезжает в свою новую резиденцию, которую считает слишком массивной и большой. Однако он постарается как можно скорее свыкнуться с новым окружением.

Примечательно, что эти слова Шредер произнес в присутствии бывшего канцлера ФРГ Гельмута Шмидта, который в свое время /в 1976 году/ так же был новоселом в новом здании ведомства федерального канцлера в Бонне. Шмидту тогда приземистый и невзрачный дом очень не понравился, и он обозвал его «сберкассой». Для берлинского здания ведомства федерального канцлера местные остряки уже тоже придумали прозвище – «стиральная машинка канцлера».

Гельмут Коль, который в 1995 году лично утверждал проект будущей резиденции главы правительства в Берлине, на церемонию открытия здания не приехал, сославшись на встречу с депутатами Европейского парламента в Брюсселе, которую он де не мог отменить. Хотя приглашение Шредера бывший канцлер отверг все же не из-за архитектурных разногласий с ним, а скорее по соображениям личной неприязни к канцлеру нынешнему.

Кстати Шредер, выразив неудовольствие помпезностью свой новой резиденции, все же пообещал устроить в ведомстве день открытых дверей, чтобы простые берлинцы смогли поближе рассмотреть внешний вид и внутреннее убранство здания. В этот день любой желающий сможет заглянуть в рабочие кабинеты главы правительства и сотрудников его аппарата, увидеть звуконепроницаемые комнаты для совещаний, зал заседаний правительства и небольшой конференц-зал. Все эти комнаты, как многочисленные подсобные помещения спрятались за гранями состоящего из бетона и стекла огромного куба главного здания, и в угловатых пристройках резиденции.

Что касается самого автора «стиральной машинки канцлера», Акселя Шультеса, то он, похоже, не обращает особого внимания на критику, которая сыпется на его проект в излучине Шпрее со всех сторон. На церемонии открытия здания Шультес выразил уверенность, что его проект «намного быстрее, чем думают многие, найдет признание и критиков». По его словам, он пытался с помощью средств архитектуры противопоставить «стремительно распространяющейся циничной разумности общества энтузиазм, присущий республике».

Насколько кубические громады здания на берегу Шпрее на самом деле излучают «республиканский энтузиазм», судить могут, видимо, только поднаторевшие в подобных делах искусствоведы. Однако и сам Шультес, видимо, не совсем доволен своей работой. На церемонии открытия здания он предложил построить на противоположном берегу реки, прямо напротив ведомства канцлера, частную резиденцию для нынешнего главы правительства и его преемников на этом посту.

Ну, а пока до строительства виллы на берегу реки дело еще не дошло, Шредер и его супруга переехали жить в служебную квартиру канцлера площадью 200 квадратных метров, которая находится на восьмом этаже главного кубического корпуса. Жена канцлера Дорис Шредер-Кёпф скептически заявила журналистам, что еще проверит, насколько эта служебная квартира на самом деле пригодна для проживания.

Здесь, кстати нельзя не упомянуть об одной весьма примечательной детали: служебную квартиру канцлер оплачивает из собственного кармана. Сколько ему будет стоить жилье на восьмом этаже здания на берегу Шпрее, правительство пока не сообщило. Зато известно, что за пользование служебной виллой в берлинском районе «Далем» семья канцлера платила 3.600 марок в месяц.

Ну, а теперь у нас есть возможность побывать в резиденции французских президентов – «Елисейском дворце» в Париже. По старинному зданию, в котором в свое время жили мадам Помпадур, Наполеон и бывали российские императоры, нас проведет Ирина Кривова:


Елисейский дворец В 1977 году, в день французской революции 14 июля, когда президент Франции Валери Жискар Д`Эстен решил открыть двери Елисейского дворца для широкой публики, — это стало новшеством.

До этого было просто немыслимо пустить туристов через непроницаемые ворота этого аристократического дворца, построенного в начале 18 века для графа Эврё и ставшего резиденцией французских президентов в 70-х годах XIX века.

Теперь — это символ и престиж французской республики, а когда-то его хозяевами были мадам Помпадур и императорский министр Мюра, затем здание было подарено Наполеону, который поселил в нем Жозефину. В апреле 1814 года там гостил со своей свитой русский император Александр II. В этих стенах Наполеон жил несколько дней до ссылки на остров Святой Елены и здесь же в июне 1815 года после поражения под Ватерлоо подписал отречение от престола в пользу своего сына Наполеона II. Об этих годах напоминают сегодня разве что названия приемных залов — зал Мюра, салон Помпадур, столовая Наполеона III и галерея портретов.

Увидеть убранство этих залов и внутреннего сада теперь может каждый желающий, ибо по устоявшейся с 70-х годов традиции один раз в год Елисейский дворец становится музеем.

С неширокой парижской улицы «Фобур-Сент-Оноре», известной, прежде всего своими бутиками, на дом под номером 55 случайные прохожие обратят внимание разве потому, что перед массивными воротами стоят парадно одетые гвардейцы. Стоят в вольной позе и спокойно относятся к тому, если рядом с ними желают сфотографироваться туристы. Фасад самого Елисейского дворца можно увидеть с улицы лишь в те считанные минуты, когда ворота открываются, чтобы пропустить официальный кортеж машин. За этими воротами — почетный двор, далее — примелькавшееся по телехронике парадное крыльцо, где хозяин президентского дворца встречает и провожает своих дорогих гостей.

Весь первый этаж здания занимают парадные залы — зал Мюра, где каждую среду заседает совет министров, обеденный зал на 250 персон, зимний сад. Здесь на первом этаже под ироничным взглядом глядящей с портрета Мадам Помпадур плетется паутина французской дипломатии, каждодневные вопросы внутренней французской жизни решаются на втором этаже, где располагаются кабинет президента и его ближайшего окружения. Здесь же в левом крыле — частные покои президентской семьи.

Такое расположение рабочих помещений было заведено при генерале Де Голле и фактически неизменным остается до сих пор. Сменяются президенты, и каждый из них вносит свой стиль во внутреннее убранство. Де Голь, привыкший к спартанским условиям жизни, на это обращал мало внимания. Жорж Помпиду больше заботился о комфорте, чем о престиже, и был большим поклонником стиля модерн. Этот стиль был совсем не по душе его преемнику, и Валери Жискар Д`Эстен вернул отделку и мебель в стиле Людовика и Наполеона 3. Этот же стиль оказался по душе и Миттерану и Шираку. Но каждый из них все же предпочитал свои частные квартиры и, как только позволяло время, покидали золоченую клетку дворца.

Около тысячи человек постоянно обслуживают жизнь президентского дворца, в подвалах которого расположены и мастерские и кухня. Но любителей средневековых тайн ждет разочарование. Дворец был построен в начале 18 века, когда уже не думали о том, как тайно покинуть Париж. Поэтому из Елисейского дворца не ведет ни один подземный ход. О чем, кстати, часто сожалеют его сегодняшние обитатели. Чтобы из дворца добраться до расположенного всего в трехстах метрах отеля Мариньи — обычной резиденции почетных гостей республики — приходится снаряжать кортеж официальных машин, которые пробиваются сквозь обычные пробки на улице в час пик. Но зато во дворце есть своя потаенная дверь. Она ведет в малозаметную даже со двора часовню. Пользовался ею только генерал де Голь, когда его племенник-священник приезжал служить мессу.

Самое загадочное место Елисейского дворца – это его кухня. Их две — одна для официальных приемов, другая – ближе к частным покоям президента. Десять поваров каждый день придумывают новое меню. Всю еду, кроме выпечки хлеба, готовят только здесь — в дворцовом подвале, на стенах которого еще весят медные кастрюлю времен Наполеона 3. Откуда во дворец доставляются продукты – нам не известно. Во Франции запрещено присваивать себе звание «поставщика президентского дворца», хотя не секрет, что за свежими фруктами с президентской кухни иногда заходят в расположенные на соседних улочках магазинчики. Их хозяева, конечно, дорожат такими клиентами, и делают себе рекламу, рассказывая об этом обычным покупателям.

Корреспонденты:
Джерри Миллер
Ефим Шуман
Ирина Кривова
Редактор: Геннадий Темненков