1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура сегодня

Я хочу выразить солидарность людям, но не бессовестному диктатору

07.01.2003

"Я хочу выразить солидарность людям, но не бессовестному диктатору": немецкий певец Константин Векер (Konstantin Wecker) отправился в Ирак.

Да, смысле песен Константина Векера едва ли кто-то поймёт в той стране, куда направился сегодня известный немецкий бард – в Ираке. На прошедшей неделе стало известно о намерении направиться в Багдад делегации из одиннадцати немецких журналистов, врачей и деятелей искусства, самым известных из которых и потому – главной мишенью для журналистов, является Константин Векер. Вопреки настоятельным рекомендациям министерства иностранных дела Германии, участники делегации намерены посетить страну, на которую вот-вот могу начать падать бомбы. Акция проходит по инициативе тюбингенской пацифистской организации «Культура мира», среди основателей которой в 88-ом году были Чингиз Айтматов и Микис Теодоракис. В воскресенье делегация вылетела из Франкфурта-на-Майне в Иорданию, откуда во вторник утром её участники вылетели рейсом в Багдад. «Я хочу выразить солидарность жителям Ирака, но не Саддаму Хусейну», - подчёркивал Константин Векер в беседах с журналистами. Незадолго до вылета мы связались с певцом по телефону и попросили его рассказать, как он собирается это делать:

- Я хотел бы сперва пояснить, что для меня является целью этой поездки. Я хочу встретиться со страной, о которой здесь, у нас, практически ничего не известно, а если и известно – то только о политике, но не о людях и об их жизни. Мы ничего не знаем об эмбарго, о чудовищных страданиях, которое оно приносит простым людям, о том, какие последствия имело использование урановых бомб в первой войне против Ирака. Безусловно, Садам Хусейн – диктатор, но сами иракцы – бесконечно толерантный, терпимый народ. Мало кто, например, знает, что в этой исламской стране существует большая христианская община.

Вы и другие участники делегации «Культуры мира» требуете не только неучастия Германии в возможной войне в Ираке, вы требуете проведения «активной миротворческой политики». Как вы её представляете себе в данной ситуации?

- Я думаю, что прежде всего мы должны задать себе вопрос: «А хотим ли мы мира?». Мне кажется, что сейчас мы находимся в милитаристской фазе, когда иное решение конфликтов нежели военное не представляется возможным. Я пацифист, я считаю такой путь тупиковым – если мы дальше пойдём по нему, то однажды лишимся прописки на этой планете. История сотни раз доказала нам, что с терроризмом нельзя бороться встречным террором, а война не ликвидируется другой войной. И я полагаю, что все это прекрасно понимают, и в данном случае дело не в исторической слепоте…

Очевидно, что здесь речь идёт об экономических интересах. Я не хочу вам показаться коммунистом, но не будем забывать: у нас существует капиталистическая система, которая не может постоянно и безудержно расти, - она должна время от времени обновляться за счёт разрушения, как бы жестоко это ни звучало. Конечно, существует лобби производителей вооружения. Для чего делается всё это оружие? Не для того же, чтобы когда-то мирно занять своё место на полке в музее – нет, оружие производится для того, чтобы быть нацеленным на людей, чтобы разрушать и убивать. Плюс нефтяные интересы. И весь этот очевидный комплекс экономический целей продаётся нам как гуманитарная акция!

Но что, как вам кажется, вы можете сделать в этой ситуации?

- Первое, что мы можем сделать – это распространение информации. Я спросил одного моего иракского друга, должен ли я взять с собой в Ирак лекарства или что-то ещё. Он сказал: «Да, конечно, но это не главное. Главное – возвращайтесь и расскажите всем, что вы там видели, как живут у нас люди».

В багаже Константина Векера, тем не менее, помимо лекарств, имелись гитара и чемодан с игрушками, которые он, по его словам, «отобрал у своих сыновей».
Возвращение делегации запланировано на 15 января.

«Чей Сименон?»: бельгийский Льеж готовится к юбилею великого соотечественника

Вообще-то он собирался стать священником или на худой конце кондитером: Жорж Сименон, писатель, который и в век «гари поттеров» остаётся самым продаваемым в мире. В течение двадцатого века было продано более полумиллиарда экземпляров книг великого француза. Француза? Конечно, Сименон был французом – может ли быть что-то более французское чем романы Сименона и его герой, меланхоличный комиссар Мегрэ, сегодня неотделимый от кинообраза Жана Габэна? Тем временем, Жорж Сименон был бельгийцем – уроженцем некогда большого и могущественного, а сейчас милого и провинциального города Льеж (по-фламандски – Люттихь), расположенного, кстати, куда ближе к немецкой, чем к французской границе. Накануне векового юбилей Жоржа Сименона (13 февраля исполнится сто лет со дня его рождения) бельгийцы решили напомнить о своих правах на великого соотечественника. Наша корреспондентка Симон Дёпген съездила в Льеж:

С неизменной шляпой и трубкой в зубах он, спокойный и задумчивый, он распутывает любое, даже самое безнадёжное дело – Мегрэ, комиссар первого парижского дивизиона.

«Комиссар Мегрэ умел прислушиваться, но чувствовать – это было дело писателя, моего отца», - говорит сын Жоржа Сименона, Жан: «Но одно объединяло писателя и сыщика: чутьё, позволившее первому из них уже в возрасте 28-ми лет создать фигуру, в концентрированном виде отразившую дух эпохи».

«Конечно, он был льежцем до мозга костей», - уверена Кристин Дельеж, одна из активисток городского фонда имени Жоржа Сименона.

«Сим» – так жители Льежа любовно называют своего писателя, и считают, что без их города Сименон никогда не стал бы Сименоном:

- Конечно, он написал невероятно много, но самое главное, что есть в его романах – это атмосфера, он был одним из редких мастеров, которые так умели показывать атмосферу. Говорят же – «это атмосфера Кафки», или «это Бунюэль». Точно также говорят и «это Сименон». Если всё кругом серо и идёт дождь – это Сименон.

Жано Кюпер – куратор выставки, посвящённой столетию со дня рождения Жоржа Сименона. Льеж 10-ых и 20-ых годов, в котором прошло детство писателя, фрагменты фильма «Повешенный из Сен-Фольена», снятого по раннему роману Сименона, в котором тот описывает впечатления своего детства – вечно сырые камни старого города, серое небо над башнями мрачного епископского дворца.

Жано Кюпер:

- Есть на нашей выставке и реконструкция старого льежского вокзала, с которого Жорж Сименон в конце 20-ых годов уехал в Париж, или кабинет Мегрэ. Есть экземпляры «Газет дю Льеж» с репортажами начинающего журналиста Сименона, полицейские хроники той эпохи. Есть и рукописи писателя, его письма и фотографии, и, конечно, масса его книг. Словом, наша выставка – нечто среднее между шоу и музейной экспозицией.

Два миллиона евро инвестировал город Льеж в празднование юбилея Жоржа Сименона. Экскурсии, чтения и даже написанный специально к юбилею мюзикл должны служить в том числе и напоминанием о том, откуда был родом сам писатель. Жано Кюпер:

- Мне кажется, что Бельгия не умеет гордиться своими культурными героями: возьмите хотя бы шансонье Бреля, или художника Рене Магритта, или того же Сименона – кто знает, что все они были бельгийцами, а не французами? Мне кажется, нам, бельгийцам, стоит поработать над тем, чтобы исправить положение…

Наша корреспондентка Симон Дёпген рассказывала о том, как собираются праздновать день рождения Жоржа Сименона в его родом городе Льеже.

Не только «E = mc2» - выставка в Нью-Йорке рассказывает несколько больше об изобретателе теории относительности.

«Поправляйся во сто крат – е-равно-эм-цэ-квадрат»: зачастую этот детский стишок служит довольно исчерпывающим резюме того, что известно среднему и уже давно закончившему школу жителю западного мира о величайшем из умов 20-ого века – Альберте Эйнштейне – и его открытиях. Плюс какое-то количество анекдотов, преумножение которых Альберт Эйнштейн неизменно обеспечивал своим блестящим остроумием. Исправить ситуацию, рассказав доступным языком и о сути открытий Эйнштейна, и о его жизни, решили кураторы выставки, посвящённой учёному и открывшейся на прошедшей неделе в Нью-Йоркском музее Естественной истории. Наш корреспондент Юрий Дулерайн пожертвовал выходным днём, чтобы рассказать о крупнейшей в истории выставке о создателе теории относительности.

Чтобы попасть на выставку, посвящённую Альберту Эйнштейну, вашему корреспонденту пришлось выстоять у Нью-йоркского музея Естественной истории дольше, чем в очереди на феноменально популярную постановку оперы Пуччини «Богема» на Бродвее.

Прошло почти столетие со времени создания Теории относительности, изменившей наши представления о пространстве и времени, об окружающем мире и Вселенной. Прошло почти полвека после смерти Эйнштейна – скончавшийся в возрасте 76 лет учёный, тем не менее, остаётся нашим современником, самым, пожалуй, популярным и узнаваемым из всех учёных мира и, по словам Эллен Паттер, директора Музея естественной истории, «самым выдающимся умом, известным науке». Это Эйнштейн открыл, что свет состоит из частиц, что он отклоняется от прямой под воздействием силы тяготения, и что скорость света постоянна.
В 1905 году 26-летний клерк отдела патентов в Швейцарии в свободное от службы время создал Специальную теорию относительности, которая включала знаменитое уравнение, формулирующее связь между энергией, массой и скоростью света. Рукопись эта представлена на выставке. Мультипликация наглядно иллюстрирует феномен замедления течения времени в системах координат, перемещающихся со скоростями, соизмеримыми со скоростью света: двигающиеся часы тикают медленнее, чем неподвижные.
На выставке, которая, по мнению Нью-Йорк Таймс, даёт наиболее полное представление о жизни и деятельности великого физика, мы видим оригинальные рукописи работ, фотографии из семейного архива, из частных и университетских собраний. На отдельном стенде – школьный табель Эйнштейна, из которого следует, что будущий гений был довольно заурядным учеником - и Нобелевская премия 1921 года, которую Эйнштейн получил не за своё главное открытие – теорию относительности, а за открытие закона фотоэлектрического эффекта.

В эпистолярном разделе - обмен письмами с президентом Франклином Рузвельтом в 1939 году. Эйнштейн, профессор Принстонского университета, предупреждал Рузвельта о том, что нацисты могут использовать обогащённый уран для изготовления атомной бомбы. Его письмо подтолкнуло Рузвельта к созданию американской ядерной программы под кодовым названием «Проект Манхэттэн». На стенде также - письмо от израильского посла в Вашингтоне. Молодое еврейское государство в 1952-м году предлагало Эйнштейну стать президентом. Учёный, хотя и был убеждённым сионистом, отказался, сославшись на слабое здоровье и отсутствие опыта государственной работы. Через три года он скончался.

Выставка Эйнштейна в Нью-йоркском музее Естественной истории продлится до 10 августа, после чего будет показана в Лос-Анджелесе, а затем переедет в Еврейский университет в Иерусалиме. Это будет в 2005-м году, в сотую годовщину создания Теории относительности.

Один из оригинальных экспонатов выставки об Альберте Эйнштейне в Нью-Йоркском музее Естественной истории – письмо, написанное великим физиком уже в 50-ые годы маленькой дочке его друзей. «Не переживай так сильно из-за твоих неприятностей с математикой, - советует Эйнштейн девочке. – Поверь, что мои проблемы с этой наукой куда серьёзней». Эта фраза не была пустым кокетством. Последние три десятилетия своей жизни Альберт Эйнштейн работал над созданием универсальной полевой физико-математической теорией, которая должна была объединить все познания учёных о микро- и макрокосмосе. Это ему не удалось в полной мере – сам учёный рассматривал вторую половину своей жизни в научном плане как поражение. Сегодня, когда создание универсальной теории поля является одной из наиболее важных проблем, стоящих перед современной наукой, учёные оценивают эту попытку Эйнштейна как почти столь же важную для развития физики, как и его теорию относительности.