1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Центральная Азия

Что несёт России экономическое сближение с Китаем?

Китайские дипломаты настроены на скорейшее создание единого азиатского экономического пространства в границах стран-членов ШОС.

default

По словам посла Китая в России, нынешний объем товарооборота крайне низок и уровень экономических отношений в целом сильно отстает от уровня политических отношений. Российские аналитики напротив считают опасным взаимную интеграцию экономик наших стран, так как считают, что в этом случае Китай поглотит Россию. О перспективах создания единого экономического пространства в материале Егора Виноградова.

Существующая ныне система, в которой сочетаются с одной стороны экономики стран ЕС, Россия и китайское экономическое чудо с другой, может быть уравновешена. Китайские политики и дипломаты уверены, что для этого достаточно создать единое пространство, объединяющее азиатские страны. Посол Китая в России Лу Гучан сообщил недавно, что уже много сделано для скорого воплощения идеи.

Лу Гучан: Премьерами стран-участниц подписана программа многостороннего торгово-экономического сотрудничества, и в ней отмечено, что в течение двадцати лет будет создано единое экономическое пространство. Это означает свободное передвижение товаров, услуг, денежных средств и технологий между странами-участницами. В настоящее время созданы 8 рабочих групп по таможне, по сертификации, по электронному бизнесу и другие, сформированы деловой совет и банковское объединение организации.

Несмотря на то, что в Шанхайскую Организацию Сотрудничества входят сегодня шесть стран, главным партнером Китай считает одну – Россию. Лу Гучан не скрывает, что страдающий от нехватки территорий Китай интересует, в первую очередь, российский Дальний Восток.

Лу Гучан: Россия сейчас разрабатывает программу развития Дальнего Востока и Сибири, а Китай развивает свой северо-восток и начинает заниматься освоением северо-западного направления. Поэтому осуществление общего развития это тот путь, который мы не можем избежать.

В России к идее создания единого экономического пространства в рамках ШОС отношение неоднозначное. По словам руководителя института проблем глобализации Михаила Делягина, такой восточный союз можно считать скорее наименьшим злом, чем благом.

Делягин: Говорить о том, что это дело скорого будущего не приходится, но, поскольку ЕС успешно торпедировал попытку России интегрироваться в Европу и удачно торпедировал попытку России интегрировать вокруг себя часть постсоветского пространства, благодаря этому, сейчас на повестке дня стоит вопрос о создании единого экономического пространства в рамках ШОС. Нам это не очень приятно. Это вызывает большие тревоги, потому что такое единое пространство будет обозначать поглощение российской экономики китайской. Это не наш выбор, но для того, чтобы участвовать в современной глобальной конкурентной борьбе, нужно двигаться именно этим путем.

Быть младшим братом Китая – это то, чего в России боятся даже больше, чем открытых границ. Хотя противопоставить, продолжил Михаил Делягин, кроме военной мощи России пока нечего.

Делягин: Россия будет, скажем так, бороться и обеспечивать себе равные права за счет того, что у нас есть, пока ещё есть технологии, и за счет того, что есть довольно эффективный военный потенциал, превышающий, по крайней мере, в части высокотехнологичных видов оружия, китайский военный потенциал. Вот, используя неэкономические механизмы, мы будем стараться обеспечивать свое равенство с Китаем, и, я думаю, это удастся.

Совместные учения стран ШОС, которые в течение недели проходили на полигоне Чебаркуль, в этом контексте можно считать как раз демонстрацией российской военной мощи. Кроме того, сильным ударом по хоть и медленно, но все-таки растущему товарообороту двух стран, стал игрушечный скандал. Пусть и последней из всех импортеров, Россия на него отреагировала и начала проверку сегмента детских игрушек, а это на 70% товары из Китая и, в случае подтверждения подозрений, шаг назад длиной в сотни миллионов долларов.

Контекст