1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Музыка

Шедевр: "Хованщина" в Антверпене

Каждая свежая постановка гениального творения Мусоргского - событие. Особенно, если постановка удачная, как работа Дэвида Олдена и Дмитрия Юровского.

Ровно четверть века минула с тех пор, когда в 1989 году великий дирижер Клаудио Аббадо придал новое ускорение сценической судьбе гениального и несчастливого детища Мусоргского, создав на сцене Венской оперы до сих пор непревзойденное прочтение "Хованщины". Как известно, Мусоргский, скончавшись 42 лет от роду, оставил свое центральное сочинение незавершенным и практически полностью неинструментованным. К реанимации "Хованщины" приложили руку поколения композиторов и дирижеров: от Римского-Корсакова и Равеля до Стравинского и Шостаковича. Так что каждая новая постановка "Хованщины" становится событием, и каждый дирижер по сути заново создает оперу.

Еще раз про русский бунт

Постановщик "Хованщины" на сцене нарядной

Фламандской оперы

в славном городе Антверпене - Дэвид Олден. Его брат-близнец Кристофер поставил в 2012 году "Сон в летнюю ночь" Бриттена на сцене Театра Станиславского в Москве, премьере предшествовал странный скандал, где фигурировали обвинения в "пропаганде разврата и педофилии". Дэвид Олден также собирался поработать в Москве, планировалась его постановка "Билли Бадда" на сцене Большого театра, но планы аннулировались в связи с переформатированием главного театра страны.

"Хованщина" Олдена - отличная режиссерская работа в лучшем англосаксонском стиле: проработанные, логичные в своих действиях центральные персонажи, сильные и стройные массовые сцены. Не без некоторой склонности к брехтовскому символизму и уклону в дидактизм: стрельцы у Олдена - бойцы спецназа, старший Хованский (Анте Еркуница) - "батяня-комбат", Голицын (Всеволод Гривнов) - жиголо старовенского опереточного образца в шелковом халате.

Контекст

Наиболее сложные моменты Олден разжевывает для бельгийской публики, переводя сложные реалии русской истории на "язык родных осин": так, старообрядцы у него наряжены в строгие чепцы и шляпы, как протестанты первого часа (Антверпен - арена религиозных войн), "народ" как будто взошел на сцену из документальных съемок на улицах провинциального русского города, а Досифей (Алексей Тихомиров) наряжен Распутиным. Шакловитый (Олег Брыжак) - "человек в сером", вечный стукач…

Дирижер постановки - Дмитрий Юровский, младший в дирижерской династии, элегантно добивается от не самого сильного оркестра Фламандской оперы прозрачности и мощи, необходимой для партитуры Мусоргского.

Страна, где ничего не меняется

Печальны выводы, с которыми покидаешь зал после провидческой оперы, тяжело на сердце от столь непререкаемо явленных гением русской музыки вечных российских проблем: самовлюбленный деспотизм властителей, способность решать конфликты лишь самым брутальным из всех возможных способов, обреченность и беззащитность индивидуума. И тяготеющий надо всем русский рок, судьба, слепая, как снегоуборочная машина на взлетной полосе.

Может быть, правы те, кто, как бывший корреспондент газеты Frankfurter Allgemeine в России Керстин Хольм (Kerstin Holm), полагают, что "время в России представляет некий клубок. Всякий, кто пытается зафиксировать российскую историю в соответствии с гегельянским мышлением как некое линейно развивающееся, поступательное действие, не понимает ее сути: ни одна эпоха здесь не завершается, ни одна проблема не решается"…

Ссылки в интернете