1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа

Эксперт: Цхинвали и Сухуми еще узнают цену российского "братства"

Искать диалог с сепаратистами, говоря в первую очередь не о территориальной целостности Грузии, а о путях развития этих регионов - вот что нужно было делать Европе, считает немецкий эксперт Вальтер Кауфман.

default

Южная Осетия и Абхазия празднуют сближение с Москвой

Logo der Heinrich Böll Stiftung

Логотив Фонда имени Генриха Бёлля

Эксперты задаются вопросом о том, почему России именно сейчас понадобилось признавать независимость Абхазии и Южной Осетии? С этим же вопросом редакция Deutsche Welle обратилась к эксперту по кавказскому региону, бывшему руководителю тбилисского представительства немецкого Фонда имени Генриха Бёлля Вальтеру Кауфману (Walter Kaufmann).

Deutsche Welle : Почему России именно сейчас понадобилось признавать независимость Абхазии и Южной Осетии?

Вальтер Кауфман: Россия в своих действиях на Южном Кавказе давно старается в какой-то мере копировать Запад. Россия чувствует себя униженной по отношению к Западу после Косова, после других решений в мировой политике, где не учли мнение России. Но я не уверен, что Москва доведет это до конца - потому что до сих пор России было выгодно, чтобы подобные конфликты оставались нерешенными. Ведь в данном случае ситуацией можно было бы манипулировать и препятствовать таким образом вступлению Грузии в НАТО.

- А можно ли в сложившихся обстоятельствах – в качестве ответной меры Запада на решение Москвы – ожидать принятия Грузии в НАТО?

- Я думаю, что и теперь шансов на вступление в НАТО у Грузии так же мало, как это было до сих пор. Быстрого вступления Грузии в НАТО хотят только балтийские и, может быть, скандинавские государства и США. Но большая часть Европы явно против. Я думаю, что после этих событий все поняли, каким сложным партнером на самом деле является Грузия - с нынешним политическим руководством и существующими рисками.

- Может быть, этот вопрос сейчас и не первоочередной, но, тем не менее, он остается: кто, по-вашему, виноват, что конфликт зашел так далеко?

- Конечно, в первую очередь, виновата Москва - хотя и грузинская сторона тоже. Грузинская сторона давно знала, какой у нее сосед - который не только преследует на Кавказе свои интересы, но и намерен препятствовать вступлению Грузии в НАТО. Грузия всегда играла только на уровне мирового театра. Она попыталась вовлечь в конфликты мировое сообщество. Поэтому и получила такой ответ Москвы. Я думаю, что давно надо было заниматься этими конфликтами на региональном уровне и искать пути долгосрочного диалога с абхазами и осетинами, а также отодвинуть вопрос статуса, потому что он не имеет решения в скором будущем. Вместо этого всегда стремились к быстрому, максимальному решению - и надеялись на Запад. Этого, к сожалению, не получилось. Получилась атрофия.

- Вы уже сказали, что признание Москвой независимости Абхазии и Южной Осетии стало ответом на то, что Запад признал суверенитет Косово. А насколько вообще можно сравнивать ситуацию в Абхазии и Южной Осетии с положением в Косово?

- Я ни в коем случае не оправдываю эти аргументы. Наоборот, для меня это признаки российского политического цинизма, который нам очень давно знаком. В России никогда не хотели понимать, что косовская война велась из-за гуманитарных причин и что, прежде чем войти туда, долго искали другие варианты решения проблемы. И сейчас в России хотят максимально использовать косовский прецедент как ответную карту. Мол, мы тоже мировая держава - и сами можем решать вопросы, касающиеся ближнего зарубежья.

- Ну и какими будут ответные действия Европейского Союза на этот шаг Москвы?

- Боюсь, они опять будут не очень координированными и не очень четкими. Просто опять осудить действия Москвы - этого недостаточно. Мне кажется, что Европа давно, к сожалению, пропустила момент подхода к сепаратистским режимам в Цхинвали и Сухуми. Искать с ними диалог, не говоря в первую очередь о территориальной целостности Грузии, а говоря о путях развития этих регионов - вот что нужно было делать Европе. Потому что если бы возникали перспективы долгосрочного развития для этих регионов, то я - по крайней мере, в случае Абхазии - уверен, что для них была бы интересна перспектива, не обязательно связанная с Россией. Ведь там хорошо понимают, что Россия - это не тот брат, который в первую очередь поддерживает твою независимость, а "большой брат", который может тебя просто продать.

Беседовал Андрей Бреннер

Контекст