1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Шаолинь в Берлине

04.08.2005

Сегодня мы с Вами отправимся бродить в поисках экзотики по Берлину, побываем в храме Шаолинь и в самой роскошной мечети в Европе. Итак, вперёд, в немецкий Шаолинь. Нашим проводником будет Чиннамон Ниппард:

Шаолинь завоёвывает Берлин

И на задворках встречаются чудеса: в старом деловом квартале Берлина, за административными зданиями и паркингом спряталось здание бывшего склада. Но что это? У входа вас встречают два китайских льва. А на втором этаже у Вас складывается полное впечатление, что Вы каким-то чудом перенеслись в Поднебесную империю: тёмно-красные стены, три гигантских Будды на подиуме. Так и есть, здесь, в Берлине, в здании бывшего склада, расположился самый большой храм Шаолинь за пределами Китая. Вообще-то зал предназначен для медитации, но в основном используется для тренировок. Проводит их Ши Ян Фей. Ему всего 24 года, а он уже мастер кунфу. Три года назад его отправили из Шаолиня в Берлин обучать немцев искусству китайского рукопашного боя.

«Не все интересуются философией Шаолинь. Не все интересуются буддизмом. У нас около 800 послушников. Примерно половина занимается только спортом. Для них цигун - это только дыхательные упражнения. Они не занимаются медитацией. Но и они рано или поздно поймут, что тренировать надо не только тело, но и дух».

Правда, и сам Ши Ян Фей признаётся, что пришёл одиннадцатилетним мальчишкой в монастырь Шаолин вовсе не за духовным просветлением, а насмотревшись фильмов о кунфу. И только в монастыре он узнал, как возникло это искусство. Если верить легенде, то полторы тысячи лет назад индийский монах Бодхидхарма, странствуя по Китаю, забрёл в монастырь Шаолинь. Посмотрел он на тамошних монахов, и опечалился: уж очень они все были вялые, заспанные и худосочные. Но для медитации, для поисков истины, нужна не только духовная сила, но и физическая выносливость. А поскольку Бодхидхарма был не только монахом, но и воином, то и стал он обучать своих китайских собратьев приёмам правильного дыхания и рукопашного боя. Сам Бодхидхарма, опять же, если верить легенде, был настолько искусен, что с лёгкостью невероятной преодолевал земной притяжение. Но до этого берлинским послушникам ещё далеко. Карола, например, пришла в храм в начале этого года. Тренируется она трижды в неделю, но порхать, как тростник на ветру, ещё не научилась. И кунфу она пока воспринимает только как средство самообороны:

«Мне очень нравятся удары ногами с лёта. А ещё я люблю работать с шестом. Вообще, тренироваться здесь приятно: такая атмосфера спокойная, доброжелательная».

Мужчины и женщины тренируются в берлинском храме Шаолинь вместе. Возраст значения не имеет. Только для совсем маленьких ребятишек создана отдельная группа. Спарринга, как в других школах, нет, просто все вместе отрабатывают технику дыхания и боя. Так что и конкуренции между бойцами нет или всё-таки есть? Вот, например, Маркус. Он работал в Южной Корее, и там начал заниматься Тэквандо. А вернувшись в Берлин, не смог найти себе достойного мастера. Четыре года тому назад он прочитал в газете о школе Шаолинь, и перешёл на конфу. Теперь он тренируется по два часа каждый день. Маркус страшно горд, что в прошлом году он даже получил приглашение на фестиваль в Китае. В Шаолинь тогда съехались 2.500 бойцов со всего мира. В упражнениях с шаолиньским шестом Маркус занял второе место. Хотя, как он признаётся, именно немцам кунфу даётся с большим трудом:

«Немцам трудно, потому что немец хочет за неделю стать чемпионом. А тут надо тренироваться как минимум три раза в неделю, чтобы через год или два наметился хоть какой-то прогресс. Немцам просто терпения не хватает».

Мастер Ши Ян Фей объясняет успехи Маркуса тем, что он уделяет много внимания философским и теоретическим основам цигун. Цигун - это навыки правильного дыхания, релаксации и медитации. А сам Маркус уверен, что именно занятия в храме Шаолинь помогают ему в его карьере менеджера:

«Я работаю по десять часов в день. За день накапливается столько стресса и агрессии, что мне просто необходима разрядка, чтобы не сорваться. Я тренируюсь, занимаюсь медитацией, и иду домой счастливым. Вы знаете, всю жизнь, в школе, в университете, на работе я только и слышал: «ты должен то, ты должен это». От злости лопнуть можно. А здесь, в храме Шаолинь, совсем другой подход к жизни: «ты можешь это сделать, если ты этого действительно хочешь». Почувствуйте разницу».

А вот мастер кунфу Ши Ян Фей этой разницы не чувствует, или не хочет чувствовать:

«И на Западе и на Востоке люди уверены, что у них совершенно другая культура. А я убедился, что общего гораздо больше, чем отличий. Буддизм и конфуцианство так же учат любить ближних, так же учат любить всё живое, как и христианство. Где разница?»

А теперь отправляемся дальше, в берлинский район Нойкёлльн. Точнее было бы назвать его малым Стамбулом. В Нойкёлльне можно прожить всю жизнь, не выучив ни слова по-немецки. Магазины - турецкие, банки и парикмахерские - турецкие, рестораны - турецкие, турецкие врачи, турецкие адвокаты. И самое большое в Берлине мусульманское кладбище. А при кладбище - самая красивая мечеть в Европе. Во всяком, это утверждают архитектор мечети и Турецко-исламский союз Берлина. Строится мечеть уже семь лет, но официальное открытие так до сих пор и не состоялось. Сообщение о том, почему так затянулось строительство, подготовила сотрудница турецкой редакции «Немецкой волны» Севим Эрджан:

Минареты штурмуют берлинское небо

В Германии насчитывается более двух тысяч молельных домов для мусульман. А вот настоящих мечетей с минаретами - около 150. Ещё примерно столько же строится. Запретить их строительство в Германии никто не может, ведь свобода вероисповедания гарантирована конституцией страны. Если верить опросу, проведённому гамбургским журналом «Шпигель», то коренное население Германии разделилось примерно пополам. Половина немцев не имеет ничего против того, чтобы в их жилом районе была построена мечеть, половина - против. Основные нарекания вызывают репродукторы на минаретах. Никто не может запретить муэдзину призывать правоверных мусульман к молитве, однако городские власти могут ограничить громкость в соответствии с постановлениями о допустимом уровне шума. Но новой мечети в Берлине все эти постановления вряд ли коснутся. Она высится на территории турецкого мусульманского кладбища «Шехитлик». Это же название получила и сама мечеть. Мечеть, по европейским меркам, огромная, она вмещает до полутора тысяч молящихся. Конечно, с размахом президента Туркмении Саппармурада Ниязова берлинским мусульманам тягаться трудно. Отец всех туркмен построил у себя на родине мечеть сразу на десять тысяч человек. Правда, на стенах там больше изречений из произведений самого Туркменбаши, чем из Корана. О Туркмении мы вспомнили потому, что архитектор мечети «Шихетлик» Ильми Сенальп уже успел поработать и в Ашхабаде, и даже в Японии. Но вернёмся к размерам новой мечети. В Германии уже есть мечеть на 2.500 человек в Мангейме. А мусульманская община в Кёльне собирается построить целый исламский центр с мечетью на 5.000 человек с жилыми домами и гостиницами. Так что претендовать на звание самой большой в Европе новая берлинская мечеть не может. И, тем не менее, её размеры впечатляют. Высота купола - 17 метров. Высота минаретов - 28 метров. К этим гигантским размерам мы ещё раз вернёмся, потому что именно из-за них-то и затянулось строительство. Но давайте всё по порядку. Первое мусульманское кладбище в Берлине возникло в 1798-ом году. Тогда в Берлине скончался первый посланник Османской империи при дворе прусского короля, дипломат и поэт Али Азиз Эфенди. Чтобы достойно похоронить его по мусульманскому обряду, прусский король Фридрих Вильгельм 111. отвёл дипломатическому представительству Османской империи участок земли. Вот так и возникло кладбище «Шехитлик». «Шехитлик» означает «мученик». Мучениками в те времена считались все мусульмане, умершие вдали от родины. И вот 7 лет тому назад турецко-исламский союз решил построить при кладбище мечеть. Архитектор Ильми Сенальп пытался во всём соблюсти османские традиции:

«Мы попытались следовать канонам классической османо-турецкой архитектуры. Например, при обработке дерева не используется клей, отдельные детали сцепляются друг с другом. Сложенные таким образом мозаичные двери держатся 1000 лет и больше».

Только песок и камень для строительства были куплены в Германии. Все остальные стройматериалы завозились из Турции: выдержанное дерево, мрамор, керамика. Остов здания был в основном построен самими прихожанами. Для внутренней отделки выписали 16 специалистов из Турции. Турецко-исламский союз уверяет, что мечеть построена на пожертвования верующих, и всё строительство обошлось в полтора миллиона евро. Глядя на роскошь отделки, в это трудно поверить. Это и светильники, и изразцы, и роспись по стеклу с использованием настоящего золота. Официально открыть мечеть предполагалось ещё два года назад. Но вышла неувязка. Архитектор самовольно отошёл от первоначального проекта, и купол оказался на четыре с лишним метра, а минареты - на 8 с половиной метров выше, чем планировалось. Наверное, сказался опыт строительства мечети в Ашхабаде. Там архитектора никто ни в размерах, ни в бюджете не сдерживал. А вот берлинские власти оказались мелочнее туркменских. Пришлось заново пересчитывать всю статику сооружения, чтобы убедиться, что купол и минареты не обрушатся на головы верующих. Строительство было официально заморожено, но нелегально продолжалось. Поэтому Турецко-исламскому союзу пришлось уплатить внушительный штраф за нарушение строительных норм. И вот теперь работы в мечети «Шехетлик» идут круглосуточно. Официальное открытие состоится со дня на день. А архитектор Ильми Сенальп уже планирует поблизости строительство мусульманского культурного центра в том же стиле. Экстравагантных идей у него предостаточно, например, создать источники, из которых текли бы мёд с молоком.

Вот и всё на сегодня. Спасибо нашим авторам Чиннамон Ниппард и Селим Эрджан.