1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Туркмения

Эксперт: Иностранные компании в Туркмении вынуждены учитывать национальную специфику

Специфика иностранного бизнеса в Туркмении - необходимость вступать в неформальные отношения с властями ради заключения контрактов. Основа этих отношений - хороший подарок.

Туркменский манат

Туркменский манат

О том, что ведение бизнеса в Туркмении связано с коррупцией, много писали на Западе во времена правления президента Сапармурата Ниязова. Изменилась ли ситуация с приходом к власти Гурбангулы Бердымухамедова? Об этом в интервью Deutsche Welle рассказал политолог Ханнес Майснер (Hannes Meissner) из Немецкого института глобальных и региональных исследований GIGA.

Deutsche Welle : Коррупция в Туркмении - это нечто особое или она осуществляется по схемам, типичным для многих стран?

Ханнес Майснер: Туркмения занимает особое положение, поскольку коррупция в этой стране в прошлом имела выдающиеся масштабы. Но в целом коррупционные схемы Туркмении укладываются в логику "клиентализма" (использование элитами преимущественно неформальных связей). В этом Туркмения мало отличается от других постсоветских республик, особенно в Центральной Азии и на Кавказе. Элиты, которые еще в советские времена сосредоточили в своих руках контроль над экономическими ресурсами и политической властью, в значительной мере сохранили свое влияние там.

Туркмения до середины 90-х не сильно выпадала из этой схемы. Ниязов после обретения страной независимости привел с собой свое окружение и прочно закрепился во власти, особенно благодаря деньгам, получаемым от экспорта газа. Но во второй половине 90-х годов развитие Туркмении пошло по особому пути. Причина этого - в личности Ниязова. Он начал выстраивать мощный культ личности, избавляться от своего прежнего окружения и назначать на административные должности людей, не имевших должной квалификации, но совершенно послушных.

В результате, возникла высочайшая степень централизации власти с Ниязовым во главе. Введенный им принцип подношения подарков для продвижения дел принял абсурдные формы и размеры, но, учитывая его абсолютную власть над экономическими ресурсами, никто не мог обойти введенных им правил.

- Не слишком ли велик риск для иностранных фирм вести дела в Туркмении при таких условиях?

- Предприятия, которые работали в стране, получали очень большую выгоду от этого. С другой стороны, фактор риска был. Но иностранные фирмы шли на этот риск, поскольку в случае проникновения в страну, там можно было работать стабильно и успешно. Я знаю от западных предпринимателей, которые сумели это сделать, насколько вольготно они затем могли вести там свой бизнес. То есть, надо посчитать, сколь высока цена подарка, и какой может быть выгода? Даже если подарок будет отклонен или настроение президента изменится и вас попросят из страны, потери будут в пределах допустимых, в сравнении с возможной долговременной прибылью.

Золотой Туркменбаши, Ашхабад

"Золотой Туркменбаши", Ашхабад

- Как же оценить размер и вид необходимого подарка?

- С учетом личных особенностей туркменского лидера. В случае с Ниязовым. это могло быть издание или перевод "Рухнамы" или иные подарки, которые служили его прославлению. В других случаях эти подарки должны, скорее всего, быть ориентированы на доход. Тут трудно получить более точную информацию, но мне рассказывали, когда я находился в Туркмении, да и мои иностранные собеседники в Европе, имеющие тесные контакты с республикой, что в сфере строительства, архитектуры, а также в ряде других отраслей речь идет об определенной "марже", отходящей президенту. Я не могу сказать, сколь велика эта "маржа", но схему приводят такую: президент дает добро на тот или иной проект и получает от него "откат". Но доказательства тут привести сложно, хотя очевидно, что в Туркмении, также как, например, в Азербайджане это функционирует.

- Что можно сказать о логике иностранных фирм, идущих на ведение бизнеса в Туркмении?

- Деньги, которые текут в страну благодаря экспорту газа, затем распределяются элитой, что типично для государств-рантье. А это весьма привлекательно для иностранных фирм, в том числе и западных. Имеется возможность завязать контакт с политическим руководством и вести бизнес. Это обычная логика коммерческого предприятия, ориентированного на получение прибыли. Критику может вызывать и вызывало другое: раньше Ниязов, а теперь Бердымухамедов извлекают личную выгоду из этого. Но западные предприятия стоят перед дилеммой: либо вести там бизнес, но по этим правилам, либо не вести его вообще. Или можно поставить иной вопрос: как далеко можно идти, зная, что президент в этой крайне авторитарной стране от сотрудничества с иностранными фирмами получает выгоду и укрепляет свои позиции?

-

Ноябрь 2006 года. Вице-премьер Бердымухамедов встречает у машины президента Ниязова

Ноябрь 2006 года. Вице-премьер Бердымухамедов встречает у машины президента Ниязова

И как далеко можно идти ?

- Когда я был в Туркмении и в Азербайджане, мне говорили, что если вы чего-то хотите добиться, то сделайте подарок. Тогда вы получите подход к лицу, которое может решить ваш вопрос. Это и есть логика "клиентализма". Причем нельзя недооценивать того, что так думает не только политическая элита, но и простые граждане. Подобная логика существовала еще в советские времена, и западные предприятия используют ее для своей выгоды, хотя я бы не стал обобщать, говоря в целом о западном бизнесе. Само предприятие решает - приемлема ли такая практика. Наверняка есть фирмы, которые полностью включаются в эту схему, а есть такие, которые из-за этого полностью уходят с рынка. Тут можно констатировать изменение "этических представлений" западных предприятий с конца 80-х - 90-х годов прошлого века.

Они заинтересованы в собственном имидже и не могут пренебрегать давлением общественности. В конечном итоге люди решают, какой продукт им покупать, и это решение зависит от имиджа. С другой стороны, можно отказаться следовать этой логике, но тогда другие фирмы займут нишу, поскольку имеется большой выбор желающих. И тут опять же Туркмения - совершенно особый случай, поскольку, если в других государствах есть каналы постепенного влияния на эти представления, есть НПО, есть на разных стадиях гражданское общество, находящееся в диалоге с внешним миром, то в Туркмении они отсутствуют.

В стране нет оппозиции, президент будет прилагать все усилия к тому, чтобы нынешняя ситуация сохранялась. Возможно, иностранные игроки, которые работают в стране и имеют выход на ее руководство, в долгосрочной перспективе повлияет на ситуацию, если смогут привнести туда свои этические нормы. Впрочем, я скептически отношусь к тому, что такой возможности.

- Повлияла ли смена президента на ситуацию с коррупцией и на прозрачность распределения доходов, получаемых от бизнеса с иностранными фирмами?

- Бердымухамедов унаследовал систему, которую он будет воспроизводить, поскольку получает от нее выгоду, причем и личную. Он не заинтересован в переменах. Отличие в том, что Ниязов отрезал страну от внешнего мира, а Бердымухмедов страну открывает, преследуя при этом рациональные цели, такие как диверсификация маршрутов экспорта туркменского газа, чтобы и в будущем получать миллиарды за газ. Во внутренней же политике ничто не изменилось, система остается такой же коррумпированной.

Беседовал Виталий Волков
Редактор: Наталья Позднякова

архив

Контекст